А может, я умею? - Дарья Волкова

С лопатой Георгий упражнялся примерно полчаса — Ира даже замерзнуть успела, пока его ждала. Но, в конце концов, ученик дворника утомился.

— Хочу торт! — он подошел к ней, вытирая рукавом куртки лоб. Лицо его было влажным. А так же шея и начало груди. «Сейчас простынет ведь!» — со смесью раздражения и веселья подумала Ира.

— Торта нет. Пирог с малиной будешь?

— Буду!

3

Ирина не стала переодеваться. Это потом. Налила воды и включила чайник. Квартира у нее — даже квартирой назвать нельзя. Комната площадью восемнадцать квадратных метров и крошечный санузел. У дальней стены, с окном, расположилась кровать и стол, ближе к входной двери и санузлу — плита и холодильник.

— Симпатично у тебя!

— Угу, — нейтрально отозвалась Ира, доставая пирог из пакета. У Георгия Александровича, наверное, одна только кухня размером с эту квартиру. Ее гость скинул куртку, не удосужившись поиском вешалки, прямо на пол. Прошел в комнату, плюхнулся на стул и вытянул ноги.

— Уютненько…

Ира не стала отвечать на эту фразу. Чайник вскипел, она заварила две чашки чая, нарезала пирог — и все это богатство устроила рядом с креслом, на столик.

— Сама пекла? — Георгий повел носом.

— Нет, — улыбнулась Ира. Без толку разговаривать с пьяным, все равно он с большой долей вероятности потом ничего не вспомнит. Но Георгий Жидких с промилле в крови забавный. — Мама пекла.

— Оценим, что там мама напекла, — пробормотал он.

Дегустация прошла молча и без рецензий. А потом Ира отошла, чтобы помыть руки. А, вернувшись, обнаружила своего гостя спящим.

Он даже ложку с недоеденным тортом из рук не выпустил. И она уютно устроилась на его бедре. Голову он склонил к плечу. «Шея завтра будет болеть», — подумалось почему-то в первую очередь. А во вторую: «Делать-то что с ним?!».

Самый простой и очевидный вариант: «Разбудить и вытолкать за дверь» — почему-то вызывал отторжение. То ли потому, что вспомнилось, как он стоял за дверью ее жилья, не переступая порога. Предварительно отбив ее у группы пьяных мажоров. То ли потому, что он выглядел беззащитным. Наверное, все спящие люди выглядят беззащитными. Наверное. Но конкретно этого спящего человека у Иры не поднималась рука будить. Он, наверное, сам проснется скоро. Невозможно долго спать в такой неудобной позе.

Ира принялась убирать со стола. Поймала себя на том, что неосознанно старается быть тихой — и выругала себя за это. У нее же прямо противоположная цель — не чтобы не разбудить, а чтобы именно разбудить, хотя бы ненароком.

Ира звякала тарелками, чашками, ложками, шумела водой — все бесполезно. Единственное, на что Георгий отреагировал — на попытку вытащить из его пальцев ложку с остатками торта. Что-то промычал — и лишь крепче вцепился в ложку.

— Ну и спи с ней! — в сердцах прошипела Ира. Георгий лишь всхрапнул.

Ирина разогнулась и встала над своим гостем. Владелец — а, простите, совладелец автомобильного холдинга «СВ-Авто» спит у нее в комнате. На стуле. С ложкой, изгвазданной кремом, в руках.

И чего только в жизни не бывает.

Ирина наклонила голову, разглядывая совладельца, чью имущество в данный момент составляла лишь ложка. Но ее он берег крепко.

Надо признать, что с ложкой, что без ложки, Георгий Жидких был привлекательным мужчиной. Тонкие черты лица придавал ему моложавость, а губы казались, если смотреть близко, неожиданно мягкими. Наверное, потому что они сейчас расслаблены. А еще, когда закрыты глаза, видно, что у него густые и довольно длинные ресница. Ира наклонилась ниже. Ну а когда еще выпадет шанс такого привлекательного мужчину разглядеть подробно и не таясь?

Волосы подстрижены коротко, но у виска видно, что они будут виться, если отрастут чуть длиннее. Это почему-то умилило. Представить господина Жидких с кудряшками Ира не могла. Взгляд ее опустился ниже. Тело у него красивое, по-мужски красивое. Не качок, нет гор мускулов, скорее, сухопарый. Но все, что надо — присутствует: под тонким трикотажем футболки видны и ширина плеч, и рельеф грудных мышц, и то, что живот плоский и, скорее всего, твердый. Мягкие спортивные штаны и поза — вытянутые и положенные одна на другую ноги — наглядно демонстрировали, что и ниже пояса у Георгия все в порядке.

Но трогать она ничего не будет.

Ирина вздохнула. А еще он пах. Вообще, естественно, что человек, который полчаса упражнялся с лопатой, пахнет. Но ее гость пах не потом, а каким-то сногсшибательным мужским парфюмом. Запах этот она почувствовала, только когда нагнулась совсем близко. Наверное, если ткнуться носом в шею, будут пахнуть еще сильнее и совсем одуряюще.

Ирина резко разогнулась. Нет, ни трогать живот, ни тыкаться носом в шею мы не будем. Что это вообще за желания такие… неуместные?!

Ира отошла на два шага, еще раз придирчиво оглядела стол. Вроде все убрала. Спать хочется.

Ну и ты спи тут на стуле в обнимку с ложкой, раз такой упрямый!

Душ принять Ира так и не решилась — все же присутствие постороннего человека в жилище ее нервировало. Умыла лицо, почистила зубы, намазала лицо и руки кремом, переоделась в пижаму и осторожно выглянула за дверь ванной комнаты. Ее гость по-прежнему спал, так и не выпустив свой трофей из рук.

Ира осторожно подошла, перешагнула через его ноги. Теперь она уже и сама не хотела, чтобы он просыпался. Потому что очень хочется спать — а не объясняться с нетрезвым проснувшимся гостем. Время позднее, а ей завтра вставать рано. У дворников рабочий день начинается чуть свет.

***

— Твою мать!

Потом звон. Затем грохот. И дальше — совсем громко и уже совершенно нелитературно. Ира резко подскочила на постели, судорожно принялась шарить слева. Зажегся ночник. В его свете друг на друга ошарашенно смотрела два человека — сидящая на постели девушка и стоящий у опрокинутого стула мужчина. Георгий несколько раз моргнул.

— А я где?!

— В Караганде! — не сдержалась и рявкнула Ира. Протянула руку и взяла телефон. Половина первого ночи! Ирод несчастный!

Он несколько секунд все с тем же ошарашенным видом смотрел на Иру.

— Как я у тебя в Караганде оказался?

— А я тебя напоила и соблазнила!

Георгий прикрыл глаза и вздохнул. А потом глаза открыл и оглядел комнату. Потом себя.

— А это что?! — голос его вдруг захрипел. А сам Георгий с ужасом разглядывал белесое пятно на своих штанах — на бедре, почти у паха.

— Это крем! — Ира не сразу поняла последовательность