Нахал - Надежда Жирохова

— Походу дела, наш Олег Дмитриевич вместе с Викой где-то застрял, — доносится с задней парты, голос Пашки Ветрова. Аудитория взрывается хохотом, и я злюсь на этого наглеца.

— Ты бы Пашка лучше к контрольным готовился, а не трепался, — оборачиваясь выдаю я.

— А ты Фаина, слишком много печешься обо мне, может быть тебя отблагодарить за это? Если что, то я готов, вечер даже специально для тебя освобожу.

Козел. Все снова смеются, а я открываю рот, что бы ответить этому нахалу, но не успеваю.

Дверь в аудиторию со скрипом распахивается, заставляя всех свернуть головы. Но на пороге стоит не Вика и даже не наш препод.

Макс Туманов… собственной персоной.

Сказать, что я ошарашена не произнести ничего. Я безмолвно как рыба открываю рот и во все глаза смотрю на его внушительную фигуру. Нахальная полуулыбка окрашивает губы, дерзкий взгляд обводит глазам аудиторию. А потом происходит то, что окончательно выбивает из груди весь воздух, как будто удар мячом прямо в грудную клетку. Глаза Макса оказываются на мне и хитро прищурившись он движется в мою сторону…

Глава 6

— Подвинься, я сяду здесь, — хрипит голос над моим ухом.

Все внутренности сжимаются, и я в шоке смотрю на него. Хлопаю глазами, пытаясь вникнуть в суть его слов.

— Что оглохла? Сумку убери.

В аудитория полный штиль, даже, постоянно раздражающий гул голосов, с последних парт утихает.

Все внимательно за нами наблюдают.

Что этот придурок о себе возомнил? Неужели думает, что нагрубив мне, я уступлю ему место.

— Здесь занято, проваливай, — произношу на удивление без дрожи в голосе.

Он не слушает, скидывает мою сумку на пол и с вызовом смотрит на меня. Учебники и тетради, разлетаются по дощатому покрытию и мои щеки покрываются ярко лиловым румянцем.

Макс просто плюхается рядом со мной и разваливается на соседнем стуле, вытянув ноги.

Меня начинает потряхивать от злости.

А еще, я только сейчас начинаю осознавать простую истину: Макс меня не узнал. Я столько месяцев ворочаюсь ночами, в надежде вытеснить свои мысли о нем, а он забыл меня на следующей день. Я должна несказанно этому радоваться, но чувствую, что меня гложет обида. Надавав себе мысленно оплеух, я медленно поднимаюсь со стула и обхожу парту. Присаживаюсь на корточки и собираю свои принадлежности с пола.

— Помедленнее крошка, твоя попа очень круто выглядит с этого ракурса.

Я задыхаюсь от возмущения, по аудитории проскальзывают смешки.

Поднимаюсь на ноги и бросаю на него свой злобный взгляд. Он смотрит сощурившись. Выражение его лица равнодушное, как будто я муха, которую он без труда сможет прихлопнуть. А еще Алка права, он настолько привлекателен внешне, что я с трудом стараюсь его не рассматривать. Глаза все равно предательски скользят по его футболке с v образным вырезом, по широким плечам и загорелым рукам. Этот красавец, выглядит как бог, но ведет себя отвратительно.

— Ты дружок, кажется, перепутал аудиторию, — мой голос источает яд и слово: «дружок» я произношу нарочисто с издевкой.

— Я, конечно, очень рад, что ты так заботишься о моем дружке, — пауза, снова смех по всей аудитории, — может быть ты на него имеешь какие-то планы? Если так, то он будет рад помочь такой симпатичной попе.

Двусмысленность фразы повергает в шок. Лицо горит так, что еще немного и мне придется закрыть его руками. Он пытается меня смутить и у него неплохо получается.

В этот момент открывается дверь и в аудиторию входит наш преподаватель, а следом за ним запыхавшаяся Вика. Она как танк, прет к нашей парте, но не дойдя пару шагов так и застывает на месте. Ее взгляд устремлен на Макса. Удивление сменяет жеманная улыбка. Вика поправляет волосы и только сейчас замечает меня.

— Наше место заняли, пойдем, — беру застывшую Вику за руку и сделав один единственный шаг, смело оборачиваюсь, — иди умойся и смой с себя этот идиотизм.

Эти слова я кидаю, глядя прямо в его глаза и наблюдаю как они в разы темнеют, приобретают насыщенный оттенок. Макс не на шутку злится.

Получай придурок!

Всю лекцию я дырявлю в его голове дырку. Гнев буквально сочится из меня. Понимаю, что веду себя глупо, но что бы так отпустить меня, перед всеми учениками, это низко. А еще наш преподаватель огласил что Макс будет с нашей группой посещать лишь его урок, так как отстает только по этому предмету. Его сокурсники, еще в том году прошли эту программу, поэтому я выдохнула. Одну лекцию, раз в неделю, можно и перетерпеть.

— Так дорогие мои, звонок для преподавателя, — произносит коронную фразу Олег Дмитриевич, как только мы все подскочили со своих мест, — сядьте пожалуйста, я раздам темы для рефератов.

Я плюхаюсь обратно на стул и вымученно смотрю на Вику. Она тайком подкрашивает губы и так увлечена этим занятием, что мне приходится толкнуть ее в бок.

— Вика, опять все пропустишь, — шепчу я.

— Реферат парный, так как тема обширная. Я раздаю вам темы наугад, кому выпадают одинаковые, те группируются и выполняют свою работу вместе. Все понятно? — Оглашает препод.

— Олег Дмитриевич, а можно я выберу себе пару сам? — Кричит Пашка.

— Нет, знаю я ваши приемчики. Выберете себе того, кто сделает за вас всю работу, а сами будете прохлаждаться.

— Ой, до чего вы скучный, я может с Алкой хотел вместе делать.

Смотрю как Алла резко оборачивается и показывает Паше средний палец.

Я сдавленно смеюсь.

Олег Дмитриевич кладет каждому по маленькому листочку на парту и я, переворачивая свою начинаю читать: «Биологическое и психологическое значение эмоций»

— Что там у тебя? — Вика практически вырывает из моих рук бумажку.

— Так, тишина в аудитории, — говорит наш преподаватель, давайте начнем с первых парт. Ученик зачитывает, у кого совпадает реферат по теме, тот поднимает руку. Давай Ева, начинай.

— «Проблемы установки»- произносит она громко.

Смотрю как Алла поднимает руку, и Олег Дмитриевич что-то записывает в своем дневнике.

— У кого развитие? — Выкрикивает Паша, — мне срочно нужно в туалет.

— Павел, не маленький уже, сиди и жди своей очереди.

— Фая спасай, у меня развитие внимания. Я не хочу с этим Пашкой в одной команде быть, пожалуйста, — тихо шепчет мне Вика.

— С ума сошла? — Огрызаюсь я.

— Ты же мне подруга? — И глаза такие строит по пять рублей. Ну что же с ней делать?

— Хорошо, но ты мне за это, будешь должна.

— Что угодно, только выручи.

Мы меняемся бумажками, и я