Коммундра - Вадим Юрьевич Емельянов

Максим довольно долго опускался вниз и не заметил, как оказался в большом зале. Луч фонарика терялся где-то в темноте. Максим уже хотел повернуть назад, когда наткнулся на какие-то столы, стеллажи и шкафы со стеклянными стенками. Там были роботы.

Ему показалось, что это была древняя лаборатория робототехники. Настолько древняя, насколько могут быть древними роботы. Они были удивительно похожими на людей. И они были голыми. Множество голых мужчин и женщин. Это не могли быть манекены или куклы. У некоторых были видны интерфейсы управления.

Максим решил пока не рассказывать об этом всем, а рассказать по секрету только своим друзьям. Тут можно было создать тайное общество. Зачем ему нужно было тайное общество, Максим пока не мог придумать.

11.

В коммуне было свое информагентство, которое собирало и анализировало все новости в коммуне и в мире, и рассказывало их коммунарам в зависимости от их интересов. Многие начинали свой день с его новостей. И Максим тоже.

О происшествиях на границе оповещали всех. Небольшое происшествие могло перерасти в серьезный вооруженный конфликт. Сегодня, например, группа нищих, была поймана и обездвижена клейкой пеной на границе коммуны, после чего привезена в гостевой домик и накормлена. Обошлось без жертв.

Таким обычно давали возможность пожить и поработать в испытательной зоне. Испытание продолжалось три – четыре года. Ничего особенного, обычная жизнь коммунаров. Коммуна была двухуровневой. Не все коммунары занимались робототехникой. Были и обычные юзеры. Ими и становились люди из трущоб, прошедшие испытание. Некоторые все-таки приживались в коммуне, а некоторые, окрепнув и подзаработав денег, уезжали решать какие-то свои проблемы в большом мире. Во многих был какой-то непреодолимый дух бродяжничества, и усидеть на одном месте больше месяца они не могли.

Люди все еще боялись различных болезней. Хотя о массовой гибели от них давно ничего не было слышно, но мало ли что может притащить в себе бродяжка. Поэтому кого попало в коммуну не пускали. Осмотр, лабораторные анализы, карантин для бродяг был неизбежен.

Испытательная коммуна была поменьше. Вокруг корпусов просторных домов ухоженные клумбы и газоны с цветами, большой плац, за которым зона искусственных водоемов, так же, по-хозяйски, ухоженная.

Сады плодовых деревьев, цветы, места для костров, несколько садовых качелей и шатров, рядом спортгородок и волейбольная площадка, на которой подростки играли в догонялки. На водоемах купалась счастливая детвора. К берегу пришвартованы лодки с веслами, моторки, маленькая пристань, тарзанка, летний душ с рядом стоящим маленьким домиком.

Была там, у границы Мемориальная зона, где складывали и хранили старых роботов. Заведовал зоной маленький старичок, Глеб Фомич Вертер. Никакая зараза его не брала. Новинки робототехники ему было трудно постигать, а в старых он разбирался хорошо и разбирал их на части.

Поговаривали, что он пытается собрать из старых процессоров суперкомпьютер с возможностями искусственного интеллекта. Но что можно собрать из старья. Никто всерьез к этому не относился.

Глеб Фомич был, кроме того, знатоком боевых искусств и обучал им некоторых мальчишек. Максим тоже попал в их число.

Когда сегодня Максим добрался до Мемориала, занятия были в самом разгаре. Разогреваться пришлось в стороне ото всех, поколачивая робота-грушу.

Глеб Фомич был похож на Йоду из старой фантастической саги про джедаев. И по жизни он играл роль эдакого философскомистического гуру и организовывал что-то вроде ордена джедаев. И была у него дочка Александра. Она тоже изучала боевые искусства. И сегодня она приняла участие в занятиях. А потом они с Максимом пошли гулять, и зашли к Александре домой. И ими овладело страстное желание друг друга. Оказалось, что Максим испытывает к Александре такие же чувства, как и к Маше. Или, может быть, не совсем такие же. Во всяком случае, они провалялись в постели трое суток подряд.

Какое-то время Максим решал дилемму «Маша или Шура?» Потом дилемма превратилась в трилемму и появилась Наташа. Затем Надя, Света, Таня, Оксана… Было в этом что-то нездоровое. А девчонки тем временем стали беременеть и рожать детей.

С детьми в коммуне никаких проблем не было. Все было организовано и налажено для их счастливой здоровой жизни. Некоторые, правда, болели. Сказывалось наследие диких времен: плохой экологии; отравленного коммерсантами питания людей; генетического экспериментирования, которому многие оказались подвергнуты во времена разгула Бигфармы.

Появление детей во все времена было поводом для вступления в брак молодых людей. Но коммуна и так была одной семьей. В общем, Максим так и не остепенился. Конечно, его беспокоило, что дети будут расти как бы без отца. Но для отцовства он, наверно, еще не созрел.

12.

Затаившееся зло все-таки нанесло свой удар. Маленький дрон, по-видимому, выпущенный с самоходного устройства, подкравшегося к границам коммуны, подлетел к трем коммунарам, работавшим в полях с роботами, и обстрелял их ядовитыми дротиками… Все трое погибли.

Для всех это было большое горе. Люди уже давно не погибали и все как-то расслабились. А бандиты притаились где-то рядом и вынашивали планы стать сильнее за счет коммуны и коммунаров, выведать у них секретные технологии.

Вот такое вот интересное и страшное время наступило на Земле, когда человека можно убить по щелчку пальцев. Люди уже ни во что не верили. Истории, предвиденные или спланированные пророками, казались уже много раз исчерпанными, и никто не ждал спасителей и мессий. Рассчитывали только на себя и своих товарищей, поклявшихся друг другу в верности.

Технологии еще не позволяли все контролировать. В любую минуту нападение могло повториться, и каждый мог погибнуть. Конечно, часть таких дронов можно перехватывать, но не все. Но никто не собирался сдаваться.

«А жаль, все-таки, что я не супермен, – думал Максим, – уничтожил бы всех паразитов. Ради этого можно и королем или царем стать. Раз уж без этого нельзя. Кто-то становится королем, чтобы паразитировать, а кто-то, чтобы уничтожать паразитов. Но как, черт возьми, это сделать? Тысячелетия люди борются за власть и ничего хорошего у них не получается».

Родители Максима, к сожалению, в своих посланиях больше ничего не говорили о предсказании и Нострадамусе.

13.

Интересный проект долгое время создавал Глеб Фомич Вертер – «Омут памяти». Он собирал всю видео и аудио информацию, связанную с Коммундрой. Людей в коммуне всегда окружало много роботов производивших видео и аудиофиксацию. Созданные Глебом Фомичем интеллектуальные системы позволили обработать эту информацию и дополнить виртуальной реальностью. Теперь желающие могли увидеть жизнь коммунаров прошлого, «пройтись» вместе с