Невеста в алом - Лиз Карлайл

При виде всего этого синьора Витторио задрала нос еще выше. Она выросла в пышной красоте тосканских виноградников, но так и не смогла привыкнуть к этим мрачным, многолюдным докам, тавернам, складам и портовым грузчикам, которые встречались в них. От одного только запаха Темзы у нее сводило живот.

В какие-то дни ей казалось ошибочным присоединиться к семье, имеющей цель зарабатывать на жизнь землей и водой; на некоторых ящиках, вообще-то на большинстве из них, стоял знак Кастелли — большая аккуратная буква К, выжженная на дереве, а над ней венок из виноградных листьев. Едва взглянув на ящики, синьора Витторио поняла, что этот груз был особенным.

Это была последняя партия вина, на котором строилось благосостояние семьи Кастелли. И несмотря на то что последние сорок лет компания вкладывала капитал в различные предприятия, этот древний напиток, воспеваемый поэтами и богами, по-прежнему распределялся по международным складам Кастелли прямо из доков в Ливорно и перевозился в специальных ящиках только на судах, зафрахтованных Кастелли.

В этот момент ее молодая кузина прокричала ей:

— Мария, Мария, сюда!

Анаис стояла на баке, размахивая руками, как безумная.

Синьора Витторио приподняла юбки и начала пробираться сквозь шум и суматоху, осторожно шурша вокруг ящиков, кранов и грязных мальчишек, ожидающих поручений или пытающихся кого-нибудь обчистить. Да, доки не могут похвастать здоровой атмосферой.

К тому времени, когда она добралась до своей молодой кузины, Анаис с кожаным фолиантом под мышкой уже стояла на причале рядом с растущей кучей багажа.

— Мария! — закричала она и бросилась ей на шею.

Синьора Витторио расцеловала ее в обе щеки.

— С возвращением домой, дорогая!

— Спасибо, что спустилась сюда, — сказала Анаис. — Не хотелось бы нанимать кеб в это время суток, а у меня слишком много багажа, чтобы идти пешком.

— Это не обсуждается! — сказала синьора Витторио. — А «Сара Джейн»? Ты же не проделала весь этот путь на корабле? Ты же не настолько глупая, чтобы поступать так…

— Да? — Анаис рассмеялась и поцеловала ее снова. — В таком случае насколько я глупая?

Синьора отступила назад и только развела руками. Анаис снова рассмеялась и провела рукой по платью.

— Я пересекла Францию на поезде. Но в Гавре встретилась с капитаном Кларком, потому что поклялась Трамбуллу, что посмотрю на разгрузку партии. Ты же знаешь, что она — драгоценная и уже продана.

— Этим должен заниматься твой брат Арман, — сварливо возразила синьора Витторио. — Вместо этого он ищет себе новую любовницу на какой-нибудь загородной вечеринке.

Анаис пожала плечами.

— В любом случае нужно же было каким-то образом пересечь канал, — сказала она, вытянув шею, чтобы осмотреться. — А еще растрясти жирок, ведь я нигде не была после поездки в Грейвсенд[1].

— И все-таки ты поступила неосмотрительно, — мягко пожурила ее синьора. — Что бы сказала твоя мать? Кэтрин — утонченная леди. И что там у тебя под мышкой?

Анаис извлекла фолиант.

— Документы для Трамбулла из офиса в Ливорно, — сказала она. — Письма, накладные, запоздалые счета от нескольких обанкротившихся виноторговцев в Париже. — Она сделала паузу и огляделась. — А где экипаж? У тебя есть ключ от офиса? Я хочу оставить документы там.

— У меня, конечно, есть ключ, — нехотя сказала синьора Витторио. — Но Берр-стрит была заблокирована. Я отослала экипаж назад по кругу, чтобы погрузить твой багаж.

— Хорошо, я прогуляюсь. — Анаис взяла кожаный чемоданчик с самого верха багажной кучи и засунула фолиант внутрь.

— Одна ты не пойдешь, — сказала синьора Витторио.

— Пустяки, — улыбнулась Анаис. — Хотя ладно, составь мне компанию. Завтра Кларк пришлет чемоданы на Уэллклоус-сквер. Патнэм сможет справиться с тремя маленькими сумками?

Отдав несколько быстрых распоряжений, синьора Витторио договорилась о том, чтобы багаж был доставлен с территории доков к их экипажу. Анаис все еще держала чемодан, когда мимо них прошли двое больших беседующих мужчин, которые пробирались к «Саре Джейн».

Анаис повернулась, глядя им вслед.

— Боже, это самый уродливый француз, которого я когда-либо видела.

— Ты права, — сухо сказала синьора, — но другой — высокий, красивый мужчина.

— Правда? — Анаис повернулась, но не увидела ничего, кроме спин. — Я не успела его разглядеть.

— А жаль, — сказала синьора низким голосом. — А я видела его. Я, конечно, стара, дорогая, но еще жива.

Анаис рассмеялась.

— Ах, но я же запомнила урок, Мария, не так ли? Касающийся красивых, любящих порисоваться мужчин? Я даже больше не смотрю на таких.

При этих словах у Марии вытянулось лицо, а из глаз пропали хитрые искорки.

Анаис снова рассмеялась.

— Ой, Мария, не надо! — умоляла она. — Был бы жив Джованни, ему было бы стыдно видеть твое вытянутое лицо. Лучше поспешим. Я хочу домой.

Взявшись за руки и треща как сороки, они пошли в быстром темпе, огибая оставшиеся ящики и бочки, и вскоре вышли с задворок Сент-Кэтрин на улицы восточного Лондона.

Эта территория была знакома им обеим, но они редко оказывались здесь ночью. Тем не менее, когда пропала суета доков и опустилась темнота, женщины не стали особо волноваться — не весь лунный свет был скрыт туманом, и к тому же Мария знала, что Анаис всегда подготовлена к посещению Ист-Энда или Вест-Энда.

Вскоре они свернули в узкий переулок, который вел к боковому входу в офис Кастелли. Но едва они сделали с десяток шагов, как сзади них застучали чьи-то шаги. В одно мгновение все приняло неясные очертания. С громким «уф!» Мария стремительно рванулась вбок и ударила по соседней двери так громко, что задребезжал звонок.

— Вот тебе, высокомерная сука! — Кто-то набросился на старуху в мгновение ока.

— Нет, нет, перестаньте! — Анаис замахнулась чемоданом и ударила им по голове нападавшего.

Пошатнувшись, проклятый убийца пустился бежать, свернув в темный проход.

— Мой жемчуг! — Рука Марии схватилась за горло. — Жемчуг Софии!

Но Анаис уже убежала, отшвырнув в сторону чемодан.

— Стой, вор! — кричала она, двигаясь так быстро, что даже не обратила внимание на то, что позади нее на некотором расстоянии был кто-то еще.

Сделав дюжину длинных шагов, она поймала мужчину, схватила его за шиворот и прижала к фасаду магазина по изготовлению парусов. Он усиленно дрался, но она боролась умнее, найдя хорошее применение своим локтям и росту. Мгновение, и он оказался лицом к магазину, с одной рукой, заведенной назад, коленом она зажимала его яйца, а в ее руке был стилет.