Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство - Анна Сергеевна Одувалова

– Представления не имею, – вместо этого призналась я. – Давай их сложим во что-нибудь и вывезем за город…

– А если они найдут дорогу обратно? Или еще страшнее очнутся, пока мы их транспортируем? Нет уж! Идея так себе.

– Ну а какие варианты? – Я  вздохнула.

– Том-то и дело, что не очень много… – сказала Челси. – Пойдем, что ли, поищем, во что их можно сложить. – В конце концов, попробуем подарить их тому мужику, который сторожит наши сумки. Возможно, он окажется менее принципиальным.

– Да! Это прекрасная мысль!

Мне очень понравилась идея переложить проблемы, которые изначально были нашими, на чьи-то  чужие плечи.  Мы с Челси радостно направились к дому, надеясь, что там найдем ящик или корзину, куда можно упаковать коматозных крысос. Но вместо этого на подходе к дому обнаружили ярко-желтый  упавший улей. Его крыша была сломана рухнувшей на нее веткой. Точнее, половиной дерева, вторая половина гордо продолжала расти  в стороне.

– Ой… – пробормотала Челси, остановившись возле препятствия. – А может быть, они были такими злыми, потому что у них сломался домик?

– Предлагаешь,  восстановить и пригласить их жить к  нам? – скептически хмыкнула я, но подошла ближе, разглядывая покореженную конструкцию. Зачем-то же этот улей здесь стоял. Вокруг него фонило магией – сильной, но я не ощутила агрессии. А в глубине сада, я заметила что-то похожее на клетки и с криком «О!» кинулась к ним, даже не посмотрев, что делает Челси. Клетки были большими и с частой решеткой. Не знаю, что в них жило до этого, но мне показалось прекрасной идеей поселить в них крысос,  так сказать, до выяснения обстоятельств. Я уже обернулась, чтобы сказать Челси, какая прекрасная идея меня посетила, когда обнаружила, что подруга  подошла вплотную к сломанному улью, сначала нагнулась, а потом и вовсе присела на колени рядом с ним и засунула нос в круглое темное отверстие. По мне, очень опрометчивое решение.

– Ой! – взвизгнула она и отскочила, плюхнувшись на зад уже второй  за день. Я поняла, что клетки подождут, и  поспешила на помощь.

– Что там? – с тревогой спросила я.

– Оно на меня смотрит!

– Кто?

– Там кто-то есть и, похоже, не может вылезти, – призналась Челси, как мне послышалось, с жалостью в голосе.

– Если бы там сидела крысоса, она бы тебя куснула за нос, и я бы не была удивлена. Нечего совать нос в улей.

– Может, это крысосья королева?

– А у них есть?

– Представления не имею, я не сильна в зоологии.

– Вот и я не сильна, поэтому прежде чем искать крысосью королеву, давай хотя бы избавимся от крысосьей стаи, пока самые резвые не начали приходить в себя. Я как раз нашла клетки.

Мы с Челси перетаскали крысосьи тушки в клетку, и потом снова вернулись к улью. Я, понимала, что совершаю глупость. Совсем недавно ругала за это Челси, но все же подошла ближе к улью и осторожно посмотрела в темноту. Темнота посмотрела в меня ярко-оранжевыми круглыми глазами. Похоже, в упавшем улье и, правда, сидела крысоса, только не могла вылезти. Я хотела  залить улей водой (и это было бы стратегически верное решение проблемы), но  девица в очередной раз победила боевого мага.

– Ну вот что вы со мной делаете?! – проныла я и обратилась к застрявшей в улье крысосе. – Если я  тебя освобожу, а ты  на меня нападешь,  пальну в тебя водой и поедешь в клетку к своим собратьям. Поняла?

Не знаю, какого ответа я ждала, но, кажется, взгляд крысосы стал более осмысленным.

– Что, уже разговариваешь с ульем? –  съязвила у меня за спиной Челси, но я отмахнулась.

– Помоги лучше поднять улей.

– Что Трисс и Челси спешат на помощь? – скептически хмыкнула подруга.

– Мы знаем,  как  их нейтрализовать. А эта конкретная ничего нам не сделала.

Челси вздохнула, но спорить не стала, в конце концов, первой крысосу заметила и пожалела именно она. Мы  оттащили ветки, подняли улей и поправили покосившуюся крышу. Едва только  лаз оказался свободен, оттуда с радостным бзыканьем выскочила тощая крысоса, пронеслась мимо нас к ближайшему кусту магнолии, приземлилась на ветку, ухватившись за нее задними лапами, и начала с жадностью запихивать себе в рот остывшими двумя парами лап цветки. Неприличное чавканье разносилось на весь сад, а мы с Челси стояли и наблюдали за голодной крысосой. Сейчас она не выглядела ужасной.

– Бедненькая… – протянула Челси. Мы с крысосой посмотрели на девушку с удивлением, а потом вернулись каждая к своему занятию. Крысоса к поеданию магнолии, а я к созерцанию этого безобразия.

 Крысоса доедала куст, а мы с Челси заворожено смотрели за этим действом. По саду разносилось безобразное чавканье, а когда уродливого вида тварь, извернувшись и крепче уцепившись нижней парой лап за ветку, схарчила еще пролетающую мимо птичку, зажевав ее смятыми цветочными лепестками, в моих руках сам собой образовался водный шар. Его я готова была обрушить на крысосу, едва она закончит трапезу и кинется на нас. Потому что мне было ясно – одним кустом она вряд ли насытится.

Но крысоса не спешила, а нам было как-то неловко нападать на существо, которое мы только что спасли, и которое пока к нам агрессии не проявляло. Так и стояли, как два истукана, любуясь чавкающим созданием, которое собрало в себе все самые отвратительные черты крысы и осы.

Воробьиные крылья похрустывали в пасти крысосы, когда она смачно пережевывала свою добычу, перья летели в разные стороны, а молоденькая магнолия выглядела весьма печально, в отличие от поедающего ее существа.

– Зачем мы это выпустили? – провыла Челси с ужасом, наблюдая за неэстетичной трапезой. – Я теперь есть не смогу еще дня три.

– А зачем ты в улей сунулась? – парировала я, понимая, что у меня голод тоже отступил. – Все же хорошо было.

– Мама всегда говорила, что любопытство меня погубит, – призналась подруга и с тоской посмотрела на крысосу, которая, чавкая, выгрызала что-то из своего крыла.

Заметив внимание, тварь встрепенулась и взмыла в воздух, зависнув над нашими головами. Я уже прицелилась, но тут с крылышек крысосы, которыми она изобразила уже хорошо знакомое «бзззз» посыпалась золотистая пыльца, окутавшая нас с Челси плотным облаком. Пока мы чихали и отмахивались, крысоса, вместо того чтобы атаковать и сожрать, гордо удалилась в отреставрированный улей. Когда Челси, отряхнув платье и волосы, приблизилась, улей завибрировал весьма недвусмысленным «бзззз», что можно было трактовать,