Императрица поневоле - Зарина Павлова

было никаких украшений, зато цвет и ткань были настолько нежными, что их хотелось просо обнять и не отпускать. Да и на теле сидело приятно, а это самое важное. Я показала еще на шесть платьев примерно такого же покроя и из такой же ткани, но другого цвета. Мне надо будет провести в том проклятом замке целую неделю. Да, там будет предоставлена одежда, но в сводное от испытаний время, я бы предпочла ходить в своей. Мне ничего от них не надо.

Мария и Джил оперативно помогли мне одеться, собрали волосы в высокую прическу, от чего голова сразу заболела. Поняв это, я попросила их распустить волосы и просто сделать мне косу. И мне удобнее и голова не болит. Конечно, они украсили волосы разными камнями и заколками, но лучше так, чем головная боль.

Несмотря на то, что на завтрак я спустилась рано, все равно была последней. Когда я вошла в столовую, все взгляды переместились на меня. На их лицах было удивление, смешанное с беспокойством.

— Дорогая, ты хотела надеть это платье? — с сомнением спросила мама, подавая знак дворецкому, чтобы начали подавать завтрак.

— Нет, но я передумала в самый последний момент, — весело произнесла я, присаживаясь на стул рядом с мамой.

— Все равно какое платье, — спокойно заметил отец, разрезая яичницу, которую ему только что принесли. — Лиззи в любом наряде прекрасна.

— Точно подмечено, пап! — поддержал Кайл, поднимая стакан с вишневым соком.

— Хоть и будет сложно, но постарайся не понравиться Императору, Лиззи, — серьёзно произнес Роберт, незаметно смахивая с тарелки зелень.

Мы с мамой переглянулись и только хихикнули. Я буду скучать по ним. Целая неделя. Я вытерплю ее ради них. Я не буду пытаться убить Императора или кого-то из его свиты. Я буду стараться не привлекать внимание. И все пройдет хорошо.

Карета уже была готова. Меня вышли провожать всем особняком. У няни Розы и дворецкого Тома глаза были на мокром месте. Видя их взгляды, я понимала, как многое не замечала в прошлой жизни. Я не замечала того, как любят меня окружающие люди. Я думала только о том, как хочу помочь им. И совершенно не брала в расчет того, что им действительно надо. Ответ же так просто — они хотят, чтобы я была счастлива.

— Лиззи, возвращайся поскорее, — папа подошел ко мне и взял за руку. — В этом доме станет слишком тихо без тебя.

— Конечно, папочка, — я сделала шаг вперед и обняла его.

Я сделаю все возможное, чтобы вернуться поскорее.

— Мы будем очень скучать, милая, — мама прижала меня к себе и тихо выдохнула. — У тебя все будет хорошо.

— Ну, разумеется. Это же я, мам, — я рассмеялась, почувствовав, как нервно сжалось сердце.

— Кайл, Роберт, — я обернулась к братьям и, расставив руки в стороны, закрыла глаза. — Я дозволяю вам обнять себя.

— А вот это уже наглость, дорогая моя сестра, — фыркнул Роберт.

— Полностью согласен с тобой, брат. Мы не будем тебя обнимать, Лиззи.

— Что? — я резко распахнула глаза и с возмущением на них посмотрела.

— Мы обнимем тебя, когда ты вернешься. В конце концов, это всего лишь неделя, — Кайл скрестил руки на груди и задрал подбородок.

— Мисс Элизабет, пора выдвигаться, — к карете подошел высокий, коренастый мужчина, в костюме кучера.

И только это не позволило мне ответить. Когда мои братья успели стать такими дружными? Ну, ничего, когда вернусь, они у меня попляшут!

Подав руку, отец помог мне взобраться в карету. Дверь за мной закрылась и поняла, что сказка закончилась. Я снова возвращаюсь в тот замок. Буквально через несколько часов, я увижу его. И я молю всех Богов, чтобы они дали мне силы сдержаться. Я же даже не смогу его ранить, если попытаюсь убить. И его смерть — это недостаточное наказание. Он должен мучиться долгие годы, пока сам не взмолиться о смерти.

Карета тронулась с места.

Предчувствие грядущей беды, прокатилось мурашками по моей спине. Но остановить эту карету я была не в праве.

Глава третья. «Встреча»

Столица Империи Эристел — Урба. Это большой портовый город. Даже дома обычных крестьян оформлены в голубые и синие цвета. На лавках всегда много заморских украшений, одежды и еды. Этот город процветает. Когда я впервые попала сюда в детстве, я была очарована и восхищена этим местом. Жаль, что выбраться в город мне удалось всего несколько раз.

Я слегка отодвинула шторку с окна, чтобы хотя бы краем глаза взглянуть на море. Но перовое, что я увидела — это мостовую. Голубоватый камень покрывал дорогу, бедующую в сторону замка. Он становиться таким теплым в летний зной.

Я поспешно закрыла окно шторой и прижала ладонь к губам. Меня начало укачивать. Именно по этой дороге я шла в сторону эшафота. По этой ли улице? Мимо этих ли людей? Глупых, жадных, жаждущих лишь развлечения. Каков Император, таков и народ.

— Мама, мама, смотри!

— Грегори, не отходи от меня.

— Эти кареты…

— Да, определенно.

— Свежая рыба!

— Овощи, прекрасные, вкусные овощи!

Я ехала по оживленной улице, но уже не чувствовала прежнего восторга. Все эти люди смотрели на мою смерть. Они радовались казни, как дети. Словно я не была живым человеко, а обычной куклой, которой все равно жива она или мертва.

Я ненавижу этот город. Его запах, шум и людей. Единственное, что мне в нем нравится — это море. Тогда, лишившись всего, я мечтала отправиться на корабле далеко-далеко от этого места. Но даже этого не успела сделать. После предательства Императора, я бы просто исчезла, испарилась и меня никто бы не нашел.

Голоса горожан становились все тише. Карета начала подниматься в гору. Живот скрутило от страха, потому что я знала эту дорогу. Она вела прямиком в замок. В место, где меня ждала лишь ненависть, с которой должна совладать, чего бы мне это не стоило.

Карета остановилась, послышался скрип открывающихся кованых ворот, после чего мы поехали дальше. До меня донесся запах жасмина и лаванды. В Имперском саду, эти травы выращивала няня Адама. Он, как бы это ни было странно, уважал эту женщину и, когда та совсем состарилась, позволил ей жить на заднем дворе, в небольшом домике, большем похожий на сарай. Няня была выделена земле, где она и выращивала цветы.

Я узнала обо всем этом, когда случайно заблудившись в саду. Уже была середина весны, почти, как сейчас. Я любовалась цветами и деревьями, пока не поняла, что совсем не запомнила дорогу обратно.