Леди для короля - Александра Воронцова

Эдуард смотрел на это создание со смесью обреченности, любопытства и легкого отвращения. Девчонка имела светлые косички и сильно походила на кукол младших сестер. И, скорее всего, была так же глупа. Впрочем, что куклы, что девчонки — разницы совершенно никакой — абсолютно бесполезные создания: ни поиграть, ни поговорить. Что в них находит старший брат, он совершенно не понимал. Возможно, девчонки постарше немного более разумны. С ними же Кайден что-то делает. Одну из них в сорочке Эдуард даже видел у брата в спальне ночью. Наверно, собирались играть в призраков.

Однако, так или иначе, сейчас девочка сидела в кустах, таращилась на него и, кажется, собиралась заплакать. Эдуард понимал, что он как благородный дворянин не может оставить леди в беде, и от осознания этого беспомощность накрывала его. Как эта малявка удрала от нянек? Кому-то же ее надо вернуть. Вроде чуть младше сестер, наверно, она и разговаривать умеет. Ладно, ему почти десять, он взрослый мужчина, и отец уже разрешил ему тренироваться с настоящим клинком! И уж с этой проблемой он точно справится. Наверно.

— Леди, вам нужна помощь? — немного неуверенно поинтересовался Эдуард.

Кукла, таращившаяся на него во все глаза, кряхтя поднялась с четверенек и после неудачной попытки отряхнуть подол склонилась в кривоватом реверансе.

— Мой лорд, — вполне внятно начала малявка. — Я, действительно, в некотором затруднении, — захлопала она ресницами.

Эдуард чуть не рассмеялся. Все же девчонка была довольно хорошенькая и смешная. Официальная дворцовая речь очень забавно сочеталась с зелеными разводами на платье. Но в это можно и поиграть. В конце концов, сейчас он на службе. Вдруг она шпионка.

— Если это в моих силах, я постараюсь вам помочь, — важно ответил он.

— Не могли бы вы достать мою туфельку? — у маленькой прохиндейки заблестели глаза.

Эдуард огляделся, возле куста шиповника действительно лежал девчачий сандалик. И мелкой в самом деле было бы неудобно его достать, не поранившись. А она уже пыталась, об этом свидетельствовали царапины на руках.

Мальчишка вздохнул, покосился на куст и обнажил свое оружие. Мужественно и бесстрашно отрубить им колючую ветку он, конечно, не сможет, если только сломать. Но тогда совершенно точно обозлится садовник, старый Фелан. И скрепя сердце Эдуарду пришлось использовать благородный клинок как граблю. После недолгой возни непокорная обувь сдалась в плен. И как только это произошло, малявка вытянула свою ножку в испачканном гольфике:

— О мой прекрасный рыцарь, вы спасли меня! — лукавый взгляд.

Ничего не оставалось, кроме как, встав на одно колено, помочь сандалик застегнуть. Получилось далеко не сразу, как же она умудрилась его потерять? Что-то с этой девчонкой не чисто.

— Как зовут вас, мой герой? — театральным жестом она прижала ладошки к груди.

— Лорд Эдуард Девлин Весинкский, герцог Брайвилд. К вашим услугам, леди!

— О! Дуду! Я вам так обязана!

Эдуард остолбенел. Дуду? Что это за дурацкая кличка?

— Я согласна стать вашей Прекрасной Дамой! О мой отважный рыцарь! — выпалила она.

С самым серьезным лицом девчонка оторвала искусственную бутоньерку от лифа своего платья и протиснула в петлицу его камзола. Эдуарда парализовал этот произвол.

Вдали послышались голоса встревоженных женщин, они звали какую-то Мими, наверное, опять потеряли болонку. Но малявка, заслышав это, вынула из одной косички ленту, молниеносно повязала ему на рукав, оглядела онемевшего героя и, прилепив на ободранную коленку подорожник, побежала в сторону центральной аллеи. Лишь на минутку оглянувшись, она крикнула:

— Не забудьте спасти меня от дракона, мой рыцарь! Завтра в половине четвертого!

И скрылась за кустами самшита.

Да, какие только опасности не подстерегают военного при исполнении. Эдуард развязал ленту, но оставить ее тут же не решился, это показалось ему невежливым. Ее величество и так частенько пеняла ему на нарушение этикета. И, конечно же, только по этой причине принц убрал розовое безобразие в карман. По дороге в лагерь, где ждали его боевые товарищи, он все размышлял о пунктуальном драконе и способах его умерщвления.

Тем временем в главной ставке Кайден дремал, привалившись к стволу клена, пригретый ласковыми лучами послеполуденного солнца, и продумывал мадригал в честь леди Фенеллы, рассчитывая на тайную встречу в награду. У него все никак не рифмовалось «любезница» и «оранжерея». Мальчишки мастерили укрытие, уже мечтая о сытном обеде. Вернувшегося разведчика встретили оживленно.

— Ты долго, там на тебя напал медведь? — поддел его кузен.

— Нет, — буркнул Эдуард, — всего лишь Прекрасная Дама.

Услышав это, наследник приоткрыл глаза и, заметив цветок в петлице младшего брата, захохотал:

— Привыкай.

Глава 5

— Что? Дуду? Рассказать? Ты с ума сошла! — я даже не поняла: предложение Алисии испугало меня или возмутило.

— Отчего же? Он самое заинтересованное лицо, если рассудить здраво. Ему и решать, кто достоин доверия, а кто нет.

Что же, в этом есть резон. Ах, если бы все было так просто.

— Но как я смогу это сделать? Как ты себе это представляешь? Попасть на аудиенцию к его величеству дело непростое. Это займет много времени, и вся секретность будет под угрозой. Да и станет ли он вообще меня слушать? — пожалуй, именно этот аргумент был самым серьезным.

— Станет. Еще как станет. Что-то мне подсказывает, что именно тебя он выслушает, — мне бы Алискину уверенность. — А что касается официальной аудиенции, ты, несомненно, права. У нас нет пары недель в запасе и желания предавать что-либо огласке. К тому же у тебя нет повода для личной встречи с его величеством. Ведь все вопросы с королем может решить твой отец. Это будет действительно подозрительно.

— Ну вот. Я никак не могу пойти к нему, — это прозвучало очень малодушно. Я даже сама поморщилась.

— Амелия, у тебя нет выхода. Ты должна это сделать, — взгляд Алисии был очень серьезным. Мы обе понимали, что это не пустяк, про который можно смолчать. — Или тебе понравились прошлые королевские похороны?

— Нет, конечно же, нет, — у меня от ее слов мороз по коже прошел. — Но мы с его величеством не в тех отношениях, чтобы я могла просто напроситься на встречу.

— Думай, Амелия. Вспоминай. В конце концов, кто, как ни ты, знаешь Эдуарда.

Когда она на меня так смотрит, мне кажется, что ей