Черный зум - Алексей Леонидович FreierWolf

– Ты очень хороший парень, и я буду рад видеть тебя ее мужем, – сказал старик, и засмеялся.

Эпизод 8

Я спал дома, когда позвонили в дверь. Я вышел и увидел несколько военных.

– Что-то случилось? – спросил я.

– Машина доставлена. Прошу принять и проехать с нами, – сказал военный.

Я быстро оделся и выбежал на улицу, мы сели в военный джип и через несколько минут были у сервиса, где под охраной стояла фура и приготовленный лифт, рядом стоял старик с кейсом в руке и что-то объяснял высокопоставленному чиновнику или военному, я особо не разбирался.

– А вот и он, – сказал старик, и подойдя ко мне сунул мне кейс.

– Что происходит? – спросил я.

– Какой-то он очень молодой, – сказал чиновник, разглядывая меня, затем куда-то позвонил.

– Механика, которого мне предложили совсем мальчишка, – сказал он.

– Карина сказала, что машину ей сделал школьник, я же тебе говорила, – закричал женский голос в трубке, даже нам было слышно.

Мужчина положил трубку.

– Выгружайте, – крикнул он, и несколько солдат бросились к фуре.

Открыв ворота, подогнали лифт, и из кузова выкатили Rolls – Royce Phantom 1925 года выпуска. У меня аж челюсть отвисла. На машине не хватало кучу хромированных деталей, но сам кузов был довольно помят, и пробит насквозь, так же не хватало многих деталей кузова, но по состоянию он был в сто раз лучше, чем Аубурн. Машину спустили на лифте. И загнали ко мне в гараж.

– Все вопросы решай через моего секретаря, – и мужчина сунул мне визитку, а затем сели в машины представительного класса и весь кортеж, вместе с фурой уехали.

Я постоял, еще немного провожая их взглядом, и развернувшись, пошел к себе, но прямо передо мной стоял Чики.

– И сколько дали? – уперев в бока руки, спросил он.

– А тебе то что, шел бы со своей сестренкой играть, все равно толку от тебя никакого, – ответил я.

– Ты чего, она же тебя любит, – заорал Чики.

– Ага, так я и поверил, – проходя мимо, сказал я.

– Если бы любила, сама бы подошла и сказала, а не играла бы, и зачем она тебя – то втянула? – спросил я.

– Не твое дело, я сам хотел ей помочь, – сказал Чики, идя за мной.

– Ты куда? – спросил я.

– К тебе, деньги посчитать, – тут же ответили Чики.

– Зачем это тебе? – спросил я.

– Сестра просила, она должна знать, какой бюджет вашей семьи, – сказал Чики.

– Чьей семьи? – переспросил я.

– Ну, вашей, вернее твоей и ее, – немного смутившись, сказал Чики.

– Ты что-то себе напридумывал, у меня с твоей сестрой ничего не может быть, мы с ней даже практически не говорили, – сказал я.

– Ничего не напридумывал, она тебе точно любит, – ответил Чики.

– С чего ты это взял? – спросил я.

– Да потому что нет никакой сестры, я и есть Чие, и я девочка. Мне сначала было очень интересно с тобой, но чем дольше я с тобой находилась, я больше в тебя влюблялась, но я знаю, что ты ненавидишь девушек, поэтому я и притворяюсь парнем, но мне это уже надоело. Я люблю тебя, и хочу, чтобы это все знали, хочу ходить с тобой на свидание, хочу жить с тобой, – заорала на меня Чие, даже парни повыглядывали из дверей.

Я стоял и ничего не мог понять. Я знал, что он девочка, и хот ел притворяться, ведь мне нравилось с ней находиться, но она сломала все планы, и призналась, но если честно, то мне стало легче на душе, и я протянул ей кейс.

– Сейчас мне некогда с тобой возиться, да и не хочется, но у меня нет к тебе неприязни, но и близко подпускать не хочу, – сказал я.

– Скотина, – заорала Чие, и выхватила кейс.

– Что надо, подходишь и лично говоришь, на что нужны деньги, – заорала вся красная Чие.

– Хорошо, – сказал я.

Чие фыркнула и пошла домой, унося кейс.

– И что это было, – подойдя ко мне, спросил старик.

– Не знаю, – ответил я, и пошел к себе в гараж.

С этого дня Чие каждый день заходила ко мне и приносила еду, забирала и стирала вещи. Каждый раз, когда она начинала говорить со мной, всегда говорила «дорогой», меня это особо не задевало.

– Когда у тебя гонки? – спросил я.

– В эти выходные первый этап, – сказала Чие.

– Буду за тебя болеть, – сказал я.

– Спасибо, – ответила Чие.

Гонки проходили каждые выходные, и по разным маршрутам, которые объявлялись за день до гонки, всего было десять этапов. Призовой фонд пять миллионов долларов, за эти деньги бились очень многие гонщики, некоторые из них разбивались насмерть. Я узнал об этом, когда на свалку притащили машину с гонок, в которой пострадал гонщик. Я прибежал к Чие и хотел запретить ей участвовать, но она улыбнулась и обняла меня.

– Я очень рада, что ты за меня переживаешь, но все будет хорошо, – сказала она.

– Если с тобой, что то случится, я к тебе больше никогда не подойду и не скажу ни слова, – сказал я.

Чие сильно удивилась, и смотрела мне в глаза.

– Я буду аккуратна, – сказала она.

Я развернулся и ушел, в след мне смотрела Чие, и о чем – то думала, и уже в эти выходные ее подрезали и она перевернулась. В аварии она сломала ногу и получила кучу синяков и сотрясение, если бы она была без шлема, она бы погибла. Я видел запись произошедшего и знал, что ее просто столкнули, мне захотелось отомстить, но и Чие надо было наказать, и я пришел к ней в больницу и принес цветы и фрукты. Там сидела ее мать и увидев меня она улыбнулась и вышла. Я молча поставил на окно цветы и положил фрукты на тумбочку рядом с ней. Я сел на табуретку и смотрел ей в глаза. Она улыбалась и хотела взять мою руку, но я убрал руку и пристально посмотрел ей в глаза.

– Ты обещала мне, и я уже даже хотел верить тебе, но ты, как и все женщины, меня обманула. Я не хочу больше тебя видеть, ты даже не представляешь, как бывает больно от обмана, а я очень боюсь боли, – сказал я, и собрался уходить.

– Я не виновата, меня скинули с дороги, – закричала Чие, и заплакала.

– Почему я