Цвет греха. Чёрный - Александра Салиева

— Хотя бы потому, что время — позднее, скоро будет темнеть, услугами такси ты явно не пользуешься, да и то в этом городе не всегда безопасно, не пойми кто вокруг ходит, а ты без сопровождения? — отвечает вопросом на вопрос. — Да ещё и в таком виде. Сомневаюсь, что ты живёшь по другую сторону дороги или где-нибудь через парочку-другую домов отсюда. К тому же, действительно собираешься идти босиком?

Собираюсь!

И пойду!

Или нет.

Он же до сих пор не пропускает!

А раз так…

— Хорошо, — вынужденно примиряюсь с ситуацией.

Временно!

Пригрозила бы, что буду звать на помощь и кричать, чтоб он не проявлял такое странное упорство, а просто-напросто отстал от меня, но это же всё равно не поможет, всем нутром чую.

Вот и капитулирую…

Глава 3

Глава 3

Асия

Внутри суперкара… просто блаженство.

Благодаря кондиционеру и мягкой коже сидения, которая, кажется, не просто поддерживает, а фактически обнимает, стоит мне усесться в пассажирское кресло.

Чем только не отвлечёшь себя и свою психику, чтобы не думать о том, как быстро машина под чужим управлением набирает скорость, а смелости пребывать наедине с этим человеком у меня так и не прибавляется. Тем более, что названный мной адрес банально игнорируется. Мы едем в совершенно другую сторону.

— Я в самом деле опаздываю, — напоминаю ему.

— Куда? — отзывается невозмутимо.

Выдыхаю. Коротко. Зло.

Какое ему дело?

— На работу, — цежу сквозь зубы.

Предел моей вежливости опять заканчивается.

— Ты сейчас о той, полуночной забегаловке на набережной? — заинтересованно проговаривает он.

И откуда только знает?

Ах, да. Вероятно, директор просвещает его и на этот счёт, не только по поводу инцидента с Кааном Дикменом. Явно же подготовленные к моему допросу приходят в кабинет, тут и гадать не обязательно. Наверняка о моей подработке вне школы есть информация в моём личном деле. Случалось, я отпрашивалась с последних уроков ради того, чтобы не потерять то место. Там довольно неплохо платят. Наличными. Сразу по окончанию смены. И никогда не задают неудобных вопросов.

— Именно о ней, — сознаюсь.

Мужские губы трогает лёгкая полуулыбка. Вот только никакой мягкости мужским чертам лица она не придаёт.

— Ты там больше не работаешь.

Вероятно, у меня реально начинаются проблемы со слухом и восприятием.

Или же…

— Как это? — непонимающе таращусь на него.

Это что, шутка такая?

Неудачная.

— Вот так. Не работаешь. И всё.

Ага. Простой такой. Как один куруш*.

Издевается что ли?!

— С чего бы это вдруг?

— Эта работа тебе не подходит.

Ну, точно издевается!

— А какая, по-вашему, мне тогда подходит? — язвлю с расстройства.

— Ты должна учиться. Сдать экзамены. Потом посмотрим.

Должна…

Учиться.

Сдать экзамены.

Потом…

Чего?!

— Посмотрим? И куда, позвольте, узнать, смотреть будем? — начинаю злиться уже в открытую. — А главное, кто это — мы?

Он… молчит. По этому поводу. Зато о другом заговаривает.

И вот… лучше бы он и дальше молчал!

— Давай-ка мы с тобой начнём всё-таки иначе, — выдыхает и морщится почему-то с усталостью. — С самого начала, — поворачивает руль на соседнюю полосу, перестраивая машину, снижая скорость. — Поскольку твоя мать, мы оба знаем, чаще всего не в состоянии позаботиться даже о себе самой, с сегодняшнего дня ты — под моей ответственностью, Асия, — ничуть не церемонится. — Директор твоей школы посодействовал. Меня назначили твоим временным опекуном, поскольку я являюсь твоим отчимом, и соответственно, ближайшим родственником после твоей матери, других всё равно нет, насколько я понял, — сбрасывает скорость ещё ниже и тянется к верхнему бардачку, щёлкает кнопкой, достаёт оттуда какую-то бумагу, которую тут же протягивает мне. — Только при этом условии старший комиссар позволил ограничиться самым элементарным допросом и тебя не забрали в полицейский участок. За пределы города пока выезжать нельзя. По крайней мере, пока не будет закрыт вопрос с Кааном Дикменом. В наших общих с тобой интересах, чтобы это не заняло много времени. Будешь вести себя хорошо, не будешь посещать сомнительные заведения или же попадать в сомнительные ситуации, и всё закончится быстрее, — замолкает, но ненадолго, а заканчивает уже с лёгкой, непонятно с чего вдруг довольной полуулыбкой: — И да, можешь обращаться ко мне на “ты”, как с самого начала, не обязательно притворяться, что в тебе вдруг просыпается уважение.

Да, у меня определённо проблемы с восприятием.

И слухом!

С логикой — тоже.

Иначе почему никак не усваивается?!

Не верю…

Да и как в такое поверишь?!

Хотя нечто последовательное, спустя несколько секунд прокрутки на повторе его речи в своей памяти, я всё же осознаю:

— Так вот чем вы там с господином Кайя были так заняты такую прорву времени, — протягиваю, некрасиво присвистнув, не до скромности девчачьей и благопристойности мне сейчас.

Шесть часов же!

— Прорву? — переспрашивает… Адем.

Даже после его прямого указания об обращении, просто «Адем» даже в моей голове звучит… странно. Почти непристойно. Неуместно. Будто я что-то постыдное и развратное произносить собираюсь, а не обычное мужское имя называть.

— Шесть часов, — напоминаю, в итоге выбрав вообще не обращаться к нему как-либо, ведь так намного проще, не придётся париться по пустякам. — Сказал, скоро буду. И я ждала это «скоро» шесть часов. Разве это не прорва времени? Почти целый день, — не собираюсь ставить в упрёк, конечно же, просто развёрнуто поясняю, раз уж сам спрашивает. — Если честно, думала, ты не приедешь.

И лучше бы так и было!

Отворачиваюсь к окну. Задумываюсь о своих же словах.

Зачем последнее ему высказываю?

Очень жалко звучит…

От самой себя противно становится.

Подумает ещё, что без него обойтись не смогла бы!

А я смогла бы, да…

Ещё сама не знаю, как именно, правда.

Но обязательно придумаю!

Зависеть от незнакомого мужика, увольте…

Пусть и на короткий срок.

— Не