Почему он? - Катерина Коршунова

Совесть меня грызла ровно столько времени, пока не вернулся Марк. В его руках был небольшой пакет. Он протянул его мне.

— Я надеюсь, мы сразу преодолеем этап возражений, восклицаний, попыток всунуть мне деньги и прочую ересь, что приходит вам, девушкам, на ум, когда почти незнакомый человек пытается сделать вам маленький подарок, — с напускной строгостью сказал Марк.

Я хотела возразить, но его глаза явно показывали мне, чтобы я помалкивала. Я с благодарностью взяла пакет и достала новую футболку ярко-желтого цвета с надписью «Beautiful».

— Вот так ты из королевы превратилась в красавицу, — широко улыбнулся Марк.

— Спасибо за футболку, — с лёгким смятением поблагодарила я.

Меня интересовало сразу три вопроса: как он угадал с размером, почему именно жёлтый цвет, и действительно ли это был комплимент, но я решила пока помалкивать. Я подождала, пока он выйдет из машины, чтобы я смогла переодеться, но Марк оставался на месте.

— Переодевайся, у нас немного времени, — поторопил он.

Я сначала смутилась и хотела попросить его выйти, но Марк так явно пытался не смотреть в мою сторону, что я поняла — проблемы нет. Я стянула старую футболку и натянула новую. Поправив волосы, я была готова ехать.

Когда мои манипуляции были окончены, Марк обернулся, чтобы оценить результат.

— Я так и знал, что жёлтый цвет подойдёт к твоим тёмным волосам, — без стеснения сказал он.

Следующие минут пять я абсолютно не помню. Мы ехали по городу, а я лишь крутила в голове его последние слова. Совесть уснула крепким сном, а я лишь удивлялась, как за половину дня мы так сильно продвинулись в общении. Мне казалось, что я настолько давно его знаю, и в тоже время я не знала о нём ничего.

Мы подъехали к милому кафе в стиле ретро и припарковались. Я вылезла из машины и глубоко вдохнула воздух, пытаясь привести мысли в порядок.

— Я могу взять на своё усмотрение? — уточнил Марк, — аллергии, непереносимость продуктов есть?

— Нет, — удивлённая такой опекой ответила я, — и да, ты можешь взять на своё усмотрение.

Я села за столик на улице. Рядом никто не сидел. На улице тоже не было людей. Тихий городок убаюкивал и успокаивал. Я постаралась расслабиться и перестать грызть себя за своё поведение. Я знала, что поступала неправильно, но хотела оставаться именно там, где была.

Марк вышел с двумя чашками кофе с корицей, официант вынесла за ним следом два лёгких десерта с фруктами. Я стараюсь сокращать употребление сахара в привычной жизни, но это был не тот момент. Я хотела попробовать то, что нравилось ему.

— Значит ты фотограф, — неосторожно ляпнула я.

Марк изменился в лице. Его добродушие и приветливость мигом испарились. Я поняла, что перешла на очень личную тему, хотя сама себе обещала этого не делать.

— Тебе друзья твои сказали? — немного напряжённо спросил он.

— Да, но я узнала об этом сегодня в обед, когда ты привёл меня в их домик. Папа Антона дружил с твоим папой, думаю, оттуда просочилась информация, — невинно протараторила я, убеждаясь, что передо мной действительно сидит незнакомый человек и моя иллюзия, будто мы давно знакомы быстро испарилась.

— Мы с Антоном были знакомы до сегодняшнего дня, правда давно не виделись и не поддерживали связь. И я знаю, что он знает. А ты когда встретила меня сегодня утром, что ты знала? — подозрительно спросил Марк.

Меня удивила его реакция.

— Ничего! — честно ответила я, — абсолютно ничего.

Марк ещё несколько секунд внимательно изучал моё лицо, потом его взгляд стал теплее, и он снова улыбнулся.

— Это хорошо, — сказал он, смягчившись.

Мы доедали свои десерты, когда я таки решилась идти дальше по скользкой дорожке.

— Я была на одной выставке как-то, там было много фотографий разных женщин. Я помню свои ощущения. Впервые на меня произвело впечатление выставка подобного типа, — продолжала говорить я, наблюдая за реакцией Марка.

До этого момента он полностью владел ситуацией. Казалось, что его каждый шаг и движения продуманы наперёд, но тут ситуация полностью изменилась и мне это нравилось, будто я играю со львом. Моё выражение лица меня выдали, и Марк широко улыбнулся.

— Мне нравится смена твоего настроения. Как горят твои синие глаза! Ради такого взгляда можно стерпеть некоторые обиды.

— Разве я тебя обидела? — испуганно спросила я.

— Любой обман для меня — это обида, — вдруг серьёзно ответил Марк, — я не переношу вранье. Ты ведь сказала, что не знала ничего обо мне до сегодняшнего дня, но уже через минуту рассказываешь, как посещала мою выставку. Ты ведь про мои работы говоришь, я правильно понял?

Я выдержала драматическую паузу. Мне всё ещё казалось, что я владею ситуацией.

— Начнём с того, что я понятия не имела, чья та была выставка. Я редко запоминаю имена фотографов, и ещё реже восторгаюсь фотографиями. Тот выход в галерею был полностью организован моей подругой Леной.

— Рыженькой? — уточнил Марк небрежно.

— Именно, — скривилась я, проглатывая комплимент подруге, — поэтому я не врала тебе. До сегодняшнего момента я не знала ничего о тебе и даже не ассоциировала те работы с такой внешностью фотографа.

— Внешностью фотографа? — Марк начал громко смеяться, — значит, мои работы не соответствуют моей внешности?

Я замялась, понимая, что снова болтнула лишнего, но обратной дороги уже не было.

— Я с трудом представляю тебя с фотоаппаратом. А те фотографии были настолько нежными и улавливали особое настроение. Неужели у тебя настолько тонкая душа? Как это может совмещаться с таким телом?

Я прикусила нижнюю губу, чтобы не продолжать дальше нести бред. Марк не сводил с меня глаз, внимательно рассматривая моё лицо. Я чувствовала себя смущённой и одновременно очень смелой. На его губах блуждала лёгкая улыбка.

— Я завтра рано утром иду фотографировать. Это строжайшая тайна, чтобы никто не увязался за мной, например твоя подруга Лена. Я не хочу никого брать с собой, кроме тебя, — мягко сказал он, — ты сможешь увидеть, как я работаю. Пускай картинки в твоём воображении встанут на свои места.

— Кроме меня, — эхом повторила я, — а во сколько вставать?

— На рассвете, чтобы захватить первое солнце.

— Это точно будет здорово! — восхищённо добавила я.

Идея мне показалась такой простой, но одновременно безумной.

— Только без Лены, — строго сказал Марк, — я предупреждаю.

— Она хочет, чтобы ты с ней немного поработал, — ляпнула я.

— Я подумаю об этом, — честно ответил Марк, — мы обсудим это позже. А сейчас предлагаю возвращаться назад.