Право на дочь - Чарли Маар

Затем нажимаю кнопку вызова.

— Да, Снежинка? — через пару секунд отвечает хриплый низкий голос, от которого мурашки невольно бегут по рукам.

— Твоя взяла, Борцов. Я останусь.

У меня просто выбора нет другого.

— Алексей Игоревич. Не забывай, как нужно обращаться к начальству.

От злости стискиваю зубы.

Мурашки от голоса? Мне показалось! Это были мурашки от желания придушить его к чёртовой матери!

— Хорошо, Алексей Игоревич. Как скажете!

Мужчина хмыкает.

— Завтра в восемь, Снежана. И никаких опозданий.

— Мамотька, с кем ты говолись?

Я резко поворачиваюсь на голос дочки. Она стоит совсем рядом.

Нет, Ася... Боже!

Он слышал? Слышал её?!

— Снежа... — что-то пытается сказать Борцов, но я перебиваю его.

— Завтра в восемь. Не опаздывать. Я всё поняла, Алексей Игоревич. До свидания! Завтра обсудим остальное!

Отключаюсь пока ни он, ни Ася ещё что-нибудь не сказали!

— Кто это был, мамотька? Ты расстлоилась?

Беру малышку на руки и несу в комнату, носом уткнувшись в её мягкие, пахнущие детским шампунем волосы.

"Я расстроилась, дочка. Это был твой папа, " — думаю про себя, а Асе отвечаю:

— Конечно, я не расстроилась. Всё хорошо. Это мне с работы звонили, бусинка.

7 глава

Снежана

— Мам, есё немнозечко, — сонно тянет Ася, когда я прихожу к ней в комнату, чтобы разбудить.

Она у меня абсолютная сова. Вечером её очень тяжело уложить. Вчера, например, мы читали сказки часа два. И что самое смешное, я даже не знаю, кто из нас двоих уснул раньше, потому что проснулась я в три часа ночи с книжкой, лежащей у меня на груди и Асёнком, сопящим подмышкой.

— Нельзя, малыш, — подхватываю дочку на руки и торопливо несу в ванную комнату, ступая босыми ногами по вздутым после вчерашнего потопа полам. — Мы с тобой всё на свете проспали. Через час маме нужно быть на работе. Иначе злой начальник меня уволит.

Очень хочется добавить злой мстительный мудак, или даже применить к нему более яркие эпитеты, но я благоразумно оставляю их при себе.

Боже, и ведь самое отвратительное, что теперь у меня точно нет выбора. Мне, чёрт возьми, нужна эта работа. Иначе ремонт мне оплачивать будет не с чего. И тогда хозяйка точно выгонит нас с Асей из квартиры. А снять новую мне сейчас просто не по карману...

Проклятое дежавю. Снова мне нужны деньги и снова, как и четыре года назад, я зависима в этом плане от Борцова.

— Если он тебя будет обизать, я его наказу, — сердито сводит брови мой маленький сонный гном. — Мою маму никому нельзя ластлаивать.

— Договорились, — улыбнувшись, отгоняю от себя плохие мысли и целую её в кончик носа. — Но давай, всё-таки не будем до этого доводить. Быстро почистим зубки, оденемся и побежали. Ладно?

— Ладно...

Минут через двадцать я закидываю Асю в детский садик, забираю у воспитательницы очередную квитанцию об оплате и бегом несусь к метро.

На самом деле, это большая удача, что нам удалось арендовать жильё неподалёку от подземки. Питер — большой город. И с утра в час пик можно потратить часа два, добираясь до офиса на двух видах транспорта.

К тому моменту, когда я подбегаю к лифту, стрелка на моих наручных часах неумолимо клонит к восьми.

— Девушка, у вас из кармана что-то выпало, — оборачиваюсь на звук мужского голоса и упираюсь взглядом в высокого темноволосого мужчину в деловом костюме.

У него в руке картонный стакан с кофе, а вторую он протягивает мне, сжимая между пальцев мою квитанцию из сада.

— Спасибо большое, — забираю у него листок и убираю его в сумку.

Мужчина нажимает на кнопку вызова лифта, и тот, к счастью, тут же открывается.

— После вас, — рукой приглашает меня первой зайти в кабину. — Какой этаж?

— Мне на десятый, — отвечаю, нервно поправляя на плече сползающий ремешок сумки.

— Тяжёлый день? — улыбается, следя за моими дёрганными движениями.

Становится даже как-то неловко. Мужчина, в отличие от меня, абсолютно расслаблен и спокоен. А вот я выгляжу как какая-то истеричка. Даже не сразу замечаю, что нервно постукиваю каблуком по полу.

— Просто у меня сегодня первый рабочий день, — отвечаю, моментально краснея. — И, честно говоря, я уже опаздываю.

— Уверен, всё пройдёт замечательно. Главное, не волноваться. Этим вы себе только вредите. Начальство оно такое. Чувствует страх.

Сложно не согласиться. Борцов мой страх точно чувствует. Он же как акула — проглотит и не подавится. Жаль, что я поняла это слишком поздно...

— Я... постараюсь, — сконфуженно улыбаюсь.

— А хотите кофе? — неожиданно протягивает мне свой стаканчик. — Думаю, вам не помешает, чтоб взбодриться. Я его только купил. Не пил ещё.

— Да ну что вы, — смущённо машу руками. — Неудобно как-то.

— Берите, берите, — добродушно улыбается, вкладывая стаканчик в мою ладонь.

— Спасибо, — бормочу растерянно.

Как раз в этот момент лифт доезжает до моего этажа. Двери открываются, и я выхожу... почему-то спиной вперёд.

— Удачи вам на работе, — ловлю его улыбающиеся зелёные глаза в щёлке закрывающихся дверей.

— И вам, — выдавливаю запоздало.

Зависаю на какой-то момент, продолжая стоять на месте и смотреть на закрытые створки лифта. Пока сторонний шум за спиной не приводит меня в чувства, и я не вспоминаю, что мне срочно нужно быть на работе.

Резко разворачиваюсь и залетаю в стеклянные прозрачные двери офиса АртПитерГрупп.

— Инна... Алексей... Игоревич... пришёл... уже? — запыхавшись, спрашиваю у секретаря на ресепшн.

— Уже пол часа как на рабочем месте, — разбивает в дребезги мою последнюю надежду.

— Чёрт, и не спится же ему в такую рань, — тихо бормочу себе под нос, но Инне, кажется, удаётся расслышать.

— Так у нас же тендер на носу. Борцов не вылезает из офисного кресла. Для агентства этот заказ очень ценен. Алексей Игоревич в нашем городе всего несколько лет. Фирма — новичок на рынке. Поэтому заполучить клиента такого уровня очень важно. Это значительно повысит статус агентства в глазах других заказчиков. А если учесть, что предыдущего дизайнера он уволили, то... — пожимает плечами.