Помолвка виконта - Луиза Аллен

— Нет, но хватит и этого, мисс. — Его губы побелели, а когда Эдам притронулся к его ноге, он конвульсивно дернулся. — Ад и дьявол! Оставьте ее в покое, черт побери!

— Ну да, — произнес Эдам. — Я оставлю вас здесь замерзать до смерти, ладно? И следите за вашим языком, когда вас слышит мисс Росс.

— Пусть ругается, — сказала Десима. — Так ему будет легче. Мы должны наложить на ногу лубок, прежде чем передвигать его, — добавила она.

— Нет времени. Будет больно, но это лучше, чем замерзнуть. Потерпите, Бейтс.

Поток ругательств, которыми разразился грум, когда Эдам поднял его и понес через двор, вынудил Десиму зажать уши ладонями, а потом осторожно убрать их из чистого любопытства. Как ей показалось, грум ни разу не повторился. Она закрыла за ними дверь.

— В какой комнате вы развели для него огонь?

— В первой справа.

Десима взбежала вверх по лестнице. Когда вошел Эдам, она откинула покрывало и зажгла свечи.

— Что нужно принести?

— Пожалуйста, ступайте вниз, мисс Росс. — Эдам склонился над грумом, которого только что уложил на кровать. — Вряд ли нам предстоит приятная процедура.

Десима начала думать вслух, загибая пальцы:

— Острый нож, чтобы разрезать сапог и бриджи. Ночная рубашка, которую мы наденем на него сразу, чтобы не тревожить потом. — Бейтс устремил на нее негодующий взгляд. — Лубки, бинты и лауданум[5]. Пойду посмотрю, что смогу найти.

Когда Десима вернулась, Эдам успел надеть на него ночную рубашку. Она протянула ему нож и накапала лауданум в стакан.

— У миссис Читти есть все, что нужно. Выпейте, Бейтс, это поможет. Как вы думаете, милорд, немного бренди не помешает? Я принесла бутылку.

Эдам пожал плечами:

— Крепкое ему не повредит.

Грум проглотил напиток.

— Я принесла для лубков прямое полено и нашла в корзине для штопки простыню и разорвала ее.

— Благодарю вас, мисс Росс, вы весьма находчивы. — Эдам снял сапог со здоровой ноги грума и задумчиво посмотрел на другую. — Теперь отойдите, пожалуйста.

Десима повернулась к двери. Ей не хотелось здесь оставаться и видеть страдания Бейтса, а тем более то, что скрывает этот сапог. Но покорно спуститься вниз, как хорошая девочка, когда, вероятнее всего, здесь понадобится ее помощь, она не могла, это походило бы на трусость.

— Выметайтесь отсюда, мисс, — огрызнулся Бейтс.

— Ругайтесь сколько хотите, — ободряюще произнесла Десима. — Держите меня за руки. Нет, милорд, — добавила она, когда Эдам попытался заговорить. — Я не собираюсь «выметаться», что бы сейчас ни сказал любой из вас.

— Вы когда-нибудь встречали женщину, которая не была бы упрямой, как мул, Бейтс? — поинтересовался Эдам.

— Едва ли, милорд.

— Должно быть, вы много общались с неотесанными людьми, мисс Росс. Ну вот, Бейтс, с сапогом покончено. Теперь бриджи. С лошадьми все в порядке или мне придется тащиться в конюшню и заниматься ими, когда я подлатаю вас?

Десима возмущенно полуобернулась и успела увидеть на лице Бейтса кривую усмешку.

— Они в полном порядке, милорд.

Она поняла, что Эдам вовсе не собирался упрекнуть слугу в безответственности, а просто старается отвлечь Бейтса разговорами от происходящего.

— Коляски нет? Бейтс, вы слышите меня? Грум, чьи глаза начали закатываться, с трудом взял себя в руки.

— Да, нет коляски и верховой лошади. Похоже, мисс Читти и остальные уехали за покупками и не смогли вернуться… Тысяча чертей!

— Мне нужно было убедиться, что перелом только в одном месте. Хмм… Во всяком случае, кость наружу не вышла. Сейчас я ее вправлю, позволяю вам лишиться чувств, когда захотите, Бейтс.

— Благодарю вас, милорд. — В голосе Бейтса не слышалось особой признательности.

Десима ободряюще улыбнулась, последовала неприятная минута, когда лицо Бейтса стало белым, а руки, сжимавшие пальцы Десимы, едва не раздавили их. Эдам тихо выругался. Бейтс откинулся назад.

— Он потерял сознание, — вслух произнесла Десима и подумала: «Только бы меня не стошнило».

— Хорошо. Мне нужна еще одна пара рук. Можете сжать его ногу выше колена и держать, пока я буду тянуть ее, чтобы соединить кости?

Она сосредоточила взгляд на склоненной голове Элама, сжимая ногу Бейтса и молясь, чтобы тот не пришел в себя. «Не думай об этом! Просто делай все, как если бы это была лошадь!»

— Отлично. Можете отпустить ногу. Слышите, Десима?

— Да, конечно. — Она заставила себя разжать пальцы. — Лубки и бинты здесь… — Десима судорожно сглотнула и поднялась. — Пойду принесу горячие кирпичи.

Она смогла добраться до кухни, говоря сама с собой, пока спускалась по лестнице:

— Горячие кирпичи для Бейтса и Пру, заодно приготовить кровати. Надо найти, во что завернуть кирпичи. Проверить чайник, посмотреть, горит ли плита. Нам понадобится что-нибудь, чтобы постельное белье не касалось ноги.

Восхитительная миссис Читти держала в кладовой стопку аккуратных фланелевых квадратных салфеток. Десима завернула в них четыре кирпича и нетвердым шагом направилась наверх, встретив на площадке Эдама с брусьями под мышками.

— Я не мог найти табурет подходящего размера, но брусья облегчат вес. Принесли кирпичи? Молодчина! Дайте мне один и можете навестить вашу горничную.

Десима положила кирпич в кровать Пру и в свою и открыла дверь комнаты Эдама, намереваясь пристроить кирпич в постель Эдама. Из комнаты Бейтса доносились мучительные стоны, прерываемые замечаниями виконта. Это было уже чересчур. Десима согнулась вдвое, и ее вырвало в красивый фарфоровый умывальник.

— Десима? Где вы? О, бедная девочка! Садитесь, я принесу вам что-нибудь выпить.

Она схватила поданный стакан, сделала большой глоток и задохнулась.

— Это же бренди!