Ассистент(ка) Его Темнейшества. Он - дракон! - Ольга Ивановна Коротаева

— Вот видишь, у тебя есть к чему стремиться, — ухмыльнулся он.

Я скрестила руки на груди.

— Вообще-то я добрая девушка! Старушкам продукты покупаю, котов спасаю… А ты предлагаешь мне взять и измениться за один день?

— Если хочешь сохранить мой подарок, — шевельнул он ушами, — то придётся.

Я уронила руки вдоль туловища и, понимая, что он прав, обречённо вздохнула:

— Придётся.

— То-то же, — кот посеменил к двери. — Поспеши же! Тебе нужно познакомиться с магами, жрецами и придворными, и пир хавэнов для этого лучшее место. На твои странности никто не обратит внимания.

— Пир? — Я приблизилась к выходу и прислушалась. — Это в честь приезжих?

— Шутишь? — фыркнул кот. — Этих выставили сразу после встречи с Его Темнейшеством.

— А что тогда за повод? Неужели не знаешь? Я думала, тебе всё известно!

— Мне как-то было неудобно расспрашивать слуг, убегая от псов Морэра, — недовольно поморщился он.

— Так у него ещё и собаки имеются! — закатив глаза к потолку, простонала я. — Надеюсь, мне не придётся их выгуливать?

— Не тяни время.

— Ладно, — буркнула я и всё-таки вышла из комнаты.

Направилась на шум, никак не реагируя на поклоны слуг, которые несли подносы, полные еды. Внезапно вспомнилось, что Морэр лишь одну куриную ножку съел, но я тряхнула волосами. Не хватало ещё переживать, что злодей голодает!

Вошла в зал, напоминающий гудящий пчелиный улей, и застыла на пороге от ошеломляющего зрелища.

Факелы, пылающие на стенах, создавали таинственное освещение, а разноцветные флаги с причудливыми гербами с изображениями неведомых тварей украшали каждый уголок зала. На стенах висели огромные картины с изображением сцен сражений. На нескольких я заметила силуэты драконов. В центре зала пылал огромный камин, и его невероятно яркий огонь наверняка был магическим.

В середине зала, за длинными столами, полными еды и напитков, собрались мужчины разных возрастов и комплекций. Но объединяло всех одно — каждый выглядел опытным воином и страшным противником. На столах стояли серебряные кубки, тарелки, наполненные мясом и сырами, вазоны с фруктами и сладостями, а слуги в серебряных ливреях неустанно приносили новые блюда и напитки. Размах праздника потрясал.

«Пир хавэнов, — вспомнила слова кота. — Действительно настоящий пир!»

По залу прокатывались громкие разговоры и взрывы смеха, заглушающие музыку. Откуда она раздаётся? Повертев головой, я обнаружила в уголке нескольких человек, что играли на скрипках и лютнях, создавая атмосферу праздника. Пытаясь создавать, поскольку их никто не слушал.

— Крэу! — Я обернулась на зов и узнала Онмэна. Мужчина поднялся из-за стола и помахал мне. — Наконец-то… Иди к нам!

Я пристально вгляделась в людей, что сидели рядом с этим хавэном. Вокруг царила атмосфера веселья, но эти мужчины были мрачны и поглядывали на меня не очень-то дружелюбно, лишь Онмэн улыбался во все тридцать три сверкающих зуба. Обречённо вздохнув, я направилась к рекламе местной стоматологии.

Стоило приблизиться, как мне вручили огромный кубок, в котором, судя по тяжести, было не меньше литра напитка.

— Да здравствует Его Темнейшество, Дэш Морэр! — завопил Онмэн, и громыхнуло так, что у меня заложило уши. Мужчина осушил свой бокал и подмигнул мне: — Пей до дна.

Я прикинула объём посудины и беззвучно застонала. Кажется, к концу пира мне понадобится ещё одна жизнь кота.

Глава 9

Я стояла истуканом, невидяще глядя перед собой. Если я сделаю то, о чём меня просит Онмэн, то подвергну себя опасности. Я даже в свой день рождения не поднимала бокал с вином и не пила шампанского на Новый год. Не то, чтобы я была такой уж рьяной трезвенницей, просто моя невезучесть возрастала в геометрической прогрессии, если я принимала алкоголь.

Какие ещё неприятности могли свалиться мне на голову, если я уже находилась в чужом мире и теле? Огромные! Размером с дракона, например, если я по пьяной лавочке признаюсь, что на самом деле девушка. Ведь не просто так говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке!

Яркий пример того, что будет после принятия на грудь этого ароматного напитка, был у меня перед глазами. Какой-то юноша лет двадцати с лицом красным, будто яблоко, танцевал между столов и пел что-то, периодически икая.

И картина не была бы столь удручающей, если бы на него не было надето женское платье. Задом наперёд. Прямо на сюртук! Хавэены хохотали над парнем, отвешивали пинки и пошлые шутки. Мне совсем не хотелось повторить его опыт!

Но если я откажусь, то как же мне исполнить наказ кота и завести друзей? Может сказать, что я не пью вино по религиозным соображениям? Я что-то слышала о шаманах, значит, верования есть и в этом мире.

«А прокатит? — засомневалась, отчаянно стискивая бокал обеими руками. — В нашем мире шаманы не ведут себя, как монахи! Трубку мира им в карму!»

— Чего ждёшь, пацан? — подзадоривал меня Онмэн. Мужчина хлопнул меня по плечу так, что я расплескала полбокала. — Не по вкусу гиннерийское? Или не желаешь здравия Его Темнейшеству?

Он весело подтрунивал надо мной, заведомо поставив себя выше. И хотя Крэу был младше, а Онмэн помогал мне в этом мире, другого выхода я не видела. Потому и решилась. Мысленно попросив у мужчины прощения, вылила вино ему на голову.

Мгновенно повисла тишина, и лишь парень в женском платье продолжал напевать что-то нечленораздельное. Онмэн побелел, как мел, и со стуком поставил свой бокал на стол, зарычав, как раненый зверь:

— Что за чёрт?!

Он резким движением выхватил меч, и у меня подогнулись колени. Ну всё, плакал подарок Лирендаила кошачьими слезами. Одно движение, и нет попаданки! Вино кровавыми каплями стекало по волосам и бороде Онмэна, оставляя на белоснежной рубашке алые цветы.

«Не отстирается», — пришла дурная мысль.

Но она и привела меня в себя. Какая мне разница, что будет с рубашкой хавэна, если я не знаю, что станет со мной? К тому же отступать уже поздно, и я отбросила пустой бокал, который глухо загремел, катясь по деревянному полу в повисшей тишине, а потом нарочито спокойно произнесла:

— Как ты меня назвал? Пацан?

Пальцы дрожали и, чтобы скрыть это, я завела руки за спину. Было страшно до звёздочек перед глазами, но я упрямо выставила подбородок и процедила:

— Я Сабер Крэу, личный ассистент Его Темнейшества и в его отсутствие являюсь представителем Дэша Морэра. Оскорбляя меня, ты оскорбляешь его!

На лице Онмэна мелькнула растерянность, но главное, что он опустил меч, а, значит, передумал меня