Любовное настроение - Кэтрин Гарбера

Она нахмурилась и поморщилась:

— И как это будет?

— На улице снимать сложнее. Освещение не контролируется, звук может быть слишком резким. Но при желании все можно сделать.

Она не отступала, но и не настаивала на том, чтобы все шло так, как решила она. Данте понял: прежде чем продвигать свой план «влюби ее в себя, а потом брось», ему надо попытаться лучше узнать новую Олив.

— Давайте порассуждаем. Я попрошу Кики прислать вам по электронной почте детали логистики и всего остального.

— Хорошо, — сказала она, направляясь к двери.

Он последовал за ней и проводил до лифтов в конце коридора.

— Спасибо за все, Олив. Я сомневался в результате, но мне понравилось. Только не говорите об этом Кики, а то она меня замучает.

— Я буду нема как рыба, — тихо произнесла она, проводя пальцами по губам.

Данте уставился на ее губы и застонал, осознав, что хочет поцеловать ее. Он начал наклоняться к Олив. Ее рука легла ему на грудь, но не для того, чтобы оттолкнуть.

И тут у нее за спиной открылась дверь лифта, и Данте ничего не оставалось, как попятиться. Олив облизнулась, кивнула ему и вошла в лифт.

Глава 4

Олив хотелось расслабиться. Сегодня четверг, а это значит, что она встречается в баре с подружками, чтобы выпить «Маргариту». Поднявшись в бар на крыше, где они всегда встречались, она с удивлением увидела в угловой кабинке Пейсли и ее нового парня. Итак, сегодня девичника не получится, а ведь Олив надо рассказать грязную правду, которую узнала о себе сегодня.

Она почувствовала, как снова превращается в стерву, и это просто взбесило ее. Заставив себя улыбнуться, она решила быть самой доброй и милой, несмотря на то, что Пейсли привела с собой парня.

— Привет вам обоим! — сказала она, поняв, что не помнит имени парня Пейсли.

— И тебе привет! Олив, это Джек. Не уверена, что ты помнишь его, но вы встречались с ним на днях в «Гестия харт».

— Я помню, — произнесла она с максимально лучезарной улыбкой, которая когда-то помогла ей выиграть титул «Мисс Техас». — Приятно видеть тебя снова. Что будете пить? Я угощаю.

— «Маргариту», конечно, — сказала Пейсли.

— Я скоро вернусь. — Олив взяла банковскую карту и положила сумку на стол.

Она пробралась в бар и решила, что раз ее никто не видит, то можно немного подуться. Кто-то обнял ее за талию и положил голову на плечо. Делани. Она была такой же грустной, как и раньше, когда они ходили по магазинам. Олив обняла ее в ответ.

— Плохие новости?

— Ага. Малкольм бросает меня. Он выгнал меня из своего дома, представляешь? Все мои сумки стояли на улице. Лайл был не в восторге, загружая все эти вещи в машину.

— Почему ты поехала туда с водителем? — спросила Олив.

— Я собиралась напиться в подвале Малкольма, чтобы отомстить ему, — произнесла Делани. — Мне не верится, что надо искать другое место. Я сдала свое жилье в субаренду, когда переехала к Малкольму.

— Ты можешь пожить у меня, если хочешь, — сказала Олив. — У меня есть гостевая комната, и я не откажусь от компании.

— Я бы с удовольствием. — Делани вздрогнула. — Я не могу жить с отцом.

— Я не знаю, о чем думает Малкольм. Но вышвыривать твои вещи на улицу — это перебор. Хочешь «Маргариту»?

— Только поменьше лайма, — сказала Делани.

Олив заказала выпивку.

— Почему четыре «Маргариты»? — спросила ее подруга.

— Пейсли привела парня.

— Что за денек! Я рада, конечно, что она нашла любовь и все такое, но ты одинока, а я брошенка… Нам, девочкам, надо побыть одним, — пожаловалась Делани.

— Все нормально. Будет весело. И я хочу проверить его, — сказала Олив. Занявшись Джеком, она ненадолго перестанет размышлять о своей стервозности. — Ой.

— Что? — спросила Делани, подмигнув бармену и вытащив вишенку из фруктового гарнира за барной стойкой.

— Сегодня я веду себя как суперстерва.

— Серьезно? Я не заметила.

— Наверное, я просто с подозрением отношусь к Джеку, — призналась Олив.

— Я тоже. Он кажется слишком хорошим, а потому нереальным, — сказала Делани. — Сегодня он привез Пейсли ее любимые кронаты с другого конца города. И он милый.

Так почему Олив ищет в нем изъян? С Данте она вроде бы поступила наоборот. Хотя у него, похоже, нет недостатков. Обычный парень, который разбогател и ждал, когда она превратит его в прекрасного принца.

Она взяла две «Маргариты», а Делани — остальные две, и затем они пробрались через оживленный бар обратно к столику. Усевшись в кабинке напротив Пейсли и Джека, Олив заметила, что Пейсли выглядит счастливой. Разве не этого они все хотели? Зачем они начинали свой бизнес? Чтобы примириться с прошлым и радоваться повседневной жизни. Олив вздохнула. Ей нужно перестать думать о своих проблемах и успокоиться.

Все подняли бокалы:

— Один за всех и все за одного!

Они чокнулись бокалами и выпили, и Олив почувствовала, как ее плохое настроение ускользает. Лучшим, что с ней случалось, помимо участия в общественных работах, было знакомство с Пейсли и Делани. Она никогда не позволяла себе забывать об этом.

— Где Малкольм? Я притащила Джека, потому что думала, что он придет, — сказала Пейсли.

Олив повернулась и посмотрела на Делани, которая прикусила нижнюю губу, и пожала плечами.

— По-моему, мы расстались.

— Почему ты так решила? — спросил Джек.

Делани покачала головой.

— Этот придурок выставил все ее вещи за порог дома, когда она вернулась, — сказала Оливия.

— Идиот! — выпалил Джек. — Ой, прости.

— Все нормально. Я тоже его так называю, — произнесла Делани. — В любом случае у нас ничего не получилось. Наверное, все кончено.

— Да, но он поступил плохо, — заявила Пейсли. — Сочувствую.

— Спасибо. Но это уже в прошлом. Сегодня рождается новая Делани.

«И новая Олив», — подумала Олив. Она решила вернуться к истокам. Они снова выпили, и Джек собрался уходить, получив сообщение на телефон. Пейсли пошла его провожать.

— Хоть бы раз встретить такого мужчину, — сказала Делани. — Где взять человека, которому можно полностью доверять?

— И я хочу найти мужчину, которому захочу довериться, — произнесла Олив.

Данте шел по пристани к лодке Макса. Его друг уже был на борту и помахал ему рукой. Данте по-братски обнял Макса и поставил сумку-холодильник с пивом под палубу.

— Я так рад, что ты позвонил. Если честно, я совсем не так представлял себе рождение ребенка, — сказал Макс. — Мне нравится отцовство, но я устал и все время хочу пожертвовать собой ради Рози. При этом я почти ничего