Наследница по кривой - Нинель Лав

— Жизнь! — коротко ответила Кира, не глядя, схватила с полки у заднего стекла журнал и уткнулась в глянцевые страницы.

Машина остановилась у метро, и Галина нехотя покинула салон, но, прежде чем захлопнуть дверь, наклонившись, предложила:

— Чичерина, купи у меня жеребца.

— Нет, спасибо, — не отрываясь от журнала, сухо ответила Кира, давая понять, что разговор окончен.

— Хороший жеребец, девятилетний ахалтекинец…

— Нет, спасибо.

— Ты думаешь, я тебе барахло какое-нибудь предлагаю? Для себя покупала, для разведения. Его и четырех кобыл, — продолжала уговаривать Галина, всё больше вдвигаясь в салон. — Купи, Чичерина, за полцены отдам…

Кира раздражённо захлопнула журнал и подняла голову. Ей хотелось кричать, ругаться, топать ногами, но ничего этого она, конечно же, не сделала, лишь покрепче сжала кулаки и подождала, пока боль от впившихся в ладони ногтей вытеснит из её души обиду и раздражение.

— Не справлюсь я с жеребцом, Галь. Понимаешь? Столько лет прошло… — с ноткой усталости произнесла она.

— Ты и не справишься? — недоверчиво переспросила Галина и тут же сделала новое предложение: — Тогда кобылу купи! Чистокровки, красавицы.

— Такие же, как моя Красавица, или лучше? — не удержалась, уколола Кира неприятным воспоминанием.

Лицо Галины посерело, губы сжались в тонкую линию, но она не уходила.

— Вот здесь на карточке мобильный телефон и адрес моей конюшни. Надумаешь, приезжай. Любую лошадь за полцены продам. Лучше в эти выходные приезжайте, в понедельник с утра вороньё слетится…

Слушая эти отчаянные уговоры, Кира сжалилась над бывшей соперницей и пообещала приехать.

— Но сразу предупреждаю, лошадь мне не нужна.

Галина нервно дёрнула головой, положила на сиденье визитную карточку и, не прощаясь, захлопнула дверь.

Машина тронулась, а Кира смотрела в окно и видела за тонированным стеклом удаляющуюся к метро ссутулившуюся фигуру. Галина ушла, а часть её беды осталась в этой «престижной» машине, перебралась на заднее сиденье и устроилась у Киры на плечах, свесив тонкие кривоватые ножки.

— Ну и наглая же баба! Простите, женщина, но всё равно наглая! Зря вы ей такие деньги отдали, — осуждающе покачал головой водитель, и, поймав в зеркале заднего вида укоризненный взгляд пассажирки, засомневался: — Или не зря?

— Галка просила не для себя, а для своей семьи, — со вздохом умудрённого жизнью старца произнесла Кира. — Для себя денег она никогда бы не попросила, тем более у меня — значит, дела у нее совсем плохи. Для некоторых животные намного лучше людей — они не обманывают, не предают, отвечают любовью на заботу и ласку… Галка одна из таких фанатов.

— А она, правда, мастер спорта по конному спорту?

— Правда.

— А по виду не скажешь, — удивился Арсен. — А вы?

— А я нет, — без энтузиазма ответила Кира. — До мастера чуть-чуть не дотянула.

— Неужели в Москве есть лошади?

— Есть. Теперь это модно: иметь лошадь или заниматься верховой ездой, — но углубляться в эту тему Кира не стала. — Отвезите меня, пожалуйста, на Мясницкую, заберу свою машину и поеду на дачу.

Всю оставшуюся дорогу до дома Шубина Кира молчала.

Если неожиданная встреча с Галиной оставила в её душе лишь тоску по давнишней несбывшейся мечте, то настырность молодого красавца в бутике её не на шутку озадачила. Трезво оценивая свои внешние данные, Кира была на сто процентов уверена, что не могла заинтересовать такого самовлюблённого, молодого мужчину — причина его приставаний имела под собой какую-то определённую цель. Но какую? Кира вспомнила, как одним махом истратила в бутике около тысячи долларов. Возможно, молодой человек видел из какой машины она вышла и как легко тратила деньги и решил поближе познакомиться с богатенькой дамочкой…

Объяснив себе причину интереса молодого красавца к своей персоне, Кира успокоилась и перестала о нём думать

Но на дачу в этот день она так и не поехала.

11

11

Когда недоразумение с ограблением и его арестом разъяснилось, и Виталий Холин вышел из бутика со жгучим чувством унижения и изрядно похудевшим кошельком — за разбитый манекен ему пришлось всё-таки заплатить, хотя виновным он себя не считал. Первым делом он достал телефон и позвонил.

— Привет Шмель, — едва сдерживая раздражение, произнес он. — Это Мамочка.

— Ну, здорово, — раздался в трубке сонный голос его знакомого.

— Ты всё спишь?! Так и царство небесное проспать можно!

— А я туда не спешу — мне и на этом свете неплохо живётся.

— Просыпайся, — довольно резко сказал Виталий и, оглядевшись по сторонам, понизил голос, — о нашем деле перетереть надо.

— А чё? Мы своё дело сделали: ключи тебе вчера отдали — теперь очередь за тобой, как говорили коммунисты: «Всякая работа должна быть оплачена»!

Шмель нехотя поднялся с дивана и начал натягивать джинсы — к денежным делам он относился очень серьёзно и готов был по первому требованию выполнять любые задания, лишь бы за это хорошо платили. Мамочку же разговор о деньгах окончательно разозлил — его красивое лицо снова перекосилось и сделалось почти отталкивающим.

— Отдать то, отдали, — недобро усмехнулся он, поглаживая себя холёной рукой по груди, успокаивая клокочущую внутри злость, но не сдержался и перешёл на крик. — Да не от той квартиры! Ваши ключи к замкам не подходят — я ночью попробовал в квартиру вломиться — ничего не вышло. Ты мне вчера что сказал? «Тебе ключи — бабе больница!» — так отвечай за свой базар! Где ключи от моей квартиры, Шмель? И почему эта баба по магазинам шастает и денежки мои проматывает?

Мамочка подошёл к своей машине, вольготно расположившейся сразу на двух парковочных местах, нажал кнопку на пульте — фары серебристой «Тойоты-Камри» мигнули, замки разблокировались.

— Не гони. Как не от той квартиры? — Шмель замер у дивана с наполовину одетыми джинсами. — Мы всё точно сделали: целую неделю около дома с самого утра ошивались, а вчера две машины подъехали — из одной папашка с телохранителем вышел, из другой баба в платье под красным зонтом. Я тебе сразу же позвонил и сообщил об этом — ты велел за бабой приглядеть. Потом папашка уехал, а баба в магазин потопала. Ну, на обратной дороге мы её и подцепили машиной, чтобы ключи забрать… Ты Бегемота спроси — бабу точно в больницу увезли на «Скорой» — он из машины вышел, и целый час у дома топтался.

— Не знаю, что он там видел, но баба эта жива и здорова — ни одной царапины на ней нет — уж я это точно знаю: сегодня полчаса её обхаживал, а она, стерва, так меня подставила