Ловец - Tomok0

Она просто заберёт билеты и уйдёт.

— Малфой, ты здесь? — Толкнув дверь в раздевалку, Гермиона вошла в помещение и огляделась.

Рассеянный свет, чёрные шкафчики для формы, чёрные кожаные сиденья возле каждого, большая белая тумба посередине. Над ней завис белый прозрачный шар, в котором вращался логотип «сорок». От него и шло мягкое свечение.

— Грейнджер?

Она опустила взгляд и упёрлась им в Малфоя. Он спокойно закрывал за собой дверь душевой, откидывая влажные волосы со лба. Его торс был обнажён и полумрак создавал контраст тенями на его рельефной груди и животе. Тонкая вена чуть ниже пупка извивалась резкими изгибами, уходя под чёрное полотенце, которое было повязано так низко, что вот-вот съедет с его бёдер.

Гермиона вспомнила, что надо дышать и, стараясь глядеть только в глаза, сказала:

— Привет, извини… Гарри не смог посетить тренировку, срочный вызов. А я… он попросил меня забрать билеты на финал.

Малфой внимательно слушал её, приподняв бровь. Снова провёл рукой по волосам и обошёл тумбу. Медленно, грациозно, как сытый хищник.

— Известно ли тебе, Грейнджер, что раздевалка для игроков в квиддич — святая святых и вход в неё запрещён всем, кроме команды и тренера? — Он небрежно опёрся о белую тумбу бёдрами, скрестив руки на груди и чуть насмешливо глядя на неё.

— В таком случае, тебе нужно выучить пару запирающих чар. — Было трудно, очень трудно смотреть ему только в глаза, когда хотелось пройтись взглядом по его мышцам на руках, груди, животе…

— Ты точно не моя фанатка, Грейнджер? Даже они не такие ловкие, как ты, — ухмыльнулся он краем рта.

— Ты же внёс меня в список посетителей, поэтому я здесь, — спокойно произнесла Гермиона. Мерлин знает, сколько нужно было иметь выдержки, чтобы не… Что «не»? Не убежать? Не кинуться на него?

Какие мучительно неправильные варианты. Один хуже другого.

— Как тебе моя тренировка? Было интересно? — он вёл непринуждённую светскую беседу, стоя перед ней полуголый. Да что там — в одном чёрном махровом полотенце. Одно неловкое движение, и оно свалится.

Мерлин милостивый.

— Я просто ждала, пока ты закончишь, чтобы забрать билеты.

Она пожала плечами, как бы говоря, что в этом не было ничего необычного.

— Так всё и начинается, — лениво протянул Малфой, не спуская с неё взгляда. — Сначала игра. Потом тренировка. А потом плакаты, футболки, что там ещё?..

Плохая, плохая была идея с импровизацией. Надо было дождаться его, отправить сову, патронуса, что угодно…

Гермиона вскинула подбородок, сделав шаг назад и нащупывая ручку двери.

— Я подожду снаружи.

Он быстро шепнул что-то, и волна магии прошлась по контуру двери, запечатывая её.

— О. — Гермиона обернулась к нему. — Значит, запирающие чары всё-таки тебе известны? Я оценила. Только не вовремя.

— В самую подходящую минуту.

Она изучающе смотрела на него. От Малфоя исходили флюиды отнюдь не опасности. Было что-то возбуждающее в том, как он на неё смотрел, но Гермиона рванула ручку двери на себя. Ожидаемо, та не поддалась.

— Не возражаешь, если я воспользуюсь своей палочкой? — с ноткой ехидства проговорила она, запуская руку в сумочку.

— Возражаю.

Она не обратила внимания на его слова, и пальцы нащупали древко, вытаскивая его из недр сумки.

Внезапно рука сжала её запястье. Не грубо, но принуждая выпустить палочку из ладони. Она и не заметила, как Малфой оказался к ней так близко, что взгляд упёрся в его грудь, испещрённую тонкими шрамами.

Пальцы сами собой разжались, а телу вдруг стало жарко.

— Я думал о тебе всю эту неделю, Грейнджер.

Низкий голос звучал близко, лаская и отзываясь где-то внизу живота. Даже безотносительно того, что он говорил. Гермиона прислонилась спиной к двери и подняла глаза.

Проявите храбрость и оптимизм.

— И что же ты думал? — В горле снова сухо, как и неделю назад.

— Я был удивлён, когда мне сказали, что ты вместе с Поттером пришла на матч. А потом, в баре… — его взгляд скользнул по губам и ниже, к шее. — Мне понравилась твоя смелость. Такая типичная, банальная храбрость. — Малфой посмотрел ей в глаза. — Приправленная дерзостью. Меня это привлекает.

Привык к тому, что на него вешаются поклонницы.

Знал бы он, как трудно было стоять так близко, вдыхая аромат геля для душа, свежими нотками ласкавший обоняние.

Гермиона вжалась спиной в дверь, стараясь не выдать нервозности. Сердце колотилось, как бешеное, а его слова тягуче разливались в сознании приятным предвкушением.

— Ты знаешь, что в квиддиче очень много примет и суеверий? — Она отрицательно покачала головой, не отводя глаз. — Так вот, я внёс тебя в список привилегированных посетителей ещё неделю назад, после той игры. — Он сделал паузу, и Гермиона почувствовала, как щёки начинают гореть. — Я загадал: если ты придёшь, то победа наша.

Гермионе вдруг захотелось спросить, кто он по знаку зодиака. Может, посоветовать ему гороскоп от мадам Эстер Шаулы?

— Малфой, но… это же одна из линий вероятностей, она не имеет ничего общего с будущим и никак не может повлиять на события.

Его ладонь мягко, но властно опёрлась на дверь возле её головы. Он просто смотрел на неё потемневшими глазами и молчал.

Храбрость и оптимизм.

— Поцелуй меня, Грейнджер, — низко произнёс он тоном, от которого у неё всё затрепетало внутри. — На удачу.

Гермионе показалось, что её мозг слишком долго обрабатывает эту информацию. Целую секунду просто смотрела на него, пытаясь разгадать, что кроется за его непроницаемым лицом.

Не бойтесь импровизировать и поддаваться на авантюры.

Она внутренне подобралась, как будто перед рывком в неизвестность. И, не раздумывая больше ни секунды, потянулась вперёд, встречая его губы, обхватывая ладонями лицо.

Он так и стоял, чуть склонившись, не касаясь её, только сдержанно отвечая на поцелуй.

И, с отчаянной смелостью, Гермиона поняла, что этого чертовски мало. Не за этим она пришла к нему, если быть честной с собой.

Звякнула цепочка, и сумочка свалилась на пол. Гермиона подалась ближе, прижавшись к его обнажённому телу, даже через одежду ощущая тепло, исходящее от его кожи. Кончики пальцев скользнули по его груди, очерчивая твёрдые мышцы. Едва коснувшись края махрового полотенца, они устремились вверх.

И его руки тоже пришли в движение, уверенно обхватывая её талию и вжимая в себя крепче. Гермиона чуть прогнулась в спине, не разрывая поцелуя, который становился всё более настойчивым и глубоким. Малфой перехватывал инициативу легко и властно, не задерживаясь, брал то,