Моя милая ужасная невеста - Марина Ефиминюк

— Марта, присядь, — со вкрадчивыми интонациями темного повелителя, раздающего приказы, велел Закари и кивнул, предлагая приземлить зад на стул.

Странно, как меня не разорвало от злости.

— Просто идите! — пришла на помощь мама и выразительно кивнула в сторону дверей. — Но вернитесь. Ритуальную трапезу надо заканчивать в том же составе.

Прислужники немедленно распахнули створки, открыв вид на пустой широкий коридор. Коротко извинившись перед гостями, я развернулась на пятках и зашагала к выходу. За спиной загрохотал отодвинутый стул. Закари нагнал меня на пороге, но не попытался поравняться. Шел на шаг позади, словно мы играли в «ловцы и умертвия», и «ловцы» беспрерывно дышали в затылок.

— Уверен, здесь нас никто не услышит, — не выдержал Закари посреди анфилады гостиных.

— Поверь, в нашем доме у стен действительно есть уши, — отозвалась я сдержанно. — Поэтому создай пять минут тишины.

Оказавшись в портретной галерее, по-прежнему озаренной лишь светлом магического пламени из ритуальной чаши, я остановилась и резко развернулась. Закари встал в паре шагов, сунул руки в карманы брюк.

— Далековато ты ушла, — усмехнулся он.

— Здесь нет «умного замка», — коротко объяснила я, что здесь-то нас точно никто не подслушает. — Скажи-ка мне, Торстен, последние четыре года ты был в меня влюблен?

— Что? — Стараясь подавить издевательскую ухмылку, он вытащил одну руку из кармана и почесал бровь. — Из чего ты сделала такой… забавный вывод?

— Я очень стараюсь быть вежливой. Ответь, пожалуйста, без шуточек.

— Нет, ты мне не нравишься, Марта Варлок, — с расчетливой издевкой сообщил он, бросив на меня высокомерный взгляд из-под ресниц. — Ты абсолютно не в моем вкусе и похожа на март. Всегда в дурном настроении и не… кхм…

— Договаривай, — вкрадчиво предложила я, уверенная, что он ляпнет гадость о внешности. Никогда не считала себя дурнушкой, но красоткам, вечно болтавшимся у него на правом локте, была не соперница.

— Непредсказуемая, — вывернулся придурок.

— Превосходно, — ни капли не обидевшись, ведь на недоумков не обижаются, похвалила я. — Но ты очень хочешь на мне жениться?

— У меня нет причин, чтобы впасть в такое отчаянье.

— Тогда что это было в столовой? — требовательно вопросила я. — Не понимал, к чему катился разговор?

— Они надумали закрепить дружбу брачным союзом. Все логично. Семейные связи самые крепкие.

— И ты заявил, что мы любовники! Уверена, мы сейчас вернемся, а они во всю помолвку за поминальным столом празднуют.

Он поцокал языком:

— Ты плохо слушала, сентябрь. Я сказал, что у нас серьезные отношения.

— А есть разница?

— Принципиальная.

— В любом случае, поздравляю! Завтра в гостевую башню тебе притащат новую ритуальную чашу и костюм жениха. Все, как велят традиции!

— И тебя, — со смешком промурлыкал Закари и сверкнул ироничным взглядом.

— И меня, очевидно, тоже притащат. В фате и ритуальном балахоне невесты.

— Ты ошибаешься, сентябрь. — Он одарил меня снисходительной улыбкой. — Если я хорошо знаю своих родителей, а я знаю их хорошо, они больше не заикнутся о договорном браке.

Я потерла переносицу и перевела дыхание, пытаясь вернуть хладнокровие, но недоумок в таком кошмарном количестве нам с нервной системой был категорически противопоказан.

— Уверена, что ты говоришь логичные вещи, просто мне не хватает таланта их уловить. Объясни, как твое абсурдное заявление поможет нам избежать свадебных бубнов и брачных татуировок?

— Варлок, глупо скрываться больше года, идти вопреки воле семей и не планировать общее будущее. Они будут ждать, когда мы объявим, что готовы заключить не расторгаемый магический брак.

— А если мои начнут настаивать? — упиралась я, все-таки мысленно соглашаясь, что доля правды в его словах имелась.

— Скажешь, что хочешь окончить академию. — Сосредоточившись на моей сережке, Закари вдруг приблизился на шаг, вкрадчивым движением заправил мне за ухо прядь волос, хотя та совершенно не мешала, и убрал руку обратно в карман. — Но отношения вещь непостоянная. О какой свадьбе может идти речь, если мы расстанемся. Что скажешь, Марта?

Что твои вкрадчивые, словно небрежные ласки вкупе с магнетическим голосом искусного соблазнителя, вероятно, действуют на дурочек похлеще афродизиака. Зато понятно, почему в природе академии Деймран происходит пошлый круговорот старшекурсниц по закону Закари Торстена.

— Другими словами, на этих выходных мы изображаем большую любовь, потом объявляем, что разбежались, и никому не придет в голову устраивать сватовство, — уточнила я. — Так?

— Верно.

— Ты понимаешь, что план не выдерживает никакой критики? — Я уперла руки в бока и выдохнула.

— Есть еще вариант, — улыбнулся он.

— Какой?

— Пожениться.

— Надеюсь, ответ ты прочитаешь в моем лице, — сдержанно произнесла я.

— Да, у тебя говорящая мимика, — ухмыльнулся Закари. — Но я всегда открыт для предложений. Каков твой план?

Уж точно не пойти под венец с недоумком Торстеном! Но если отцу что-то втемяшилось в голову, ни за что не переубедишь. Я мрачно посмотрела на Закари. Он изогнул брови и развел руками, дескать, излагай, Варлок, мое величество во внимании.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сдалась я.

— Уверен, все сработает, — невозмутимо отозвался он.

— Когда мы скажем, что расстались?

— Через пару месяцев? — предложил Закари.

— Месяц и не больше! — категорично заявила я. — И я скажу, что ты мне изменил. Неверность — лучшая причина для расставания.

— Хорошо. — Он был подозрительно уступчивым. — Что-то еще?

— Мы отказываемся от любых совместных поездок домой. Не представляю, как объясню своему парню, что должна вместе с тобой изображать большую любовь.

— У тебя есть парень? — Закари иронично улыбнулся, словно сама мысль, что я могу завести нормальные, а не фальшивые отношения, его страшно веселила.

— Чему ты удивляешься? У меня есть парень, и он не придет в восторг, если узнает об этой авантюре, — проворчала я.

— Хорошо. Что произойдет в башне Варлок, останется в башне Варлок, — легко согласился он и протянул раскрытую ладонь: — Договорились?

Я замялась, не решаясь ответить на рукопожатие, и ждала какого-нибудь знака от высших сил, что авантюра не закончится возле свадебного алтаря.