Сила феникса - Анастасия Сиалана

— Да, поэтому хватай синьку и идем к Харитиону. Он должен еще спать, — сообщила я и направилась на выход. Ноли тепло улыбнулась мне и продолжила уборку посуды.

— Должен? — кажется, я уловила нотки паники в голосе малиоля.

— Не думай много, просто тащи, давай, синьку.

— В последний раз ты говорила мне подобное перед тем, как я открыл дверь и получил пулю в лоб. Не думай много, Филипп. Просто открой дверь', — перекривлял меня бывший менеджер.

— Не беспокойся, — я шла вокруг академии и кивала знакомым лицам. — В этот раз пуля предназначается не тебе.

— Господи, что ты сделала с принцем драконов⁈ — малиоль обогнал меня и преградил мне путь в общежитие.

— Заразила смертельной болезнью, — мне показалось, что это довольно смешно, но ровно до того момента, как Филя побледнел.

— Ч-что?

— О, боги! Филипп, я же пошутила, — я закатила глаза и обошла живую преграду в лице менеджера.

— То есть, это шутка? — он догнал меня и шел рядом. Его беспокойство уменьшилось, но не ушло. Филя слишком хорошо меня знал.

— Ну, в каждой шутке есть доля правды, — я ухмыльнулась, а малиоль застыл на месте. Пришлось возвращаться к нему и тащить за руку. — Хватит тормозить. Скоро сам все увидишь.

И он увидел. В комнате в одиночестве спал дракон. В одежде, поверх одеяла и со свешенной с кровати головой. Его одинокая косичка у виска змеей свернулась на полу, а левая рука исчезала где-то под кроватью. Не самая оригинальная картина, учитывая масштабные попойки кадетов в выходные, но эта отличалась объектом. Харитион редко пьянел и никогда до такого состояния.

— Что с ним произошло? — забеспокоился Филя и бросился поднимать свесившегося с края дракона.

— Зелье, — спокойно ответила без капли сожаления или раскаяния, которого требовал осуждающий взгляд малиоля.

— Ты с ним произошла! — обвинительного выкрикнул блондин, справившись с Харитионом. Тот все еще был без сознания.

— Естественно я, кто еще мог вырубить такого сильного мага, — я фыркнула и присела на край кровати.

— И ты еще хочешь жениться на ней? — Филя обращался к принцу, склонившись над ним. — Самоубийца. Вставай давай!

Малиоль попытался растрясти Огненного, но я быстро прекратила его попытки привести дракона в чувства. Он мне нужен был бессознательным, покорным и, желательно, голым. О чем я и сообщила своему копытному подельнику.

— Снимай с него рубашку, — скомандовала я, открывая глиняный горшочек с краской.

— Зачем?

— Буду художествами заниматься, чай не впервой кого-то раскрашивать, — я вспомнила случай в общежитии, когда пыталась отловить Блейка и разрисовать его черными метками. Мне это очень хорошо удалось.

— Ты можешь мне толком объяснить, что ты пытаешься сделать? Зачем столько тайны вокруг этого безумства?

— Ты правда хочешь знать, почему я обесточила нашего товарища, а теперь собираюсь сделать из него переходный вариант между драконом и смурфом? — я посмотрела в глаза мужчины и нашла там ответ.

— Ты права, лучше я ничего не буду знать, тогда и ответственности на мне не будет. Когда тебя накажут, а тебя накажут, даже не приплетай меня, — строго сказал машина, угрожая мне пальцем.

— Хорошо-хорошо, но раздеваешь его ты. До трусов, — сообщила замечательную новость малиолю я.

— Почему я?

— А я похожа на того, кто может это физически сделать? — и я указала руками на свое детское тельце.

— Чувствую себя извращенцем, — стягивая с дракона штаны, жаловался менеджер.

— Не волнуйся, я скажу, что ты сопротивлялся, — я захихикала в ладошку, наблюдая за гримасами малиоля.

— Я очень надеюсь, что Харитион об этом никогда не узнает, — пробурчал Филя, заканчивая с раздеванием моего нулевого пациента.

— О вашем моменте единения и близости? — в ответ получила убийственный взгляд. — Не волнуйся. Не узнает. — Малиоль облегченно выдохнул. — Я сама ему расскажу.

Дальше я наносила грим на все тело дракона, стараясь придать ему вид высыпаний. Получилось просто великолепно. По моим расчетам наш синий принц должен был проснуться после обеда — так и случилось. Даже за пределами академии было слышно, как кричали кадеты и началась суматоха. Магический фон подскочил до небес, озеро вышло из берегов, напитавшись стихийным выбросом, а печи раскалились до предела, спалив ужин. Над Замком сгустился туман, а потом налетел ураганный ветер — погоду штормило также, как и магов.

Кто-то обнаружил моего лазурного засланца!

* * *

— Лети! Лети! — в сарай влетела Лана, за ней Мила, а потом и остальные члены команды, в которую мне посчастливилось попасть на турнире. Не хватало только дракона.

Я же затаилась на втором этаже и наблюдала за всем происходящим оттуда.

— Она точно вчера контактировала с Харитионом? — взволнованно спросил Блейк. — Может, пронесет?

И чего это тигр так о мне беспокоился, не так давно он меня презирал и ненавидел.

— Точно. Я помню, как видела их вместе сквозь сон, — сообщила демоница, беспокойно оглядывая все вокруг.

Грановски привычно молчал и медленно оглядывал пространство. Он то и заметил меня первым, однако сообщать остальным не стал. Виг тоже вел себя слишком эмоционально. Хоть мы и наладили отношения, но я не думала, что орел будет за меня переживать. Приятно, однако.

— Но ведь диагноз все еще не подтвержден, — спокойно сказал Виг, но его бегающий нервный взгляд испортил образ невозмутимого старшего.

Да-да, пока мне меняли пеленки, орел сменил меня на посту старосты. Боюсь, мне придется зубами и когтями выдирать назад свою должность — парень так просто ее не отдаст. Именно поэтому я удивлена, что он пытается спасти мне жизнь. Конечно, моей жизни ничего не угрожает, но вот остальные этого не знают.

— Ты видел много болезней, что вызывают лазоревую сыпь и перекрывают поток магии? — огрызнулась демоница. Она была на взводе: испарина на любу, быстрое дыхание, дикие красные глаза.

— Нет, но Лазоревый мор был зафиксирован последний раз более трехсот лет назад. Как подобное возможно? — не сдавался старший.

— А вот так! Кто знает, что принесли с собой эти ненормальные захватчики. Они своих ради ритуала убивали, думаешь, не могли принести вымершую заразу? — Лана была не просто зла, она была напугана. Мне это не очень нравилось, но как-то поздно было прекращать все.

— Чего вы так кричите? — я решила спуститься, пока градус волнения не зашкалил.

— Лети! — Мила ринулась ко мне и припечатала мое маленькое тельце к своей пышной груди. — Ты в порядке?

— Да что со мной может случиться? — прохрипела я, всеми силами пытаясь вырваться из объятий.

И тут на меня посыпалась информация со всех сторон. Оказывается, наш принц пришел на послеобеденные занятия и даже высидел одну пару, но на практике по бытовой магии что-то прошло не так. Харитион, один из лучших учеников, не смог сделать из кристалла артефакт призыва. Задача была создать привязку к своей комнате, заколдовать определенный предмет и активировать заклинание обратного призыва, отправив предмет в свою комнату через кристалл. Это тоже самое, как мы призываем и отзываем учебники через артефакты. По этому же принципу работала «Летисеть». Вот только дракон не смог не то что переместить свечу в свою комнату, он не смог даже ее зажечь, когда его попросил профессор. Огненный провалил все этапы создания артефакта призыва, поэтому у многих закрались подозрения относительно его магических способностей. Сперва преподаватель думал, что дракон просто слишком самоуверен и не хочет выполнять задание, потом задумался, а не переоценивал ли он его все это время. И, наконец, когда Харитион начал сам паниковать, профессор Грин предложил попробовать зажечь свечу. Уж это задание для мага огня было чем-то настолько простым, как вдох, но один из лучших учеников, кажется, забыл, как дышать. Зато он ослабил ворот рубашки и даже расстегнул ее на две пуговицы, чего оказалось достаточно для любопытных глаз.

Вот с этого момента и началась паника. Грин заголосила на всю академию, призывая на помощь, при этом заставив Харитиона отойти в конец аудитории. Прибежали целители и увели испуганного дракона в лазарет, строго настрого запретив кому-либо уходить из помещения.

— У меня вопрос, — я окинула взглядом пятерку кадетов. — Если вам запретили покидать аудиторию, то почему вы здесь?

— Ты вчера контактировала с принцем. Мы боялись, что тебе тоже стало плохо, — ответила за всех Лана.

— А почему мне должно быть плохо? — прикинулась дурочкой я.

— Ты не знаешь, что такое лазоревый мор⁈ — эмоционально произнес Блейк? — Это же смертельная болезнь! Если подцепишь — все,