Фальшивое счастье - Лина Эрали

Из пелены удовольствия меня вырвал собственный стон. Громкий. На всю комнату. Осознав это я вскочила, но к счастью была одна. На часах пять тридцать утра. Мила встает рано, чтобы успеть в душ до того, как там образуется очередь.

Это был всего лишь сон, но удовольствие было реальным. Я ощущала сладостное томление внизу живота, какое бывает только после оргазма, трусики мокрые, хоть выжимай. Оказывается долгое воздержание не всегда приносит вред. Всего-то год без мужчины и вуаля, чтобы кончить мне достаточно воображаемого секса.

Усмехнувшись своим мыслям, я последовала примеру подруги — отправилась в душ, пока там не образовалась толкучка.

Шустрячка Камила закончила водные процедуры и к моему возвращению уже успела приготовить завтрак. Как всегда сытно, вкусно и красиво. У Милы вообще потрясающий дар — она из ничего может приготовить нечто! Причем всегда легко, играючи. Скудный набор продуктов для нее не помеха. Поэтому готовка обычно на ней, а мытье посуды на мне.

Мы разговаривали на отвлеченные темы, но долго делать вид, что ничего не произошло было нельзя. Судя по напору Константина в следующий раз он может и в комнату заявиться.

— Ну, так что ты надумала? — спросила я тихо.

Камила тяжело вздохнула, отодвинула чай, и подперла подбородок скрестив пальцы.

— Мужик прет, как танк. Властен, непреклонен и требователен. Боюсь он тебя сожрет и не подавится.

Мила озвучила не только свои, но и мои мысли. Прямо без увиливаний.

— Думаю дело не только в твоей сногсшибательной красоте, — горько улыбнулась подруга, — ты слишком мягкая и податливая, это видно невооруженным глазом, скорее всего для него это важный критерий. Я, конечно, не Ванга, да и с мужчинами у меня опыта ноль, но с ним тебе будет не просто. Но! Волков бояться в лес не ходить, да? Кто знает, может вся его… категоричность — это всего лишь напускное, а на самом деле он далеко не деспот. В любом случае тебе придется выяснить это самой.

— В каком смысле?

— Я все обдумала, поняла, что не могу работать в его компании. Ты — да. За тобой, он как никак ухаживает и явно уже присвоил себе, а вот мне быть у него в долгу думаю не стоит.

— Ты читала контракт? По деньгам получается даже больше, чем мы зарабатываем в клининге, и это отличная возможность набраться опыта, даже не представляю какой будет оклад, если пройдем стажировку и нас примут насовсем, — не унималась я, пытаясь уговорить ее.

— Я понимаю, но, Ритуль, мы не знаем, что он за человек. Возможно мое трудоустройство — это лишь способ манипулирования тобой. А, я не хочу, быть инструментом достижения его цели. Если ты и будешь с ним, то только, если действительно будешь уверена, что он сделает тебя счастливой. Обещаешь?

— Может тогда и мне отказаться? — неуверенно спросила я.

— Ну, тут я тебе не советчик. Слишком серьезное решение, ты должна сама решить. Но если подумать, то такие предложения не сыпятся на голову каждый день. Могу сказать одно, будь я на твоем месте, то я бы рискнула.

— Ага, при этом стажироваться отказываешься, — буркнула почти обиженно.

— Здрасьте, он же не на меня охоту открыл, — засмеялась Мила.

В словах подруги было зерно истины. Если мы обе устроимся на работу, то если что-то пойдет не так, то обе же сразу и вылетим. Пока неизвестно, что у нас получится с Константином, и терять работу в клининге Миле не стоит.

Что касается меня, то я уже решила наплевать на свои страхи. В конце концов, я выросла с матерью наркоманкой и уже повидала так много, что может быть хуже этого.

Я надеялась, что на лекциях смогу отвлечься от мыслей о Константине, но к концу занятий я оставила это бесполезное занятие, так как он упрямо лез в мои мысли и это к моему ужасу мне нравилось.

Это было так странно, ведь он продолжал пугать своей властностью, внушал чувство опасности и в то же время манил. Не знаю, в курсе ли мотыльки, что свет может быть губительным для них, но сейчас я ощущала себя именно так. Мне хочется ассоциировать себя с красивой бабочкой, но горькая правда в том, что несмотря на внешнюю привлекательность я давно растеряла свою уверенность в себе.

После пар Мила убежала в деканат. Будучи активисткой она должна была заняться подготовкой к конференции. Иногда я жутко завидую подруге. В ней столько энергии. Она в отличие от меня успевает все и везде. Учится на отлично, занимается общественными делами университета, даже после выездов на уборку она словно не устает и постоянно крутится, что-то делает.

Я же шла в общежитие, точнее едва плелась. Ощущение, что сегодня весь преподавательский состав встал не с той ноги. Они буквально вытрясли из нас всю душу. Всего три пары, а чувствую себя так, словно вагоны разгружала.

Мысленно себя жалея представляла, как доберусь до общаги и рухну на любимую кровать. Она совершенно неудобная, но сейчас казалось, что нет места лучше, чем старая, скрипучая, повидавшая не одно поколение студентов койка-антиквариат.

Только я хотела сойти с тротуара на зебру, чтобы перейти дорогу, как мне перекрыли путь. Черный, внушительных размеров внедорожник остановился передо мной. Немного оторопев и ругнувшись себе под нос, хотела обойти транспорт, но мне вновь не позволили. На этот раз человек встал на моем пути. Первое, что бросилось в глаза это мужские ботинки, но мне даже не пришлось поднимать глаза, чтобы понять, кто их владелец.

В нос ударил знакомый, притягательный аромат туалетной воды. У меня была возможность вдохнуть этот запах полной грудью всего раз и кажется теперь он навсегда отпечатался в памяти.

5

— Почему у тебя отключен телефон? — недовольно потребовал он, не здороваясь.

— Добрый день, Константин Олегович, — ответила мило улыбаясь, пытаясь скрыть свое волнение.

— Аккуратнее надо переходить дорогу, смотреть по сторонам.

— Так пешеходный переход же, — удивилась я.

— Говорят — пешеход всегда прав, но не всегда жив, — поучительно произнес мужчина.

— Буду иметь в виду, — пробурчала в ответ.

— Что с телефоном?

— Забыла включить после занятий.

Константин кивнул на дверь пассажирского сиденья, которую он успел для меня открыть.

— Садись.

— Зачем? — спросила слишком испуганно. За что тут же себя отругала. Во-первых, это выглядит глупо, во-вторых, нельзя показывать истинные эмоции посторонним. Особенно страх. Это я уже давно узнала на горьком опыте.

Константину впрочем тоже не понравилась моя реакция, он недовольно нахмурился, но через секунду