Хрустальная туфелька 43 размера - Наталья Ринатовна Мамлеева

Из подвала вышли во вполне себе приятную избушку. С лежанки большой печи свисала какая-то шкура, а под лавкой играл клубком котёнок, которого ведьма, ненадолго остановившись, потрепала за ушком.

– Обожди минуту, налью молочка, – ласково протянула старуха и достала из шкафчика крынку молока, налив немного в блюдце.

Пока она занималась котёнком, я успела осмотреться. Приметила венички трав и связки грибов, висящие на верёвке, а ещё целый открытый стеллаж с банками и очень пугающими в них ингредиентами – прямо как внизу, в подвале, только ассортимент поменьше. Через окошко с занавесками в мелкий цветочек открывался вид на лес с высокими соснами и густой чащей.

В общем, местечко антуражное. Наконец ведьма закончила с котёнком и поманила меня на выход. Дворик был просторный, но без забора. Слева стояла будка с сонливым псом, а справа – деревянный сруб, который, судя по всему, и есть та самая баня.

– Жди здесь, – велела бабка, а сама поднялась по ступенькам и скрылась в предбаннике.

Я обернулась к лесу и подставила лицо ласковому солнышку. Тепло и уютно. Птички где-то вдали чирикали. Благодать. Я вообще природу любила, не зря хотела стать ландшафтным дизайнером. И другой мир в мои планы никак не входил.

А теперь как быть? Моего мнения никто не спрашивал, но то ли корешок волшебный помог, то ли психика у меня крепкая, не поддаётся внешним изменениям, но реагировала я на всё относительно спокойно. Более того – собиралась бороться. Не с троллем и ведьмой, это бесполезно, когда они единственные, кто может меня вернуть, а с обстоятельствами, которые будут мне противодействовать на пути к возвращению домой.

Я вновь посмотрела на деревянный сруб. Прямо на моих глазах банька… поднялась на ножки, настоящие, куриные, и как давай дымить-коптить, пританцовывая. Я во все глаза смотрела на это чудо, думая, не слишком ли поторопилась с выводами о своей психике и сейчас она машет мне ручкой вместе с поехавшей крышей?

Наконец банька опустилась на ноги, вновь став самым обычным деревянным срубом, а дверь с шумом распахнулась. Оттуда выглянула запыхавшаяся бабка и вытерла пот со лба.

– Всё, банька готова. Заходь!

Так быстро? Я как-то неуверенно посмотрела на дверь. Заходить не хотелось. Кто знает, что взбредёт в голову этой странной жилплощади? Как подскочит на ноги и унесёт меня куда-нибудь… да хоть к тому чешуйчатому, которого я туфелькой по голове огрела.

Туфелька, кстати, осталась в подвале. Надо бы не забыть забрать.

– Да не бойся ты, я, в отличие от тебя, в печь не сажаю.

– А сказки о другом говорят, – буркнула я и нахмурилась. – Знаете, в нашем мире есть былины такие… о такой вот избушке на курьих ножках.

– А почему бы и нет? Демоны ведь таскают людей туды-сюды, вот информация и перемешивается. Уже непонятно, где чьё. И я не говорю об огромной библиотеке в Тонком мире со сборниками всякого-разного со всех миров.

Я понятливо кивнула, но в баньку заходить не спешила. Почесала плечо и, оглядев себя, всё-таки решилась.

– Иди-иди. Одёжу тебе принесу какую-нибудь… уж халат безразмерный на тебя найдётся.

Поблагодарив бабушку, я осторожно вошла внутрь. А здесь всё оказалось очень уютно. Деревянные резные полки, скамья со спинкой, даже зеркальце имелось – крохотное, подвешенное рядом с полотенцами. Из парилки шёл жар. Я быстренько разделась, сбросив грязную одежду на пол. Эх, как жаль, такое платье! Красивое, дорогое. В свадебном салоне брала, хотела всех удивить.

Удивила.

Взгляд зацепился за зеркальце. Оно было покрыто паром, поэтому я провела по нему ладонью, оставляя грязные разводы от пальцев, и попыталась осмотреть себя. Аквагрим действительно поплыл, да и причёска растрепалась. Я начала вытаскивать шпильки и складывать их на лавку, когда на плечо упала распущенная прядь. Застыла, не веря своим глазам.

Прядь была синяя! Ярко-синего цвета. Прямо как волосы того незнакомца…

Моргнув, потянулась к ней рукой – медленно, словно боялась поверить своим глазам, и едва прикоснулась – по пальцам прошёл разряд и перед глазами, как наяву, встала картина…

Огромный лазоревый ящер нырнул в воду. Он стремительно пронёсся между волн, рассекая их, и устремился вниз, к рифам. Там, под водой, было всё невероятно красивым: рыбы с переливающейся чешуёй самых разных оттенков, ракушки и звёзды, морские коньки, стайками проносящиеся рядом, и величественные акулы, которые боялись приблизиться к ещё более опасному хищнику – водному дракону.

Он был огромен. Этот дракон. Я чувствовала его радость, детский восторг и трепет от плавания. Он был такой красивый: чешуйки словно мигали под солнечным светом, проникающим сквозь толщу воды, мощный хвост уверенно координировал курс, а опасные гребни отпугивали всех, кто бы только захотел приблизиться к этому хищнику.

Наконец он поднял морду вверх и, резко оттолкнувшись перепончатыми лапами, начал восхождение. Дракон вынырнул, я видела картинку будто сверху и вдруг…

Поймала его взгляд. Зрачки дракона расширились от удивления, он потерял контроль над ситуацией и рухнул в море, словно кит, подняв целый сноп брызг.

А я резко выпала из воспоминания и тяжело задышала. Или это не воспоминание? Галлюцинация?

Ещё раз посмотрела на себя в зеркало, на синюю прядь. Теперь я боялась до неё дотрагиваться. Сердце бешено колотилось, и я всё-таки решилась. Протянула дрожащие пальцы к волосам и, схватившись за них, зажмурилась. Секунда, вторая… ничего.

Облегчённо выдохнув, я провела осторожно по волосам, выбивая из причёски последние шпильки, и, убедившись, что больше никаких неожиданностей не предвидится, отправилась в баню.

Мылась с остервенением, пытаясь оттереть кожу от той странной жижи, в которой побывала. Волосы тоже тщательно промыла – для них использовался такой слой лака, что ещё одни сутки я с ним не прохожу. Вместо шампуня у бабушки было только мыло, зато маску для волос я нашла – она пахла яичным желтком и мёдом. Так что из бани я вышла душистая и румяная, обнаружив на скамье сменные вещи. Панталоны я оглядела особо внимательно и лишь