Темный феникс - Наталья Сергеевна Жильцова

Кстати о специалистах!

Я заинтересованно посмотрела на него:

— Скажи, а ведь ты, получается, учился в академии Снежного дракона? И как там? Правда, что она изо льда сделана? И что ее ректору почти пятьсот лет, и он призрак?

Вопросы посыпались сами собой. Ну потому что правда интересно! Об элитной академии для чистокровных драконов столько легенд ходит! Обычных людей туда принимали лишь в исключительных случаях. Даже полукровки в нее и то практически не попадали, поскольку программы обучения строились для тех, чья сила и выносливость была куда выше среднего. Ну и риски для окружающих тоже возрастали.

Короче, об академии Снежного дракона обычные люди не знали практически ничего. А тут — живой очевидец.

Дамир рассмеялся.

— Учился, учился. Мы все оттуда.

Вот тут я изумилась еще больше, потому что всем известно: без инициации из академии Снежного дракона не выпускали! Для драконов это было естественно — надо же получить свою аватару. Ну а те немногие полукровки и считанные единицы из числа людей при зачислении обязательно подписывали добровольное согласие на это смертельное испытание. И либо выходили из него с собственной аватарой, либо не выходили совсем.

— Все? — я оглянулась на Барта и Старона. — Правда? И у вас собственные аватары есть?

— Куда ж без того, — откликнулся Барт. — В нашей работе иначе никак.

— Они у нас два медведя, — сообщил Дамир.

«Медведь. Одна из мощных аватар, дает нереальную физическую силу и большую сопротивляемость боевым заклинаниям», — сразу вспыхнуло в голове.

Серьезные ребята. Очень серьезные. Таким место в элитной охране или на первой линии обороны! А они тут трупы копают…

Очень захотелось спросить, почему, но я постеснялась. Явно ведь не случайно они такой выбор сделали, и не факт, что это для них приятные воспоминания. Вместо этого перевела взгляд на все еще стоящий под инфодоской портрет. А Ингрид, наверное, тоже инициированной была.

И Каэль. Кстати, может, он вообще дракон-полукровка? Из тех же Лазурных. Тогда объяснимо и присутствие Дамира. Ну а то, что глаза на типичные драконьи не похожи — так как раз у полукровок такое случается.

Найдя, таким образом, для себя разумное объяснение некоторым странностям этого агентства, я уже спокойно прислушалась к рассказу Дамира. Тем более, послушать было чего!

— Из льда, конечно, нашу академию не делали, но его вокруг действительно много, поскольку она почти не отапливается. Стены, особенно на нижних уровнях, все в инее. В сочетании с белым мрамором действительно может сложиться впечатление, что она вся ледяная, — объяснил он. — Сделано это для того, чтобы уменьшить количество сторонних заклинаний, вплетенных в стены академии. Там очень мощная защита стоит: сама понимаешь, магия драконов куда более опасна. Тем более, нам в принципе холод проблем не доставляет, даже полукровки способны переносить его достаточно хорошо. Ну а люди при необходимости используют заклинания индивидуального обогрева. Их, впрочем, очень мало поступает, а после первого года остаются и вовсе считанные единицы.

— Ну а потом большая часть этих «единиц» на инициации помирает, — заключил Старон. — Хотя несмотря на всю сложность обучения, лично мне там нравилось. Можно было себя не ограничивать, магические эксперименты поощрялись даже самые рискованные. А какие там были гонки на змеях! Всегда болел за ледяных, но выигрывали чаще огненные. Эх…

— Круто! — выдохнула я. — Всегда удивляло, почему королевские наследники в Черном драконе учатся, а не в элитном Снежном.

— Ближе к народу хотят быть, — хохотнул Барт.

— Не путай ты ее, — укоризненно взглянул на приятеля Старон и уже мне пояснил: — Все дело в крови Черных драконов, которая гарантирует выживаемость во время инициации. С ней ты не умрешь. Ну а в Снежном ректор — призрак, соответственно, крови в нем нет.

— Надо же, — я в очередной раз удивилась. — Я об этом и не слышала. Да и никто из сокурсников тоже. Все были абсолютно уверены, что инициация — смертельный риск, и все зависит только от собственных сил и везения. А оказывается, тебя подстраховать могут?

— Теоретически, да. На практике для самих Черных это тоже нелегко перенести, так что абы для кого они и когтем не пошевелят. Но королевская семья, сама понимаешь, исключение, — пояснил Дамир.

— О, вы с самого утра на запрещенные темы болтаете? — внезапно раздался со стороны входа в гостиную бодрый голос Мадины, а следом показалась и сама ведьма.

— И тебе привет, — откликнулся Дамир. — Не болтаем, а так, краем разговора коснулись.

— А почему это запрещенная тема? — не поняла я.

— Потому что Каэль не переваривает Черных драконов, — ответила Мадина. — Упоминание Арридоров гарантированно поганит ему настроение, так что мы стараемся о них не говорить. По крайней мере в его присутствии.

— Ясненько, — я кивнула. — Обязательно учту. А почему он так их не любит?

— Ой, это долгая история, — Мадина нарочито равнодушно махнула рукой и тут же перевела тему: — Ты лучше о себе расскажи. Вчера так и не пообщались толком.

— Ну, я как раз закончила академию Запрещенного дракона, — начала я. — Факультет истории магии и работы с архивами, один из стандартных для офисных служащих, куда можно поступить бесплатно с условием последующей отработки. Магии там учат только базовой, правда, но мне больше все равно не требуется: у меня слабый потенциал.

— Ну не такой и слабый, — Дамир улыбнулся. — Артефакт, вон, в довольно плотную связку вступил. Ты себя явно недооцениваешь.

— Вот-вот, — поддакнула Мадина. — Базовый курс магии ничего тебе не покажет. Необходимо как минимум еще и родительский потенциал учитывать.

— Мои родители… тоже были обычными слабыми магами, — с запинкой произнесла я. — Они даже погибли в банальном пожаре, когда мне было всего три года, не сумев защититься.

Лицо ведьмы вмиг погрустнело:

— Ох, сочувствую. Извини за вопрос.

Я слабо улыбнулась.