Во власти тумана - Мери Ли

– Ты останешься за старшего. Поиски вакцины не прекращать ни на мгновение. Стена должна строиться в усиленном режиме, выведи туда больше людей и ещё больше охраны.

– Понял, – говорит Нео, выпрямив спину максимально ровно.

– Рэнли, твоя задача – тренировка. Всё, как и всегда. Присутствие Ребекки не должно сбить тебя с толку.

Рэнли кивает, но всё же бросает печальный взгляд на профиль Ребекки.

– Понял.

– Всё остальное я распишу вам. А теперь оставьте нас.

Нео и Рэнли уходят. Зак поднимается из-за стола и подходит к Ребекке, обнимает её, как делал это в детстве. Она тут же ударяется в рыдания. Закари понимает, насколько сильно скорбит сестра. Она всегда была папиной дочкой, а теперь папы нет. Из всех детей Родрика ей придется сложнее всех.

– Ты справишься, – говорит он ей и продолжает обнимать, пока слезы не прекращаются.

– Обещай вернуться, – молит она.

Ребекка поднимает заплаканное лицо. Нос покраснел, глаза тоже, ресницы слиплись, а губа продолжает дрожать.

– Я вернусь.

Зак отходит от сестры, достаёт бутылку виски и два бокала. Наливает напиток и подает один сестре. Она выпивает маленький глоток, собирается поставить бокал на стол, но Зак отрицательно качает головой. Ребекка допивает и морщится от горечи.

– А сейчас иди спать. Тебе нужен сон.

Ребекка сдается, она тоже достаточно знает старшего брата и понимает – его не переубедить. Целует Зака в щеку и уходит чтобы сломать голову от мыслей о своей разбитой на множество осколков семье.

Закари опускается на край стола и отпивает глоток виски. Он безмолвно провожает главу семейства Келлер. Вспоминает, что несмотря на военное воспитание, его отец был одним из лучших родителей в мире. Возможно, вселенная уравновесила весы и дала их семье отвратительную мать, которая может только разрушать, в противовес замечательному отцу.

Сидя и попивая виски, Зак даже не подозревает, что новости, которые он скоро узнает, перевернут всё вверх дном. Внесут ещё большего хаоса в его жизнь.

Настойчивый стук в дверь возвращает Зака из детских и подростковых воспоминаний. Келлер смотрит на часы, время уже двенадцать.

– Войдите.

Как только слова растворяются в воздухе, дверь открывается, и в кабинет входит Герда. Закари отодвигает стакан, смотря на девушку непроницаемым взглядом.

– Герда, не сегодня.

– Сегодня, – говорит она и складывает руки на груди. – Теперь ты поселил новую пассию в комнате старой?

Теперь Зак смотрит на неё по-другому. С чего бы это Герда стала ему перечить? Задавать вопросы вообще не в её природе. Закари не настроен на долгий диалог поэтому сразу расставляет всё по своим местам.

– Это моя сестра – Ребекка.

Герда хмурит брови. Она никогда не видела Ребекку, да и Зак не распространялся о ней. Если говорить начистоту, то Герда и Зак вообще мало говорили друг с другом в основном были заняты другим делом.

– Я пришла поговорить.

– Слушаю.

На мгновение, всего на одну крошечную секунду в глазах Герды мелькает неуверенность, но она быстро берет себя в руки, немного вскидывает подбородок и говорит:

– Я беременна.

Внешне Зак не меняется в лице, но вот внутри у него проносится торнадо. Он вспоминает совершенно другую девушку, которая однажды сказала ему эти же слова. Тогда всё было иначе. Они оба улыбались и светились от счастливой новости. Мир предлагал им беззаботную и долгую совместную жизнь. А сейчас…

Закари наливает виски ещё на один глоток.

– Уверена? – спрашивает он.

– Вполне.

Зак не сомневается в отцовстве, он знает, что Герда бы не посмела переспать с другим, а если бы и решилась, то он узнал бы об этом ещё до конца соития. Он выпивает виски, но не чувствует горечи.

– Идём, – говорит Зак и направляется к двери.

– Куда?

Он не отвечает, берет Герду за руку и ведет вон из кабинета, потом к лифту, а дальше в кабинет Лейзенберга.

– Я же сказала, что уверенна.

– Отлично, а теперь я должен быть уверен.

Доктор вздрагивает, когда дверь его кабинета распахивается и ударяется о стену.

– Мистер Келлер? – удивляется доктор. Только искусственный глаз старика остаётся недвижим, доктор моментально начинает приводить в порядок хаос на столе.

– Нужно установить беременна она или нет.

Руки Лейзенберга замирают, так и не положив одну из папок в кривую стопку справа на столе.

– Я вам не акушерка.

Зак бросает на доктора такой взгляд, что тот соскакивает со стула и начинает пятиться.

– Если я скажу, что отныне ты акушерка, значит, так и будет.

Заку сейчас не до выяснений отношений ещё и с доктором. Ему как можно быстрее нужно узнать, говорит ли Герда правду.

– Я понял, – отвечает Лейзенберг.

Доктор вылетает из кабинета и через пару минут возвращается с аппаратом узи, старик еле катит его, но не останавливается, пока аппарат не встает рядом с кушеткой, на которой уже расположилась недовольная Герда. На этой же кушетке совсем недавно сидела Алекс, Закари не знает к чему вспомнил об этом именно сейчас.

Ещё пару минут доктор подключает аппарат, потом приступает к узи, сделав при этом все нужные манипуляции.

– Я не профессионал в этом, – начинает доктор, – но молодая мисс точно беременна, – говорит док, и Закари прикрывает глаза и глубоко вдыхает носом.

Всего за один удар сердца его жизнь становится шаткой.

– Выясни, кто на базе самый квалифицированный гинеколог и завтра же сопроводи Герду к нему. Будь рядом всё время. Понял?

– Хорошо, мистер Келлер.

Герда соскакивает с кушетки, вытирает живот салфеткой, которую ей подал Лейзенберг и метает глазами молнии в Закари.

– Мог бы быть и повежливее. Я сказала это тебе к сведению, мне от тебя ничего не…

– Лейзенберг, вон!

Доктор ретируется с такой скоростью, что молодые позавидовали бы. Герда моментально притихает.

– Завтра ты пойдешь к врачу, будешь делать всё, что он велит…

Впервые в жизни Герда позволяет себе перебить