Грешить ради Сиенны - Натали Найт

Я с трудом перевел дыхание после того, как кончил, и прислонился спиной к стене с ухмылкой, растянувшейся на лице.

Несмотря на то что я только что испытал оргазм, я не мог перестать думать о том, каково это, когда Сиенна делает мне глубокий минет. А потом я подумала о том, каково это — продемонстрировать отцу свое мастерство. Мне не раз говорили, что у меня очень талантливый рот.

Я завидовал им обоим, желая побывать и в роли дарителя, и в роли получателя умопомрачительного орального секса. Я хотел поиграть с ними обоими. Но я чувствовал, что сейчас не время, поэтому я засунул свой твердый член обратно в штаны и молча спустился вниз.

Теперь, когда я знал, какой маленькой шлюхой была Сиенна, я собирался найти время, чтобы воспользоваться этим в полной мере. Я с трудом мог ждать.

Глава 5

Сиенна

Вечерняя служба в церкви в среду никогда не была такой многолюдной, как та, которую отец проводил в воскресенье утром, но здесь всегда были знакомые лица. Эта служба была для людей, которым нужно было немного подзарядиться религиозной энергией, чтобы продержаться до следующей воскресной проповеди.

Я никогда не чувствовала, что нуждаюсь в такой подпитке, но пропустить ее было нельзя. Итак, я сидела на скамье и ждала, когда отец начнет. Я сидела в первом ряду, где всегда сидела наша семья. Сначала я была одна, но как раз когда служба уже начиналась, появился Адам. Я не обратила на брата особого внимания, слишком занятая тем, что высматривала отца, спускающегося по центральному проходу к кафедре, но он занял место слишком близко ко мне. Я слегка нахмурилась и отодвинулась, но он тоже подвинулся, придвинувшись так близко, что наши бедра соприкоснулись. Я снова подвинулась, пока не оказалась в конце скамьи. Адам снова подвинулся, и нам некуда было деваться.

— В чем твоя проблема? — спросила я низким голосом.

Адам только ухмыльнулся. Меня это раздражало, но тут появился наш отец. Он занял место перед прихожанами и тепло поприветствовал всех, прежде чем начать службу. Сегодня вечером он говорил о важности молитвы и о том, какую роль она может играть в нашей жизни.

Обычно я уделяла ему все свое внимание, но сегодня я обвела взглядом зал и заметила, что все уставились на него, словно он был кем-то вроде самого Бога. Я не могла их за это винить. Это был впечатляющий мужчина.

Эта мысль заставила меня снова вспомнить о том, как его член ощущается глубоко во рту. Эта мысль не выходила у меня из головы с тех пор, как я сделала ему минет сегодня днем. Это была церковь, и я знала, что не должна позволять своим мыслям задерживаться на таких вещах, но никак не могла их отключить.

На самом деле, когда служба закончилась, я была мокрой. Я нервничала из-за того, что оставила следы своего возбуждения на мягкой скамье, ведь я была в платье, поэтому я с нетерпением поднялась на ноги, чтобы пропеть заключительный гимн, и больше не садилась.

Это не было проблемой. Я была не единственной. Многие прихожане остались на ногах, и большинство из них направились к моему отцу. Я направилась в угол комнаты, еще больше возбуждаясь, поскольку впервые осознала, насколько он влиятелен.

Я так отвлеклась, наблюдая за ним с желанием, пульсирующим в моих венах, что даже не заметила, как Адам подошел ко мне, пока он не оказался рядом. И снова он был слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно.

— Что ты…

— Я видел тебя, — сказал он, прервав меня.

Я замерла, встретив его взгляд с ужасом. Он не мог иметь в виду…

— Ч-что ты видел?

Он улыбнулся, и что-то в этом было такое, от чего у меня свело живот.

— Тебя и папу.

О Боже. Этого не может быть.

Адам взял в руку мою ладонь, и повел меня прочь от толпы людей. В его движениях не было спешки, он не привлекал внимания окружающих. Он отвел меня в кабинет нашего отца, расположенный в небольшом холле рядом с часовней.

Я не была уверена, что идти с ним — хорошая идея, но какой у меня был выбор? Я не собиралась обсуждать с ним то, что я делала сегодня, там, где кто-то мог подслушать.

Как только мы оказались в кабинете, Адам решительно закрыл дверь. Я стояла посреди комнаты и наблюдала за ним, нервничая. Адам смотрел на меня так, как я никогда раньше не видела. В его взгляде читался голод.

Что он собирался сделать?

Словно в ответ на мою мысль, он направился ко мне. У меня включился инстинкт бегства, но бежать было некуда. Кабинет был небольшим. В нем стоял письменный стол, а за ним вдоль стены выстроились книжные полки. Адам стоял между мной и единственным выходом.

— Ты никому не должен говорить, — сказала я, пока он не подошел ко мне. Я подумала, не собирается ли он также потребовать, чтобы я сделала все, что он хочет, чтобы сохранить мой секрет в тайне, но Адама это не беспокоило.

Мне быстро стало ясно, что мое согласие не имело никакого значения, так как он дотянулся до меня и закружил, пока мое лицо не оказалось прижатым к стене. Потянувшись ко мне сзади, он взял в руки переднюю часть моего платья и распахнул его. Пуговицы спереди разлетелись в разные стороны, и я резко вдохнула, сопротивляясь тому, чтобы он раздевал меня здесь, в кабинете нашего отца.

Но, как и наш отец, Адам оказался сильнее меня. Он снял с меня платье, оставив только белые кружевные трусики.

— Не сопротивляйся, — сказал он, потянув меня за волосы и откинув мою голову в сторону, чтобы позволить ему лизнуть мою шею. Почему, черт возьми, это так меня заводит? — Я решил, что если ты можешь быть шлюхой для нашего отца, то и для меня ты тоже можешь быть шлюхой.

Я была прижата к стене его телом, но когда я никак не отреагировала на его слова, он немного отодвинулся, чтобы расстегнуть молнию на брюках. В следующее мгновение я увидела, что его обнажённый член, такой же эрегированный, как и член нашего отца сегодня. Он потерся им о мои ягодицы. Затем он слегка шлепнул меня, отчего мои мышцы напряглись.

— Скажи мне кое-что, Сиенна, — сказал он. — Я всегда считал тебя девственницей. Я