Бедная богатая девочка - Мелани Милберн

— Передумала?

— Я чуть не растаяла на этой жаре, — ответила она, скрыв блаженный вздох при прикосновении прохладной воды к ее коже.

— Ты же из Мельбурна — жара для тебя дело привычное.

— Сейчас там зима, причем весьма холодная.

Алессандро лениво облокотился о край бассейна.

— Иди сюда, — позвал он. — Здесь глубже.

— Мне и тут хорошо. Я предпочитаю плавать там, где достаю до дна.

— Но ты ведь умеешь плавать?

— Конечно, только не так хорошо, как ты.

— В последнее время я практикуюсь чуть больше обычного, — ответил он, без видимых усилий подтянувшись на бортике и сев на край бассейна.

Взгляд Рэйчел невольно упал на его плоский живот. На нем не было ни грамма жира, и каждый мускул, казалось, был прорисован резцом скульптора. Ей захотелось пробежаться пальцами по его коже, по темной дорожке волос… Ее сердце забилось быстрее, хотя она не проплыла и метра, а дыхание стало неровным, как будто ее легкие сжимала чья-то рука.

— Не хочешь проплыть пару кругов?

— А если окажется, что я плаваю хуже, чем профессиональные спортсмены, ты будешь меня критиковать?

— Тебе нужно проще относиться к конструктивной критике, иначе ты не сможешь научиться ничему новому, — с улыбкой ответил Алессандро.

Вместо ответа Рэйчел соскользнула в воду и поплыла. Никогда еще она не чувствовала себя настолько уязвимой, несмотря на то что в прошлом выходила на подиум в нескольких больших городах, прежде чем ее карьера пошла прахом из-за двойной жизни ее жениха. Доплыв до противоположного конца бассейна, она остановилась, чтобы отдышаться. Она явно была не в лучшей физической форме.

— Надо перестать сопротивляться воде, — сказал Алессандро. — Ты сама себе создаешь трудности, тратя вдвое больше энергии, чем нужно.

Рэйчел откинула волосы с лица.

— Да, но я ведь даже не вижу, куда плыву.

— Тебе лучше заколоть волосы или надеть купальную шапочку и очки.

— Если бы я знала, что здесь армия, я бы и экипировку с собой взяла.

Алессандро снова улыбнулся:

— Попробуй проплыть еще круг, но не молоти руками и ногами по воде. Пусть вода сама тебя держит.

Рэйчел сделала еще один заплыв. На этот раз ей было легче и она дышала ровнее — хотя, когда она заметила, что Алессандро смотрит на ее грудь, ее дыхание снова сбилось. Ее бросило в жар, как будто он прикоснулся к ней, и ее соски напряглись. Видел ли это он? Помнил ли он, как однажды коснулся губами ее соска, когда они остались наедине в летнем доме ее отца?

— Теперь попробуй брассом.

— Вижу, ты в этих вопросах мастер.

Его глаза заблестели.

— Да, у меня много опыта.

Рэйчел осознала двойной смысл его слов, и у нее запорхали бабочки в животе. Она поплыла брассом на свой манер, понимая, что у нее получается нечто среднее между движениями собаки, пытающейся удержаться на плаву, и прыжками лягушки с больной ногой. Алессандро был того же мнения, судя по гримасе, которую он изобразил, когда она доплыла до противоположного конца бассейна.

— Мне еще учиться и учиться, да? — спросила Рэйчел.

— Жаль, что ты пробудешь здесь всего два дня, — ответил он. — Я бы дал тебе несколько бесплатных уроков.

— Ну, я могу и подольше здесь побыть. У меня обратный билет только на первое сентября.

— Два дня, Рэйчел. Я хочу, чтобы завтра утром ты покинула виллу.

Она почувствовала, как злость возвращается к ней. Он практически выкидывает ее на улицу! Неужели он настолько сильно ее ненавидит?

— А если мой багаж к тому времени не придет?

— Тогда купишь себе одежду на деньги, которые я тебе дал.

— Но почти все эти деньги пойдут на возвращение долгов, которые накопились у меня в Австралии.

— Тогда тебе придется найти временную работу.

В эту минуту к ним подошла Лючия. Она выглядела обеспокоенной, и Алессандро нахмурился.

— Что-то случилось, Лючия? — спросил он по-итальянски.

— Да, синьор, — ответила она, заламывая руки. — У меня семейные проблемы. Моя невестка попала в больницу — у нее сложная беременность, и мой сын попросил меня присмотреть за внуками. Мне надо ехать к ним. Я пробуду там всего одну ночь, максимум две. Я позвонила Карлотте, чтобы она заменила меня, но она в гостях у своей матери на Сицилии.

Они говорили по-итальянски, причем очень быстро, и Рэйчел не понимала, о чем речь, но ей было ясно, что Алессандро расстроен.

Лючия взглянула на Рэйчел.

— А как насчет мисс Маккаллох? — спросила она, на этот раз по-английски.

— Нет. Даже речи быть не может, — отрезал Алессандро.

— Но она уже здесь, и ей некуда идти, пока она не получит багаж, — продолжала Лючия. — Она могла бы заменить меня, пока я не вернусь или пока мы не найдем замену.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила Рэйчел.

Алессандро нахмурил брови:

— Нет. Мне не нужна твоя помощь.

Лючия снова заломила руки:

— Синьор, прошу вас! Мне нужно немедленно уезжать, сын меня ждет.

— Хорошо, — ответил Алессандро. — Поезжайте, а я уж что-нибудь придумаю.

Лючия поспешила прочь.

— Как я понимаю, произошло что-то неприятное, — сказала Рэйчел, когда она ушла.

— Да. Похоже, на ближайшие пару дней я остался без экономки, и мне придется искать замену.

— Я могу заменить Лючию — я тоже умею готовить и убирать.

Алессандро задумался. Это, конечно, решит проблему отсутствия экономки, но принесет другие неприятности. Пресса уже любопытствует, почему он на вилле один, без любовницы. С тех пор как он порвал с Лиссет, со всех сторон сыпались предположения о том, кто мог бы занять ее место. Конечно, девушка, отвергшая его в прошлом, — идеальная кандидатура на эту роль. Впрочем, в этот раз все будет иначе — он просто нанимает ее. Никаких эмоций, только деловые отношения. Ему, ясное дело, придется составить контракт — одно неосторожное слово журналистам, и его будущая сделка окажется под угрозой. Но он был готов пойти на риск ради возможности видеть Рэйчел в качестве своей прислуги, пусть всего пару дней. Она не знала, на что идет, — это-то ему больше всего и нравилось. Как только она узнает, она тут же уедет — и тем самым вновь докажет ему, что она — бессердечная эгоистка. Ее дерзость и упрямство заводили его куда больше, чем покладистость многих его бывших подружек.

— Ты и правда хочешь работать на меня? — спросил он.

Рэйчел кивнула.

— Если ты в благодарность за мою работу согласишься рассмотреть возможность финансировать мою марку одежды, тогда да, я сделаю для тебя все, что ты попросишь.