Ночь на Востоке - Робин Доналд

Ее остановило лишь осознание, что это не сработает. Сиенна слишком хорошо знала Ника и понимала, что если через десять минут она не спустится, то он сам поднимется за ней, невзирая на протесты администрации отеля или ее собственные.

Но ужин с Ником предполагал необходимость съесть что-нибудь хотя бы для виду, а от одной мысли о еде желудок Сиенны сворачивался болезненно пульсирующим морским узлом.

Ник терпеливо ждал ее в том же кресле, которое она покинула десять минут назад.

— Извини, — сказала она в ответ на его оценивающий взгляд. — Я взяла с собой только одно вечернее платье.

— Все в порядке, ты потрясающе выглядишь, — спокойно ответил он, предлагая ей руку. — Могу поспорить, весь твой багаж уместился в ручную кладь?

— Не в этот раз, — покачала головой Сиенна. — Я ведь ехала в Англию на неделю, а на этой стороне экватора сейчас зима, так что у меня с собой полный чемодан теплых вещей. Это у тебя в каждой столице по квартире, под завязку забитой сшитыми под заказ костюмами, — не удержавшись от колкости, добавила она.

— На самом деле их у меня всего две.

— И которую из них ты называешь домом?

— Ту, что в Окленде, — задумавшись лишь на мгновение, ответил Ник. — А как прошел твой день? Если не считать новостей от подруги, конечно.

— Хорошо. По большей части, — ответила Сиенна, растянув губы в светской улыбке, и даже пересказала забавный случай в пекарне с участием маленького ребенка и перепуганной утки.

Ник рассмеялся, подкрепив уверенность Сиенны в том, что она сможет дотянуть до конца этого вечера, не упоминая о коллапсе в своей личной жизни, и, может, и до посадки в самолет. Там она сможет спрятаться под пледом и провести весь полет в угрюмом молчании, без зазрения совести игнорируя любопытные взгляды скучающих пассажиров.

Но для начала ей стоит хотя бы поменять билет.

— Пока ты переодевалась, я позвонил своей помощнице и попросил ее забронировать билет на ближайший рейс до Новой Зеландии, — словно прочитав ее мысли, сказал Ник. — Она обещала перезвонить в течение часа и отчитаться.

— Твоя бедная помощница сейчас, наверное, проклинает меня за сверхурочную работу.

— Сомневаюсь. Я плачу ей такие деньги как раз за то, чтобы она выполняла срочные поручения в любое время дня и ночи, — усмехнулся Ник, открывая для нее дверцу лимузина.

Сиенна тут же представила себе затянутую в строгий деловой костюм женщину лет тридцати, буквально олицетворяющую собой понятие «профессионализм», тайно и безмолвно влюбленную в своего босса.

— И ночи тоже? У нее нет семьи?

— Напротив, она замужем и у нее двое детей. Но в их семье домом и детьми занимается муж.

— Очень современный подход, — улыбнулась Сиенна.

— Это вообще интересная пара. Уверен, они бы тебе понравились.

— А разве для замены билета ей не нужны мои паспортные данные и номер нынешнего билета? Тебе нужно было предупредить меня, пока мы были в отеле.

— Ничего, она сможет подтвердить бронь завтра утром, — беззаботно пожал плечами Ник.

Лимузин замедлил ход, и Сиенна, выглянув в окно, увидела тихую улочку, по обеим сторонам которой высились красивые дома, построенные в григорианском стиле.

— А я была уверена, что ты живешь в каком-нибудь суперсовременном пентхаусе на вершине небоскреба.

— Мне нравится здесь.

— А кому бы не понравилось? — улыбнулась Сиенна. — На самом деле этот дом тебе подходит — стильный, аккуратный, сдержанный…

«И совершенно восхитительный!» — добавила она про себя.

— Легко представить тебя одетым в стиле эпохи Регентства, подъезжающего к крыльцу на фаэтоне, запряженном четверкой вороных.

— По-моему, в фаэтоны впрягали только двух лошадей.

— Поверю тебе на слово.

— Почему? — поинтересовался Ник, иронично изогнув бровь.

— В детстве мы с Джеммой были уверены, что ты знаешь обо всем на свете.

— Да, шесть лет разницы кого угодно возвысят в глазах ребенка. Боюсь, что, повзрослев, вы во мне сильно разочаровались.

По лицу Ника пробежала тень. Сиенна могла бы поклясться, что видела сожаление в его зеленых глазах. Возможно, в этот момент он вспомнил, что разрушил не только эту иллюзию?

Вряд ли.

Она отвела взгляд, притворяясь, что рассматривает массивный особняк на другой стороне улицы. Даже в девятнадцать она понимала, что ниточка, которая связывает их, тонка и в любую минуту может порваться. К сожалению, тогда это знание не спасло ее от разбитого сердца, но ей не на что было жаловаться. В конце концов, Ник никогда и ничего ей не обещал.

Лучше бы она осталась в отеле…

— Никто не застрахован от крушения иллюзий, — сказала Сиенна, радуясь тому, что ее голос звучит спокойно.

— Кроме тех, чьи иллюзии уже давно рухнули, — пробормотал Ник. — Сиенна…

Он замер на полуслове, и его губы сжались в тонкую линию.

Сиенна почувствовала, как у нее внутри все сжалось от страха. Она была готова отдать все что угодно за возможность оказаться как можно дальше отсюда. Меньше всего сейчас она нуждалась в извинениях Ника за ошибку пятилетней давности. Точнее, за то, что он, без сомнений, считал ошибкой.

К счастью, Ник тоже оказался не готов к этому разговору. Он вышел из машины, открыл перед ней дверцу и, подав руку, повел к белому крыльцу.

С любопытством оглядевшись, Сиенна не смогла сдержать восхищенный вздох.

— Ник, здесь так красиво!

— Рад, что тебе нравится, — улыбнулся он.

Декоратор, обставлявший дом Ника, преуспел в совмещении современных предметов мебели и антиквариата, сохранив присущую хозяину дома элегантность и чувство стиля.

— Как насчет аперитива перед ужином? Ты все еще предпочитаешь совиньон блан?

— Да, спасибо. — Сиенна была приятно удивлена тем, что Ник до сих пор помнил ее любимое вино.

Она сделала первый глоток сладкого и терпкого вина, судя по этикетке произведенного в Новой Зеландии, и чуть улыбнулась.

— Нельзя забрать птичку киви из Новой Зеландии, — поддразнила она Ника, кивнув на бутылку.

Его улыбка показалась Сиенне немного натянутой.

— Я люблю разные вина, но это показалось мне наиболее подходящим для сегодняшнего вечера. Давай выпьем за твое счастье. Кстати, почему я не вижу обручального кольца на твоем пальце?

Сиенна опустила взгляд на свой безымянный палец и с неожиданной злостью подумала, что совсем недолго была обручена с Адрианом — бледная полоска на загорелой коже, оставшаяся от кольца, была едва заметна.

Сиенне потребовалась вся ее сила воли, чтобы выдержать пристальный взгляд зеленых глаз Ника.