Прежде чем расстаться... - Мирра Блайт

— Чарльз и Анна? — приподнял бровь Макларен. — После того, как старинному другу семейства в их доме было нанесено оскорбление?

Трэйси со стуком поставила на стол чашку, так что кофе выплеснулось через край.

— Другу семейства? — с иронией переспросила она. — А не вы ли говорили о том, что они страдают манией величия?..

— Гигантоманией, а не манией величия, если быть точным. Что делать, все друзья таковы! От них приходится терпеть причуды, которые ни за что не простишь человеку постороннему…

Трэйси с грохотом отодвинула стул и принялась ходить взад-вперед по кабинету, похожая в эту минуту на тигрицу, запертую в клетку.

— И все равно я не хочу иметь с вами дела! — бросила она через плечо, на мгновение остановившись. — Моя работа говорит за меня.

— К сожалению, далеко не всегда. Вчера публика пела дифирамбы дому Чиверсов, на который вам и смотреть не хочется, а завтра с тем же единодушием будет порочить то, чем действительно стоит гордиться. А у вас действительно есть талант, иначе, как вы справедливо заметили, я бы к вам не обратился. Люди, которых вы вчера имели неосторожность задеть, горят желанием отомстить за это, и если не предпринять срочные меры, завтра многие из ваших клиентов заберут свои заявки, а новых просто не будет. Более того, у них есть лидер — моя сестра, которая прямо-таки рвется в бой… Я вижу лишь один выход из сложившейся ситуации!

— Срочно заняться вашей виллой, расположенной где-то у черта на куличках? — саркастически поинтересовалась Трэйси.

— Да, потому что одно имя такого клиента заткнет глотку любому недоброжелателю. Оформить дом, который будут посещать самые богатые и влиятельные люди страны. Заняться интерьерами здания, построенного по проекту одного из самых модных архитекторов-авангардистов с использованием новейших строительных технологий… фотографии которого немедленно появятся на страницах самых известных журналов!

Воцарилось молчание, которое первой нарушила Трэйси:

— С трудом верится, чтобы Маркус Джулиус Макларен, тщательно оберегающий свою личную жизнь, доверил хотя бы часть ее иллюстрированному журналу.

— Если вы, несмотря на свою загруженность, найдете возможность выполнить мой заказ, я изыщу способ организовать по крайней мере одну такую публикацию.

Трэйси, прищурившись, посмотрела на Макларена. Она с трудом понимала, что движет этим красавцем-миллионером в его желании во что бы то ни стало получить ее согласие.

Впрочем, куда важнее было выяснить, способен он выполнить свои угрозы или нет. Несмотря на его внешнюю сдержанность и даже благодушие, что-то в этих твердо сжатых губах подсказывало девушке, что этот человек способен на многое…

И тогда она решила принять его Предложение. Но не потому, что испугалась. Наоборот, ей вдруг неудержимо захотелось принять бой и одержать верх, причем по тем самым правилам, которые диктовал противник.

— Хорошо! — сказала она и села. — Я возьмусь за оформление вашей виллы, но при одном условии!

Теперь уже Макларен, прищурившись, внимательно смотрел на нее.

— А почему у вас глаза так засверкали, Трэйси? — спросил он негромко.

— От предвкушения суммы, которую я из вас вытрясу! Вы сами говорили, что не скупы. А я не страдаю ложной скромностью, когда речь идет об оплате моего творческого труда.

Макларен помолчал.

— Ваше условие — не навязывать вам своего мнения? — предположил он.

— Нет, — качнула головой она. — Я готова принять заказ при условии, что начну работу немедленно и закончу ее в самое ближайшее время.

— Проект на скорую руку? — с сомнением сказал он. — Признаться, я не люблю делать что-либо впопыхах.

— Я тоже не люблю, когда контролируют каждый мой шаг. Но такова жизнь, мистер Макларен, не так ли? Я предлагаю вам максимум того, что могу дать. Через три недели мы приступаем к реализации большого проекта, самого большого, который нам до сих пор приходилось делать, и если Дженис придумает, как найти для вас время, я готова взяться за работу. Потом, — сухо пояснила она, — я буду загружена по горло минимум три месяца, а затягивать наше общение на столь долгий срок мне не хочется, да и вам, надо полагать, невыгодно…

— Логично, — кивнул Макларен. — Пожалуй, я не стану даже спрашивать, что это за проект. Просто поверю вам на слово.

— Уж будьте так добры! — ядовито сказала Трэйси. — А насчет качества можете не беспокоиться. В чрезвычайных обстоятельствах я работаю даже лучше, чем обычно.

— А что вы имеете в виду, говоря о чрезвычайных обстоятельствах?

— Неважно… Короче говоря, либо соглашайтесь, либо до свидания! — отрезала Трэйси. — Не забудьте, что я дорого беру за свою работу.

— Ну, кто же в этом сомневается? — невинным тоном сказал Макларен. — Странно, однако, что вы не потребовали письменного отказа от всех возможных претензий с моей стороны.

— А я вовсе не собираюсь судиться с вами последующие десять лет! Более того, я и шагу не ступлю, не получив вашего предварительного одобрения, по возможности — скрепленного подписью…

— Мудро, — согласился он. — Я рад, что у нас будет возможность весьма тесно общаться друг с другом.

— Мне наплевать, чему вы рады, а чему нет! Это элементарная техника безопасности при работе с таким негодяем, как вы!

— Выбирайте выражения, мисс Слейтон! — зловеще протянул Макларен.

— Вы отказываетесь? — быстро спросила она.

— Нет. Теперь уже точно нет, — сказал он и вынул из портфеля конверт. — Здесь план дома и фотографии всех помещений. Если мы и в самом деле приступаем к работе немедленно…

— Именно! — бросила Трэйси.

— Тогда изучите их, и сегодня вечером приходите ко мне на ужин, чтобы обсудить ваши предварительные соображения.

— С большей охотой поужинала бы с крокодилом! — фыркнула она.

— Сожалею, — сверкнул улыбкой Макларен, — но вряд ли смогу организовать вам то общество, к которому вы привыкли… Кстати, если боитесь попасть ко мне в пасть, то заранее могу вас успокоить: на ужине будет присутствовать мой отец. Полагаю, он обрадуется знакомству с вами. Адрес — на конверте, время… Семь тридцать вас устроит? Вот и славно! До скорой встречи, мисс Слейтон! — У самой двери он снова обернулся. — Кстати, ужин будет исключительно неформальным, так что вам нет необходимости как-то особенно одеваться… или лучше сказать — раздеваться? Совсем запутался в словах! Ну, до свидания!..

— Это ты во всем виновата! — набросилась Трэйси на подругу, имевшую несчастье заглянуть в кабинет сразу же после ухода клиента.

— Ты приняла его предложение? Вот и умница! — добродушно улыбнулась та.

— Кончай мне зубы заговаривать! — взорвалась Трэйси. — Какая к черту мудрость? Это не человек…

— …а черт, — невозмутимо закончила Дженис. — Ты знаешь, я в чертей не верю, а потому не разделяю твоих эмоций.