Измена. Няня для бывшего - Анна Арно

— А если… — говорю еще прежде, чем успеваю подумать, — опеку над ней взять?

— Кому?! Тебе что ль?! — восклицает она. — Совсем дурная? Мало тебе сына в одиночку тянуть, и вечно своего больного мужика подкармливать, так тебе еще чужого ребенка подавай?

— Ну если все так плохо…

— Не выдумывай! — отрезает она. — Да и потом маманя не отдаст девочку так просто.

— Мне показалось, что она ей совсем не нужна, — бормочу, пожимая плечами.

— Не показалось, — подтверждает мои ужасающие догадки заведующая. — Но я так понимаю, что она за малышку алименты нехилые от папаши получает. И все на себя спускает.

— Так значит отец есть? — удивляюсь я.

— Есть. Но с ними не живет. Подозреваю он и не в курсе всего происходящего.

— Так может с этого и начать? Рассказать отцу, что мы имеем намерение жаловаться в опеку. Пусть разбирается с этой своей…

— Надо попробовать, — задумчиво протягивает Валентина. — Только у меня даже его номера нет. И ни в одном договоре как назло он у меня не вписан. Все маманя эта оформляла. Но идея хорошая. Я попробую номер поискать по своим каналам.

— Надеюсь хоть папаша получше будет, чем эта… недомать.

— Получше или нет не знаю, но раз она ненужного ребенка при себе держит ради того, чтобы мужика доить, видать там есть с чего доить. Понимаешь?

— Да я ж не про деньги сейчас, — вздыхаю, все продолжая наблюдать за малышами. — Я о любви. Она такая крошка, а матери не нужна, и отец откупился и забыл.

— Ну с чего ты взяла, что забыл? — тормозит мою отчаянную фантазию она. — Может и приезжает? Может он и не в курсе, что эта дама дурная творит? — рассуждает вполне логично. — Вот сейчас номер раздобуду и выясним. Он может и рад ее забрать будет у этой гадюки неадекватной. Если сам адекватный.

— Хорошо бы, — вздыхаю я. — Ладно. Мы тогда пошли домой. А вы если найдете родителей, то мой адрес скажите, пусть приходят. Заодно в глаза тем родителям бесстыжим гляну.

Распрощавшись с заведующей кладу трубку и бреду к деткам:

— Ну, что, готовы идти домой? — наблюдаю за реакцией Аленки.

Тёма ожидаемо радуется, а вот она глядит с тревогой. И молчит.

— Ты же сказала, что хочешь к нам в гости, — подбадриваю я. — Пойдем?

— Мама не придет? — вижу, как дрожит ее подбородочек и мне хочется прямо из-под земли эту суку достать и на колени перед малышкой поставить. Чтобы прощения просила, за то, что так поступает с ней.

— Придет конечно! — вру я. — Просто у меня же ее номера нет. Я попросила нашу заведующую. Она сейчас позвонит ей и скажет, чтобы она за тобой поспешила.

— Но как же она меня найдет, если мы уйдем? — малышка испуганно вцепляется пальчиками в лавочку.

Опускаюсь на корточки перед ней и с успокаивающей улыбкой смотрю в напуганные глазки:

— Не волнуйся, я обо всем позаботилась. Заведующая скажет твоей маме наш адрес и мама прямо по навигатору туда такси вызовет и приедет. Хорошо?

Вижу, что до нее доходит все сказанное мной и напряжение на детском личике сменяется благодарной улыбкой:

— Вы такая умная, — говорит она с улыбкой и вдруг обнимает меня за шею.

Обнимаю ее в ответ и поднимаюсь вместе с малышкой на ноги.

— Ну что, пойдем? — подмигиваю сыну, который все это время с волнением наблюдал за недетской драмой маленькой Аленки.

Видимо решив, что все разрешилось как нельзя лучше для него самого, — ведь он неожиданно заполучил друга на ночевку, — Тёма бодро кивает и несется к калитке.

Сегодня у меня внезапно оказалось двое детей. Прямо как я когда-то мечтала…

Глава 5. Надя

Паша настолько осточертел мне своими попытками дозвониться, что я просто отключаю на телефоне звук, предварительно напомнив заведующей свой адрес. Уж если родителям будет крайне необходимо забрать у меня Аленку среди ночи, то они найдут нас. Хотя я вообще почему-то всеми фибрами души противлюсь такому развитию событий.

Во-первых доверия у меня ее родители вообще не вызывают. Хоть это вроде и не мое дело. Но за ребенка обидно. Во-вторых уже совсем поздно и детям пора спать. А раз до сих пор никто не забрал малышку, значит, на мой взгляд, меньшим стрессом для нее будет уже спокойно переночевать в месте, к которому она вроде успела привыкнуть..

Они так здорово разыгрались с Тёмой, что она совсем забыла о собственной драме и теперь я не представляю, как их утихомирить.

— Ну что, малыши-карандаши, готовы купаться? — спрашиваю я.

Оба довольно кивают. А по мне это отличный план их разделить, чтобы детки хоть немного успокоились перед сном.

Артём идет в ванну первым. Он у меня мужчина самостоятельный, я только напоминаю, чтобы он ничего не забыл помыть.

Тёма принимается рассказывать наизусть стихи и петь песни — такой у нас закон, чтобы я слышала, что с ним все в порядке.

Аленке это правило явно нравится. Она хохочет.

— Давай волоски причешем? — предлагаю я, понимая, что мокрым я ее сбившийся пушок и вовсе не вычешу.

— Будет больно? — заметно напрягается она.

— Я буду очень осторожна, — торжественно обещаю.

Улыбается. И кивает.

Кажется я заслужила доверие этой малышки.

Сажусь с ногами на диванчик в углу комнаты, и усаживаю перед собой Аленку:

— Слушай, а волосы-то у тебя какие красивые! — восторженно заговариваю зубы крохе, осторожно стягивая с ее тонких волосенок запутавшиеся резинки. И принимаюсь бережно причесывать кудрявые, почти как у меня, волосы.

Уж я-то знаю, какой это стресс вычесывать эти кудри. С детства не любила. Когда-то они у меня были такие же тонкие и каждое причесывание для меня было настоящей пыткой.

— Папа говорит, что я настоящая Златовласка, — с гордостью докладывает она.

Я удивлена впервые за вечер все же услышать от Аленки об отце. И думаю, как бы осторожно выяснить ее с ним отношения, чтобы понимать, стоит ли ждать, что этот человек сможет помочь малышке.

— И он абсолютно прав, — поддерживаю я разговор. — Папа твой очень умный человек.

— И очень богатый, — с ученым видом говорит маленькая всезнайка.

— А какой он еще? — продолжаю я прощупывать почву. — Расскажешь?

— Ну он большой… — задумчиво протягивает Златовласка. — И очень сильный. Он меня может целый день на руках носить и не уставать ни капельки.

— А вы часто видитесь? — понимаю, что это не очень профессионально с моей стороны. Но мне нужно