Развод. С вещами на выход! - Айрин Лакс

А мне ведь всего лишь показали член…

Поманили, словно волшебной палочкой.

— Иди сюда, примни мне шары, потопчись немножко своими красивыми пальчиками… — предложил Вячеслав, переместив мою ножку ниже.

Такого от меня не требовал никто из моих мужчин.

Пусть я просвещалась постельной науке и всяким штучкам, к такому меня жизнь не готовила, но…

Я посмотрела в глаза Вячеславу, он не отрывал взгляда от моего лица.

Между нами будто сгустился воздух.

— Не томи, — произнес хрипло и двинул бедрами.

Ох, как медленно и завораживающе.

Его член величественно качнулся, большие, твердые яички будто молили исполнить просьбу мужчины.

Я осторожно шевельнула пальчиками, удивившись, что они почти такие же чувствительные, как подушечки пальцев на руках.

— Продолжай. Смелее.… Можешь сменить ножку, если устанешь, а пока дай её сюда.

Что он ещё задумал? Я робко, но с интересом начала исследовать предложенное — топталась пальчиками, нажимала, скользила хаотично…

Потом осмелела и перешла к члену, провела по нему снизу-вверх ноготками. Вячеслав застонал и будто вытянулся в длину.

Ух… Как это было… Красиво и ничуть не пошло.

Такой большой, сильный и загадочный мужик, но ластился к моим ножкам, как голодный.

Это вскружило мне голову, я осмелела и, кажется, тоже простонала в ответ.

Ответом мне послужил горящий взгляд.

И я вспомнила, что самое жаркое пламя — это синее…

Вячеслав поднял мою вторую ножку и начал целовать и посасывать пальчики ног.

Между моих бедер кто-то будто развел костер и оставил его без присмотра: пламя разгоралось все сильнее.

Трусики можно было выкидывать, а сорочка вдруг стала жаркой, душной…

Мне захотелось ее снять, избавиться от нее.

— Покажи мне себя, — потребовал Вячеслав.

Он отпустил меня всего на миг, но мне этого хватило, чтобы раздеться и дрожащими пальцами сдвинуть трусики в сторону.

Я лежала перед ним, бесстыже распахнув бедра. Моя киска была нереально мокрой и жадной, готовой к сексу.

Дышать было нечем.…

— Засунь в себя два пальца. Подержи их немного, а потом пососи. Расскажи, какая ты на вкус.

— Может быть, ты просто сам это сделаешь? — предложила я, тем не менее медленно скользнув рукой вниз.

— Сделаю, — склонил голову. — В следующий раз. Дождешься? Это мое второе условие.

Всего два условия? И оба такие горячие и сладкие, порочные…

Грешно такие выполнять и глупо таким не воспользоваться.

Удовольствия от того, что происходило сейчас, я уже получила в разы большем, чем за весь последний год, лежа под Каретиным.

Я ведь считала наш секс довольно сносным.

Но стоило сравнить, и.… Каретин превратился в прогнившую тыкву!

— Дождаться?

Что это означало?

Я уже совсем ничего не понимала, между ног тянуло жаждой и жаром большего. Пальцы скользнули на клитор, обвели влажные складочки, нырнули в податливую глубину.

К моим пальцам присоединились его пальцы, исследу, надавливая, кружа.

Из меня вдруг вырвался громкий стон, и все тело завибрировало, я аж заскулила от кайфа.

— Поймал, — ухмыльнулся Вячеслав и нажал на мои пальцы. — Вот здесь давай, да…

Я распахнула глаза. Он продолжал двигать моей ножкой по своему члену, подсказывая, как нужно трахать себя.

Безумие сплошное! От этого захватило дыхание, перекрутило все, что я знала о соблазне, сексе, о границах допустимого…

Все стало пылью и исчезло без следа.

И на его месте возникло что-то новое, острое, манящее.

И все показалось возможным, доступным и правильным.

Любое откровение.

Как открытие и выстрел… снова и снова прямиком в эпицентр наслаждения, разрядившимся острым оргазмом.

Я кончила, сгорая на глазах у Вячеслава, и через миг его сперма, пульсирующим потоком оросила пальцы ног, стопу.… Вячеслав облизал каждый пальчик, покусывая.

— Боже, какой изврат.… — пробормотала я, не испытывая ни капельки сожаления.

Несколько минут безмолвного блаженства сменились новым вызовом.

Вячеслав переключился на мою грудь.

— На вид вкусные девочки, даааа.… Никто не ласкает. Так и просятся… — шумно выдохнул он, склонив голову и лизнув соски, вставшие торчком, как по приказу.

Новая порция ласки забурлила в крови. Я потянулась к нему в ответ, мазнула губами по шее, лизнув пряную кожу.

Несмело скользнула вниз, минуя повязку, обхватила пальцами привставший член, который мигом стал крепче от нескольких движений.

— Как по команде, встал. Хочу тебя, дуреха.

Он приподнялся и забросил мою ногу себе на плечо, вторую отвел в сторону, раскрыв максимально.

— Надеюсь, ты готова кончать ещё и ещё.… — хищно сказал он. и погрузился в меня решительным толчком.

Наверное, нужно было сохранять трезвость ума и дорожить честью — немногим, чем я ещё владела.

Но, кажется, честь была не против отдаться этому мужчине….

Я выдала протяжный, чувственный стон, как будто меня год не ласкали.

Впрочем… Та-а-а-ак…. Так сладко, меня, пожалуй ещё не соблазняли на секс и не трахали — горячо, с отмашкой.

Требовательно и дерзко.…

Да, так меня муж не трахал!

Не смотрел, как на самое вкусное лакомство, не подбрасывал в небеса экстаза горячими, уверенным толчками.

Не лазил пальцами всюду — бесстыже и уверенно склоняя к пороку.

Не вертел, как пушинку, не ставил в коленно-локтевую так, что хотелось в ней постоять, изогнувшись как кошка…

И пусть всю эту ночь меня трахали, как доступную шлюшку, но по ощущениям, я была в тот самый миг — Королевой.

Была Королевой и кончала, как Богиня…

А потом наступило утро и вместе с ним — похмелье.

Не только после выпитого шампанского.

В моей каморке было отрезвляюще.… тихо и пусто.

Глава 8

Проснувшись, я простонала. Потому что у меня болела голова.

Как всегда, как это было после выпитого шампанского.

И не важно, какое шампанское я пила, дешевку «Черная Роза» или благородное игристое баснословной стоимости.

Итог на утро всегда был один — у меня страшно болела голова и смертельно сильно хотелось вишневый компотик. Такой, какой варила моя бабушка — терпкий, со вкусом горьковатых косточек, и сахара —