Путь к власти - Александр Евгениевич Владыкин

И дважды даже получили желаемое. Первый раз это было накануне отъезда из Юма. Ричард вызвал ее к себе и объяснил, что ее задача на ближайшее время будет защищать поселения оборотней, главой Совета которых является уже знакомая ей Сигрид.

А потом… Когда Сигрид ушла, ее жених слегка задумался, разглядывая Мелиссу, и повел в свои личные покои.

— Так надежнее будет, а то все-таки мне пока трудно тебе доверять до конца, — сказал он, беря ее.

Второй раз случился уже в дороге. После того, как Ричард дал ей доступ к магии воздуха.

— Для закрепления твоей верности мне, — пояснил он.

В обоих случаях, он все сделал властно, немного даже, может быть, грубо. Будто просто выполняя важную работу. Но ей именно так и хотелось. Сильный мужчина не должен быть слюнтяем. Слюнтяи в Кортии долго не живут. И уж тем более не становятся императорами. И не дарят своим женщинам троны императриц. А примерить корону императрицы Кортии Мелисса по-прежнему хотела.

Глава 5

Интерлюдия

Элениэль

Элениэль возвращалась в Юм после месяца, который провела в Турвальде, занимаясь подготовкой к возможному столкновению со своими соотечественниками. Как ни странно, но факт того, что ей придется выступить против еще совсем недавно родной и горячо любимой Эльфары, ее не беспокоил. Огорчал Элоран.

Ее брат трусил на своей лошади чуть в стороне, иногда бросая на Элениэль насмешливые взгляды. Сейчас он был на положении гостя, которого хлебосольные хозяева наотрез отказываются отпускать. И не пленник, но и не совсем свободный. То есть, он мог делать все, что пожелает, кроме как уехать домой.

А ведь поначалу все шло просто отлично. Элениэль объяснила Элорану, как со стороны выглядело его повышенное внимание ко второй жене императора Юма Диане. И тот сразу согласился, что несколько увлекся.

— Признаю, что повел себя необдуманно, — сказал тогда Элоран. — Но видишь ли сестренка, я раньше никогда близко с дроу не общался. Только во время наших стычек, но, как ты понимаешь, это немного не то. А тут… Эта девушка произвела на меня очень сильное впечатление. Утонченная, умная, тактичная, изящная. Если бы не черные волосы и некоторая смуглость, я бы сказал, что она настоящая эльфийка из хорошего рода. Из тех, кто у нас выбирает путь искусства и красоты, а не войны, как это в свое время сделала ты. Да и очень многие другие наши девушки. И ее положение при дворе твоего мужа какое-то странное. Она вторая жена и даже стала номинальной королевой дроу. Я прекрасно понимаю, что на самом деле ими правит император. Но при этом находится в подчинении у Изабеллы. А она… Как бы это сказать, жесткая, даже жестокая, целеустремленная. Как и твой любимый Ричард. Диана — нежный цветок, который вынужден жить по их правилам.

Элениэль не удержалась и фыркнула, выслушав эту поэтическую тираду и вспомнив, как она вместе с Ричардом ползла на стену, чтобы захватить этот «нежный цветок», пока он не убил «жестокую Изабеллу». Но посвящать Элорана в ту историю, конечно, не стала.

— Ты многого не знаешь, брат, — ответила вместо этого. — Все не совсем так и даже совсем не так. Ричард, этот целеустремленный и жесткий человек, как ты говоришь, приютил народ дроу, когда на него напали твари из проклятых земель, а эльфы ударили в спину. Из-за этого он даже пошел на неминуемую войну с королем Достера. Кормит дроу за свой счет всю зиму. Да и императором он себя объявлять не хотел. Так обстоятельства сложились. Кстати, во многом именно из-за все тех же дроу.

Элоран только недоверчиво покачал головой. Но на их дружбе этот небольшой спор не отразился. Изменилось отношение к ней Элорана, когда они уже после смотра войск Турвальда, которые оказались на удивление не плохи — все-таки Гастон военное дело в отличие от хозяйственных забот любил и свою конницу содержал в порядке, отправились выбирать место для предстоящего гипотетического сражения. Войска Достера еще не подошли, и Элениэль решила не терять времени.

— Вот здесь мы армию Арвандила и встретим, — удовлетворенно произнесла Элениэль, оглядывая с холма, расстилающуюся широкую равнину. — Враги выйдут вон из этого леса, а мы, когда они отойдут от него на пару лиг, конницей отсечем их от него, а потом окружим. Я буду на этом холме — слева от армии моего двоюродного братца, а Ричард вон на том — справа.

— Врагов? — переспросил Элоран. — Элениэль, это же эльфы! Как бы ты ни относилась к Арвандилу и ни была обижена на отца, не забывай этого. Я думал, что ты планируешь просто преградить дорогу войскам Арвандила и не пропустить их к Новому Драуру. Потом я бы попробовал поговорить с ним и его воинами. Но ты хочешь его армию окружить, не дать отойти в лес. Это же означает битву. Погибнет множество и эльфов, и людей. Это муж тебе так приказал? И почему тебя так привлекают эти два холма? С твоим мужем понятно — он маг и ему нужно подходящее место, чтобы свои возможности применить. Но ты?

И тогда она показала ему сначала фиолетовый туман, а потом и темно-зеленых змей.

— Еще и воздушной магией владею, — добавила она ошарашенному увиденным брату. — Вот мы с двух флангов войска Арвандила и зажмем.

— Ты владеешь чужеродной магией⁈ — поразился брат. — Да еще и темной! Не буду спрашивать, кто тебе ее дал. Догадываюсь, что император. Но теперь ты собираешься ее применить против своего народа? Элениэль, я начинаю думать, что твой отец был прав, когда запер тебя во дворце в Эльфаре. А я допустил огромную ошибку,