Любить Ромео - Лора Павлов

— Это, видимо, у нас в крови, детка, — сказал Линкольн, и я рассмеялся.

— Ладно. Я подумаю. Если решусь, ты сможешь опубликовать эту историю, Бринкс. Спасибо, что делаешь это для меня. Дай мне время на раздумья.

— Мы поддержим тебя в любом случае. Просто хочу поставить этого придурка на место, чего бы это ни стоило, — голос Линкольна был твердым.

— Да. Мы оба этого хотим, брат.

Я закончил звонок, доделал еще несколько дел в спортзале и тут заметил новое сообщение на телефоне.

Мама:

Конец января, а снег всё ещё идёт. Я устала от холода. Мими и я хотим посмотреть фильм на Hallmark и выпить тыквенно-пряные латте. Можешь захватить эти напитки и привезти нам?

Чёрт возьми. Что за мания с этими грёбаными напитками?

Я совершенно не спешил возвращаться в ту кофейню после того, как вёл себя там, мягко говоря, не лучшим образом. Я был полным придурком, и мне это даже нравилось.

Кроуфорды поступили подло со мной и Ривером, и я не хотел иметь ничего общего ни с кем из них. Даже если Деми, скорее всего, ничего не знала о том, что произошло, это всё равно была её семья.

Меня удивило, что она выглядела задетой моей грубостью, хотя и старалась не показывать этого. Не то чтобы я когда-либо был дружелюбен с ней или с кем-то из её родственников. Но это не означало, что я жаждал снова появиться там, чтобы вести себя как козёл.

Я тихо застонал. Я никогда не мог отказать ни маме, ни Мими.

Я:

Ладно. Я привезу их чуть позже. Но вам нужно купить эти тыквенные чайные пакетики или что там еще в них. Я не могу ездить туда каждый день.

Мама:

Прекрати ныть. Ты не был там почти неделю. Напоминаю, что я родила тебя, а это дает мне право на пожизненное обеспечение тыквенно-пряными латте. Я уверена, она добавляет туда что-то особенное. Можешь спросить, добавляет ли она корицу? Я могла бы попробовать сделать их дома, если узнаю рецепт.

Черт возьми. Это значит, мне придется с ней разговаривать. И я сильно сомневаюсь, что после моего последнего визита она вообще захочет со мной говорить.

Я:

Ты помнишь, что Кроуфорды кинули меня и Ривера, да? Ты ставишь меня в неудобное положение.

Мама:

Деми Кроуфорд была ребенком тогда и не виновата. Я тебя лучше воспитала, Ромео. Мы даже не знаем, знали ли ее родители о том, что произошло. Ты должен быть наказан за ошибки своего отца? Поезжай за этими латте и прекрати этот бред. И выясни, что за магия у нее в этих напитках.

Я надел куртку и направился к выходу, заметив, что спортзал пуст, за исключением Рэя, который мыл полы.

— Уходишь? — спросил он.

— Ага. Увидимся завтра.

— Эй, Ромео, — окликнул он меня.

Я обернулся.

— Что?

— Ты ведь знаешь, что есть только один способ заткнуть хулигана, да?

Я ухмыльнулся, предугадывая, что он собирается сказать, но мне нравилось его дразнить.

— Игнорировать его?

Рэй рассмеялся громко и резко, и его смех эхом отозвался по пустому залу.

— Неа. Надо просто вмазать ему по роже.

Я покачал головой, подняв руку в знак прощания.

— Подумаю об этом.

Я хотел сразиться с Лео, но понимал, что бокс больше не был моим долгосрочным планом. В последнее время я много читал о недвижимости и инвестициях. Большая сумма денег позволила бы мне вложиться в бизнес, связанный с этим, помочь семье и обеспечить своё будущее.

Я знал, что если буду усердно тренироваться, то смогу пережить ярость Лео — по крайней мере, надеялся на это. Мой рост, ловкость и молодость были моими преимуществами. Он был коренастым, не особо техническим, но бойцом с безумным правым хуком. Лео был своего рода дикарем. Его знали за то, что он быстро укладывал своих соперников. Этот парень мог выдерживать удары и быстро восстанавливаться, что всегда вызывало у меня уважение.

Я вышел на улицу и увидел, что с неба падает всего пара снежинок. Даже до февраля еще не дошло, так что мама знала, что снег будет идти еще какое-то время. Она всю жизнь прожила в Магнолия Фоллс. Но каждый год она делала одно и то же: жаловалась на снег сразу после праздников, будто это не повторялось из года в год с тех пор, как она была ребенком.

Я открыл дверь соседней кофейни и увидел Деми за стойкой. В помещении было пусто, и это не удивительно — оставалось около пятнадцати минут до закрытия. Она подняла взгляд, и ее зеленые глаза встретились с моими. На ее носу было несколько веснушек, волосы цвета шоколада спадали чуть ниже плеч, а пухлые губы казались идеальными.

Черт возьми, она была потрясающей.

Даже если она Кроуфорд.

На этот раз она не поприветствовала меня. Вместо этого просто подняла бровь, словно ожидала, что я снова начну вести себя как придурок.

Я прочистил горло и подошел к стойке.

— Можно два тыквенно-пряных чай-латте с собой?

Она внимательно посмотрела на меня, прежде чем пробить заказ.

— С вас одиннадцать долларов.

На этот раз я положил деньги ей в руку, а не на стойку. В прошлый раз это действительно было по-свински.

Она бросила деньги в кассу и отошла, чтобы приготовить напитки. Я потер рукой затылок, осознавая, что она меня ненавидит, и у нее было на это полное право. И, честно говоря, мне это устраивало — болтать с кем-то из Кроуфордов никогда не было хорошей идеей.

— Можно спросить, что входит в состав этого напитка?

— Думаешь, я собираюсь тебя отравить, Ромео? — сухо ответила она, и мне даже понравилось, что она могла так отвечать.

— Вряд ли. Думаю, ты плохо бы справилась в тюрьме, учитывая, как ты выглядишь, — ответил я, тут же мысленно отругав себя за это глупое замечание. Даже если это правда.

— Очевидно, ты не в курсе, что оранжевый — мой любимый цвет, — она усмехнулась, и это выглядело чертовски мило. Я тут же отбросил эту мысль.

— Никто не выбирает оранжевый как любимый цвет, — сказал я, наклоняясь к стойке, пока она отвернулась, чтобы налить горячую воду в чашки. Мой взгляд скользнул вниз по ее стройному телу и