Чувства в стиле «All Inclusive» - Анастасия Нехорошкина

– Ни за что, ты так просто от меня не отделаешься, – Геля коротко закатила глаза, с улыбкой поднимаясь на ноги, – давай уже по домам, у меня спина отваливается.

* * *

Спустя три дня две пары девичьих ног спешно двигались по самому большому международному аэропорту в России – Шереметьево. Каждая хоть и взяла всего по одному чемодану, но обе сложили в них примерно по половине своего веса, поэтому даже спешить получалось весьма медленно. Геля, предугадывая турецкую жару, надела высокие джинсовые шорты с рваными карманами и легкую хлопковую рубашку в клеточку, подвязанную на уровне пупка. Солнечные очки она предусмотрительно нацепила на голову, постоянно забывая о них на Шереметьевских металлоискателях.

Прощались подруги долго и эмоционально, расходились нехотя и слезно пообещали списываться хотя бы 2-3 раза в день. Хорошо, что разница во времени у них будет небольшая.

Уже перед самой посадкой в самолет телефон Гели завибрировал, оповещая о новом сообщении.

«Тут какая-то полная задница, я хочу домой» – гласил текст. Это было единственное сообщение от Вари с того самого дня, как Ангелина завалила её вопросами о Турции и отеле «Royal Sunset».

Добро пожаловать в новую стадию фрустрации.

Chapter 3. Landing

А – Г – Н – О – С – О – Ф – О – Б – И – Я

Перед тобой две двери. Они абсолютно идентичны: дерево с резьбой сочно-коричневого цвета, круглые золотые ручки с маленьким замочком по центру. Ты точно знаешь, что за одной – спокойствие и стабильность, их можно почувствовать даже через щели на стыках деревянного материала. Возможно, там застолье близких тебе людей, а может – любимое место или вещь. Ты точно не знаешь, но то, что находится внутри, просто не способно навредить.

Вторая дверь окутана завесой тайны – за ней может оказаться все, что угодно. Самый главный страх или самая желанная мечта, но, в любом случае, сильные эмоции, способные сбить с ног и ощутить прилив адреналина по венам вместе с кровью. За второй дверью эмоций намного больше, чем за первой.

Но какую из них ты откроешь?

Агнософобия – боязнь неизвестности, которая скрыта в каждом из наших маленьких страхов. Чаще всего мы боимся не темноты, а того, что в ней скрывается.

Но ведь когда сталкиваешься с неизвестностью лицом к лицу, она перестает быть неизвестностью, не так ли?

* * *

Геля завороженно смотрела в створку иллюминатора, прокручивая в голове сообщение однокурсницы, которое она прочитала, по меньшей мере, 10 раз, и все с негативной интонацией в голове.

– Нельзя, что ли, было раньше выйти на связь? – прошипела она себе под нос, сжимая подлокотник кресла.

С местом в самолете, как и с соседями по ряду, девушке повезло. Рядом не приставали с бессмысленными расспросами, спереди не кричали дети, а сзади не пинали и без того жесткое узкое кресло. Она уже 20 минут наблюдала за цветущими ландшафтами, пролетающими парой тысяч километров ниже.

Девушка никогда не боялась летать и часто смотрела на YouTube завораживающие ролики из кабины пилотов. Наверное, Геля бы даже хотела попробовать себя в работе бортпроводником, объясняя людям, где находятся аварийные выходы и как надувается спасательный жилет. Она не боялась высоты и скорости, а вот неизвестности – да.

Где-то в глубине сознания, словно одинокая рыбка в огромном аквариуме, билась мысль о том, что сообщение Вари, когда бы оно ни было отправлено, не изменило бы ситуации, ведь невыход на практику чреват отчислением.

Медленно ковыряясь в вязких мыслях, девушка не заметила, что по рядам пополз запах еды.

– Можно мне томатный сок? – обратилась она к улыбчивой стюардессе в голубой униформе, принимая также поднос с набором бортовых продуктов.

Укол зависти, когда соседка через кресло заказывает бокал белого вина и непродолжительный диалог с ней же. Геля не успела заметить, как пролетело четыре с половиной часа, а все пассажиры уже выстроились в очередь на выход из самолета, будто он улетит быстрее, чем люди успеют выйти.

– Спасибо большое, хорошего вам отдыха, – улыбается пожилая женщина, забирая из рук Гели сумку, которую та достала с полки над сидением.

– И вам, – как-то обреченно отвечает блондинка, устремляясь следом к выходу.

* * *

Единственный минус летних отпусков – бесчисленное количество людей в аэропортах. 150 человек на паспортном контроле, 200 в ожидании багажа, и вместо привычных десяти минут, ты оттягиваешь долгожданный отдых еще на пару часов. Геля, конечно, прилетела не отдыхать, но на выходе её должен ждать сотрудник отеля, опаздывать на встречу с которым она была не намерена.

Самолет приземлился в 17:20, и ровно через сорок минут две стройные бледные ножки с четырьмя колесиками чемодана выходят из стеклянных раздвижных дверей аэропорта Анталии. Все мысли куда-то улетучиваются, когда легкие заполняет южный запах.

Геля не знает, как еще назвать это ощущение – теплый соленый воздух с примесями цветущих растений и, немного, пыли. Можно забыть бесчисленное множество вещей, но этот запах, ощутимый даже единожды, засядет в легких осадком и останется там навсегда.

Вид на круглую площадь, засаженную высокими пальмами, и огромный транспарант с надписью «Welcome to Antalya» окончательно убедили девушку в реальности происходящего, и она ускорила шаг.

Геля, щурясь от слишком яркого солнечного света, пошарила взглядом по многочисленным людям с еще большим количеством пестрых табличек с именами или названиями организаций, пока не обнаружила плотного бородатого мужчину в солнечных очках чуть поодаль от остальных. Он курил, опустив руку с бумажкой, на которой от руки было написано «Angelina Egorova».

(Последующие диалоги ведутся