Дикий альфа - Си Джей Праймер

Когда я открываю дверь своей комнаты в мотеле, я не удивляюсь, обнаружив, что моя мама ждет меня внутри, присев на краешек кровати. Никто другой не посмел бы вторгнуться в личное пространство своего альфы, но Далила Круз делает все, что, черт возьми, ей заблагорассудится. У женщины нет границ, особенно когда речь заходит о ее единственном сыне.

— Где ты был? — хрипло спрашивает она, когда я захожу внутрь и пинком закрываю за собой дверь.

— Вышел прогуляться, — просто отвечаю я.

Она откидывает темные волосы за плечи, откидывается назад и опирается на ладони.

— Увидел что-нибудь интересное?

Я бросаю на нее подозрительный взгляд, снимая ботинки. Раньше я думал, что у моей мамы просто был способ разбираться во всем; какой-то материнский инстинкт, который всегда подсказывал ей, когда я отклонялась от курса. Теперь я знаю лучше. Когда пришел мой волк, мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что ее отличает, потому что я такой же, как она.

Когда я спросил об этом, она признала, что в нашей родословной есть кое-что дополнительное, чего нет у большинства других оборотней: отслеживающая ДНК.

Все волки-оборотни обладают улучшенными органами чувств по сравнению с людьми, но у нас, следопытов, еще более острое зрение, более острое обоняние, лучший слух… В общем, мы обладаем редким набором навыков, который превышает средний, а с кровью альфы в придачу мои навыки и навыки моей матери проявляются еще сильнее.

Вот почему моя первая мысль заключается в том, что она способна учуять на мне запах моей маленькой блондиночки-преследовательницы, когда я вхожу, но я быстро отметаю эту мысль, потому что если я уже не чувствую ее запаха, то и моя мама тоже. И этот аромат не из тех, которые ускользнули бы от моего внимания.

Это застало меня врасплох, настолько дразняще, что я не смог удержаться и наклонился ближе, чтобы узнать больше. Свежие ноты цветов и цитрусовых, которые приветствовали меня, слились в такое уникальное, восхитительное сочетание, что я поймал себя на том, что жалею, что не могу каким-то образом разлить его по бутылкам и спрятать подальше. От девушки пахло, как от гребаного рая.

Она тоже была похожа на ангела.

Даже когда мой мозг вызывает в воображении ее образ, я стараюсь сохранять нейтральное выражение лица, задаваясь вопросом, как много на самом деле знает моя мама. Я полагаю, она могла бы пробраться в лес и подглядеть за нашим общением. Она довела до совершенства искусство подкрадываться к людям незамеченной, и я бы не стал отрицать, что она не спускает с меня глаз.

Но нет, я бы почувствовал, если бы за мной наблюдали. Потому что, хотя моя мама хорошая, я лучше. Я оттачивал свои навыки на протяжении многих лет, никогда не останавливаясь на достаточно хорошем уровне. Я лучший, черт возьми.

Вот откуда я знал, что шесть стай наблюдали за мной вчера, когда я пошел им навстречу. Прежде чем войти, я тихо осмотрел территорию издалека, отметив их оборону. Они обеспечивают свою безопасность с помощью пограничных камер, патрулей… даже снайперов, затаившихся в засаде. Эта последняя мера безопасности была новым дополнением по сравнению с моей предыдущей разведкой, и с их позиции было ясно, что они ожидали меня. Они были готовы.

Я тоже. Я добровольно пошел в расставленную ими ловушку, зная по их репутации среди других стай оборотней, что они не захлопнут ее, если не почувствуют настоящей угрозы. Я позаботился о том, чтобы это не прозвучало как угроза. Я полагался на свою привлекательную внешность и обаяние, и когда я попросил присоединиться к их союзу, они мне не отказали.

Хотя они тоже не приняли меня с распростертыми объятиями. Мне еще предстоит поработать, чтобы завоевать их доверие, но это только вопрос времени. Я точно знаю, как в это играть, и я не сдамся, пока в моей стае не появится место, которое мы сможем назвать своим.

По моему молчанию мама, должно быть, поняла, что я не планирую признаваться в том, где я был. И вместо того, чтобы, как обычно, требовать от меня ответов, она на самом деле меняет тему разговора.

— Сегодня полнолуние, — выдыхает она, теребя выбившуюся нитку на одеяле.

— Я так слышал, — бормочу я.

— Ты собираешься возглавить забег?

— Разве я не всегда так делаю?

Она поднимает подбородок, наклоняя голову, когда встречается со мной взглядом.

— Это новая территория для нашей стаи. Ты провел разведку?

— Конечно, провел, мама, — вздыхаю я, прохаживаясь по комнате, чтобы схватить бутылку воды, которую я оставил на комоде ранее.

Я бросаю на нее раздраженный взгляд, когда откручиваю крышку и подношу к губам.

— Ты думаешь, я до сих пор не знаю, как это делается?

— Просто проверяю, — бормочет она, наблюдая, как я залпом выпиваю всю бутылку. — Хотела убедиться, что ты не оставишь это на усмотрение этого идиота, Хэнка.

Я сжимаю пустую бутылку из-под воды в кулаке и бросаю ее в мусорное ведро в углу.

— Как будто я бы это сделал, — усмехаюсь я, вытирая рот рукой.

Технически Хэнк — мой бета, хотя он занимает эту должность только номинально. Как самый сильный самец в нашей стае, не считая меня самого, я бросил ему кость, присвоив ему звание в стае, чтобы успокоить любые его стремления к власти. Он был достаточно счастлив подыграть мне и не задавался вопросом, почему я держу его на расстоянии вытянутой руки. Тем временем моя мама взяла на себя роль моего настоящего заместителя, довольствуясь тем, что за кулисами дергает за ниточки.

Я не марионетка, но в определенной степени позволяю ей направлять меня. В конце концов, я всем ей обязан.

Мама со вздохом поднимается с края кровати, обходит ее и подходит ко мне.

— Ты выглядишь усталым, сын, — напевает она, заглядывая в мои темные глаза своими такими же, когда протягивает руку, чтобы обхватить мою щеку. — Ты что, не спал?

— Не очень хорошо, — признаюсь я.

Я никогда так не поступаю, когда мы переезжаем на новое место, всегда на взводе и в поисках потенциальных угроз по мере обустройства.

— Что-нибудь от стай? — спрашивает она.

— Только то, что мы должны держаться подальше от их территории во время сегодняшней пробежки.

— А после?

Я пожимаю плечами.

— Посмотрим. Они сказали, что им нужно некоторое время, чтобы полностью проверить нас, прежде