После развода. Новая жизнь - Ада Гранатова

Уж не его ли это рук дело? Но зачем?

Ян Робертович сажает нас в машину, дает мне деньги, говорит:

– Вы поезжайте в отель. Ужинайте, – затем он наклоняется к моему уху так, чтобы девочки не слышали, и шепчет, – а я поеду покупать огромный список подарков, – трясёт передо мной открытками, которые девочки написали в резиденции.

У меня пробегают мурашки по спине от его близости. Ян Робертович неожиданно спрашивает:

– А что тебе подарить?

Как будто мы с ним хорошие знакомые…

– Ничего не нужно, спасибо.

– А мне нужно, – твёрдо заявляет, – куплю что-то на своё усмотрение, а ты взамен завтра поужинаешь со мной, окей? После того, как девочки лягут спать.

Он закрывает дверь машины, не дожидаясь моего ответа, и мы сразу трогаемся с места.

Пока мы едем, девочки загадочно улыбаются. А когда подъезжаем к отелю, Рита заявляет:

– Я знаю, что вы поженитесь! И у нас с Ариной родится братик!

Глава 8. 31 декабря

На следующий день я не могу избавиться от чувства, что грядёт что-то неотвратимое для меня. Что в новом году все будет правда по-новому.

Я буду счастливой.

Наверное, это и называется «новогодним настроением». Мне всегда нравился Новый год, но вот таких мыслей никогда в голове не было.

Я даже желание под бой курантов никогда не загадывала. А зачем? Все равно все зависит только от нас…

И впервые в жизни меня грызут сомнения: а вдруг не все?

Хотя я бы не сказала, что сегодня какой-то необычный день.

Нет, мы позавтракали, погуляли по украшенному городу, послушали концерт на улице. Я воспользовалась моментом и тихо обратилась к Яну Робертовичу.

– Вы вчера просили… чтобы я с вами поужинала.

– Да, – уверенно кивает он.

– Так вот, я хотела сказать, что не могу.

– Почему? – спрашивает, сурово насупив брови.

– У меня платья нет, – говорю, хотя собиралась сказать совсем-совсем другое.

Я хотела сказать, что это неправильно. Нам незачем ужинать, не такие у нас отношения.

А платье у меня есть. Я взяла с собой короткое чёрное платье. Но как ещё отделаться от этого ужина?

Ян Робертович загадочно улыбнулся и ничего не ответил…

После мы снова покатались на оленях. А потом поехали в отель готовиться к Новому году.

Ян Робертович сказал, что арендовал для нас отдельную комнату в ресторане. Там будет слышна музыка, но другие отдыхающие нам не будут мешать праздновать в «семейном кругу», так и сказал.

Я волнуюсь. Сама не знаю из-за чего. Делаю девочкам прически, надеваю платья. А сама не перестаю переживать ни на минуту.

Не отпускает, и все! Какое-то беспокойство внутри. Как будто скоро прилетит дракон и заберёт меня в свой замок. Вот так, пожалуй, я себя чувствую.

И этот страх смешивается с приятным предвкушением чего-то нового, волшебного.

В дверь стучатся. Я иду открывать. Вижу на пороге Яна Робертовича.

– Это тебе, – протягивает что-то в чехле.

– Что это?

– Твое платье.

– Откуда оно?

– Одолжил, – отвечает, хотя я вижу, что врет…

– Надень сегодня его на ужин, – говорит и сам закрывает дверь.

Я иду в ванную и достаю платье из чехла. У меня слепит глаза оттого, как оно переливается. Все в блёстках, серебряное как будто. В таком платье нужно выступать на сцене… даже среди звёзд не потеряешься. А мне куда его надевать? Да и зачем это, блин, все?! Я не Золушка! И в сказки верить не собираюсь.

До назначенного времени (когда мы все вместе должны встретиться за ужином) я все никак не могу определиться: надеть мое чёрное или подаренное им?

Сделать выбор мне помогают мои подопечные. Когда я в очередной раз мерю блестящее платье, думая, что оно слишком сильно облегает мои бёдра, в ванную заглядывают девочки.

– Вау, какая ты красивая! – говорит Рита.

– Да! Да! – прыгает и хлопает в ладоши от радости Арина.

Детям очень нравится, не могу же я лишить их радости? А потом… ну, это Новый год. Побуду Золушкой в новогоднюю ночь, подыграю Яну, ничего ведь не случится? Простой флирт ещё никому не вредил, а завтра сказка рассеется, пойдём с ним дальше как обычный миллиардер и няня его детей.

Я прошу девочек сделать мне несколько фотографий и сразу же выкладываю их в сеть (вместе с северным сиянием), поздравляю всех с Новым годом.

Да, да, пусть мои завистники мне немного позавидуют. Хуже не будет.

Мы идём с девочками к ресторану, где уже громко играет музыка. Хорошо, что каблуки я все-таки взяла с собой, иначе бы это платье просто тащилось бы по полу. Ян встречает нас у самого входа. Помогает мне снять куртку, водит взглядом по платью и… ничего не говорит, как будто для него это обыденность – девушки в роскошных платьях.

Дети пьют детское шампанское, мы – вино. Сидим в отдельной комнате и смотрим телевизор (специально для нас русский канал включили). В общем, праздник ничем не отличается от обычного Нового года, разве только тем, что к нам каждые полчаса приходит официант и спрашивает про добавку.

Ближе к десяти вечера девочки убегают в другой зал (где много народу). Везде огни, громкая музыка, они долго танцуют, участвуют в конкурсах, где разыгрывают подарки. В какой-то момент выдыхаются и присаживаются на стулья.

Ян подходит ко мне сзади, я чувствую это затылком, но понимаю, что не ошиблась, когда он властно произносит:

– Иди, уложи девочек спать, закрой номер и возвращайся ко мне.

Долго стою на месте и перевариваю информацию, а когда оборачиваюсь, его уже нет за спиной.

Девочки идут до номера, почти не сопротивляются, только младшая постоянно спрашивает, точно ли завтра будут подарки.

– Да, Ян же сказал! – отвечает ей старшая сестра.

Про себя я удивляюсь: чего это вдруг они начали называть папу по имени? Точно пора спать. Видимо, сильно устали за день.

Пока укладываю, предлагаю им загадать желание на северное сияние.

– Сегодня новогодняя ночь, все сбудется!

– А ты в это веришь? – спрашивает Рита.

Решаю не врать и пожимаю плечами:

– Нет, поэтому и не загадываю обычно желаний. Но у детей все работает по-другому, – пытаюсь вырулить из ситуации.

– А сегодня ты попробуй загадать! – говорит младшая, почти сквозь сон.

– Хорошо, попробую.

– Обещаешь?

Киваю.

Девочки засыпают, когда до полуночи остаётся двадцать минут. Хотя по московскому времени ещё час двадцать.

Я возвращаюсь в арендованный зал. Ян Робертович сидит на прежнем месте.

До речи президента мы просто молчим. А потом одновременно поднимаем бокалы. Я загадываю желание (первый раз