Четыре Ошибки Принцессы - Тина Солнечная

Он медленно поднял руки в защитном жесте.

— Я молчу.

Я раздражённо мотнула головой, осматриваясь.

— Ну хорошо, — пробормотала я, — если не лошади, то… карета!

Мы повернулись к ослепительно украшенной карете, ожидавшей в тени под аркой.

Две роскошные белые лошади спокойно стояли в упряжке, их гладкие гривы были красиво заплетены, а седла украшены узорными ремнями.

Я подошла ближе, но…

Как только мой ботинок коснулся камня в пяти метрах от упряжки, лошади вдруг резко вытаращили глаза, словно увидели само порождение ада.

— О нет… — прошептала я.

И тут началось.

Животные одновременно взбесились, встали на дыбы, запряжённые ремни натянулись, карета дёрнулась, едва не перевернувшись…

И, издавая ужасные испуганные звуки, с бешеным ржанием поскакали прочь, унося карету за собой.

Я медленно закрыла глаза, втягивая воздух.

Задумалась.

Медленно разжала кулаки.

Сделала глубокий вдох.

И повернулась к Кейрану.

Он не смеялся.

Нет.

Он серьёзно старался держать лицо, но в его глазах плясало дикое веселье.

— Итак… — голосом загнанного зверя сказала я. — Пешком?

Кейран изящно спешился, будто вообще не сомневался, что так и будет, и встал рядом со мной.

— Пешком, — подтвердил он, изобразив вежливую улыбку. — Я, конечно, могу тебя телепортировать, но ты уже использовала один телепорт за сутки… а второй подряд может тебя… ну… как бы сказать… убить. И, если ты будешь сильно настаивать, я безусловно не стану тебе отказывать в столь незатейливой просьбе, но…

Я тихо застонала, прикрывая лицо ладонями.

— Это всё из-за этого проклятого зелья!

— О да. Из-за того, проклятого зелья, что я разрабатывал целых два года и ты уничтожила за пару секунд. — Он почти ласково похлопал меня по плечу. — У тебя теперь есть официальная магическая аура. Кстати, совершенно незапланированная зельем.

Я убрала руки от лица, сверкнула глазами, но он не выглядел напуганным.

Наоборот, он явно развлекался.

— Будешь мне напоминать об этом до конца жизни?

Он очень медленно улыбнулся, уголки его губ выгнулись хитрой, ленивой усмешкой.

— О, можешь не сомневаться.

Я закатила глаза и пошла вперёд, бурча себе под нос.

Ну и день.

Но ничего.

Мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним…

Мы уже больше часа пробирались по лесной тропе, и я чувствовала, как усталость медленно вползает в ноги. Тропа становилась всё уже, деревья сгущались, и лучи заходящего солнца пробивались сквозь листву, оставляя на земле причудливые узоры теней.

Когда Кейран предложил свернуть с основной дороги, я с радостью поддержала эту идею. Приключения — моё всё, и никакая усталость меня не остановит, особенно, если это реальная возможность сэкономить время в пути.

Но у Кейрана, после моего скорого согласия, как оказалось, появилось другое мнение.

— Почему мне кажется, что это плохая идея? — его голос раздался с лёгкой хрипотцой, когда мы углубились в лес.

Я улыбнулась, не оборачиваясь.

— Потому что ты не любишь приключения.

Он фыркнул, шагнув чуть ближе, чтобы идти вровень со мной.

— Нет, — спокойно ответил он, — потому что ты — ходячее бедствие, и я боюсь за собственную жизнь.

Я хотела было что-то отпарировать, но судьба, как всегда, решила вмешаться раньше меня.

Слева от тропы куст зашевелился.

Сначала я подумала, что это просто ветер или какой-нибудь лесной зверёк, но…

Нет.

Куст ожил.

И не просто ожил, а с явным недоброжелательным намерением.

Прежде чем я успела понять, что происходит, ветви кустарника резко вытянулись вперёд, словно щупальца, и обвили мои ноги.

— Что за… — выдохнула я, когда земля начала ускользать из-под ног.

Я полетела вперёд, прямо в густую зелёную ловушку.

Падение оказалось жёстким. Колючие ветки немедленно вцепились в мою одежду, а одна особо настойчивая ветка попыталась зацепиться за волосы.

— Так, спокойно… — пробормотала я, сжимая зубы.

Я пыталась вырваться, но чем больше дергалась, тем крепче куст затягивал меня внутрь. Колючки царапали кожу, платье начинало рваться, а ветви всё настойчивее цеплялись за меня, словно хотели утащить в чащу.

Я упорно старалась справиться сама.

Но через минуту борьбы поняла: этот куст явно был сильнее, чем казался на первый взгляд.

— Кейран? — позвала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри уже зрело раздражение.

Ответа не последовало.

Я вывернулась, подняв голову… и увидела, как он спокойно стоит в двух шагах от меня, скрестив руки на груди.

Наблюдает.

С интересом.

И явно развлекается.

— Кейран, может, всё-таки поможешь? — я сдержала раздражение, стараясь говорить ровно.

Он медленно вздохнул, как будто решая, достаточно ли я пострадала, и наконец взмахнул рукой.

Слабое голубое свечение вырвалось из его пальцев, и куст замер.

А потом с тихим шипением растворился в воздухе, будто его и не было.

Я осторожно поднялась на ноги, стряхивая с себя листья и остатки колючек.

Кейран всё ещё стоял с тем же выражением лица, в котором читалась лёгкая насмешка.

Я буравила его взглядом, прищурив глаза.

— Ты ждал.

Он пожал плечами, медленно подходя ближе.

— Ты справлялась.

Я фыркнула, отвернувшись и продолжая отряхивать подол платья.

— Справлялась? Ты серьезно?

Он улыбнулся краем губ, и в его глазах промелькнула искорка веселья.

— Ну, в какой-то степени…

Я тихо застонала, чувствуя, как тёплая волна смущения и лёгкого раздражения накатывает в груди.

— Ты просто ужасен.

Он наклонился чуть ближе, его голос стал мягким, почти нежным.

— А ты — бесценна.

Я резко посмотрела на него, не ожидая такого ответа, но он уже развернулся и пошёл дальше по тропе, оставив меня в полном недоумении.

Я сделала глубокий вдох, поправила волосы и поспешила догнать его, чтобы в случае чего, не пришлось сражаться с новым кустом в одиночку.

Глава 4

Мы уже достаточно далеко отошли от лесной чащи, и под ногами начала ощущаться мягкая, влажная почва. Воздух стал тягучим, пропитанным запахом сырости и разложения, а на горизонте начали появляться лужицы мутной воды, мерцающие в тусклом свете заходящего солнца.

Кейран, заметив, как пейзаж начинает меняться, замедлил шаг и бросил на меня внимательный взгляд.

— Только давай не притягивать к нам болото, ладно? — его голос был спокоен, но в нём слышалась та характерная нотка, когда он чувствовал, что что-то пойдёт не так.

Я скривилась, с трудом сдерживая ухмылку.

— Ну, ты же понимаешь, что раз уж