Радуга после дождя - Лайза Роллингз

Выйдя из парка, Рейчел вдруг поняла, что проголодалась. Ей всегда хотелось есть, когда она начинала жалеть себя. Через пару кварталов находилось ее любимое кафе «Рич» — маленькое, незаметное и совсем не пафосное, несмотря на название. Они с Кэтлин обнаружили его в те времена, когда еще учились в школе. Его постоянными посетителями были старшеклассники и студенты, которым хотелось поболтать за жизнь за чашечкой кофе. По вечерам в кафе играли местные группы или музыканты, выступающие соло. Нынешний вечер не стал исключением. Еще издали Рейчел заметила на двери кафе маленькую, но яркую афишу с названием никому не известного музыкального коллектива.

Выпью чашку горячего шоколада, съем булочку с орехами и пойду домой, решила Рейчел.

У меня скопилось столько книг, которые я хотела бы прочитать, но все не находила времени, что теперь мне их хватит месяца на три.

Она вошла в кафе и огляделась в поисках свободного столика. Этим вечером, как ни странно, людей в кафе было много. Почти все места заняты. Наверное, выступающая группа все же пользовалась популярностью. Музыканты на сцене играли веселую песенку о перипетиях любви. Рейчел остановилась в дверях, терзаясь сомнениями, но, услышав легкую мелодию и забавный текст, улыбнулась и решила все-таки остаться.

Она села на свободный стул за столик у самой сцены. Официантка принесла чашку с горячим шоколадом и булочку. Рейчел отломила кусочек свежей сдобы и положила его в рот. Вкус показался ей божественным.

Кажется, я на самом деле проголодалась, усмехнулась про себя Рейчел.

Покончив с булочкой, она принялась рассматривать окружавших ее людей. В основном это были студенты, хотя среди них попадались и люди постарше. Однако Рейчел чувствовала себя среди юных ценителей музыки чуть ли не старушкой.

Скоро нам с Кэтлин будет стыдно заходить сюда. Нечего делать двум умудренным опытом женщинам в студенческом кафе.

Она допила шоколад и собиралась уже расплатиться и уйти, когда вдруг обратила внимание на своего соседа по столику. Он сидел к ней спиной, внимательно глядя на сцену, и его лица Рейчел не видела. Однако сейчас, когда музыканты закончили одну песню и еще не начали играть другую, он повернулся, чтобы взять свой стакан с лимонадом, и Рейчел удивленно уставилась на знакомый профиль.

— Эван? — Она тронула его за плечо.

Он взглянул на нее, и его глаза расширились от удивления.

— Привет! Что ты здесь делаешь?

— Могу задать тебе тот же вопрос. Однако ответы, я полагаю, будут одинаковыми. Я, как и ты, зашла в это кафе, чтобы послушать музыку и перекусить, — сказала Рейчел с улыбкой.

— Какое странное совпадение.

— Почему же странное?

— В Далласе множество кафе. Однако мы встретились именно здесь.

— Я захаживаю сюда время от времени. Вообще-то это мое любимое кафе.

— Теперь и мое тоже, — кивнул Эван и понизил голос, потому что музыканты снова начали играть: — Талантливые ребята, да? Тебе они нравятся?

— Никогда раньше их не слышала, но с удовольствием купила бы диск с песнями.

Эван потянулся к своей сумке, стоявшей на полу, и вытащил оттуда пластиковый прямоугольник.

— На полноценное оформление у них не хватило денег, — сказал он, вручая конверт Рейчел. — Но запись на диске отличного качества.

— Откуда он у тебя? Купил?

— Не совсем. У меня полная сумка таких дисков. Ребята мои протеже. Я продвигаю их группу. Совсем недавно они играли в гараже, и никто о них не знал. А теперь у группы даже появились фанаты.

— Так ты продюсер? — удивилась Рейчел.

— Что ты! Конечно, нет! — Он рассмеялся. — Я совершенно случайно услышал, как они играют, и решил помочь. И у меня получилось, однако я вовсе не собираюсь зарабатывать на них.

— А кем же тогда ты работаешь?

— Разношу пиццу, подметаю полы во французском ресторанчике, иногда мою там же посуду и разгружаю автомобиль с продуктами… В общем, кручусь как белка в колесе.

Рейчел потрясенно замолчала и сделала вид, что заинтересовалась песней, хотя, по правде сказать, она не слышала ни музыки, ни слов. Эван тоже снова уставился на сцену. Он улыбался, стучал по столу пальцами в такт и даже тихонько подпевал. Рейчел наблюдала за ним и думала о том, что такой красивый мужчина просто не может быть обычным разносчиком пиццы. Это несправедливо! Красивые люди должны быть успешными и счастливыми. На таких деньги сыплются с неба, а хорошая работа сама плывет в руки. Они не могут быть неудачниками, хватающимися за любую возможность подработать.

Рейчел смотрела на его подбородок с ямочкой, на прямой нос, на высокий лоб, на короткие темные волосы и недоумевала: неужели только она видит в нем задатки, к примеру, отличного руководителя? На нем превосходно смотрелся бы строгий дорогой костюм. А сам Эван идеально вписался бы в интерьер кабинета большого босса. Хотя, конечно, людей повышают в должности вовсе не из-за их незаурядной внешности.

Какой ужас! — подумала Рейчел, удивившись своим мыслям. Я оцениваю его и примеряю к несуществующему кабинету, словно Эван предмет мебели! Впрочем, я ведь женщина, а большинство женщин смотрит на мир с позиции покупательницы в большом магазине.

Затихли аккорды очередной песни, и Рейчел поспешила возобновить разговор. Эван сегодня не казался ей странным, и даже Кэтлин сочла бы его вполне благоразумным человеком. Впрочем, возможно, он просто был слишком погружен в собственные мысли.

— Скажи, у тебя никогда не было постоянной работы? — спросила она. — Только не обижайся, но мне кажется, ты заслуживаешь большего, чем подметать пол в кафетериях.

Его красиво очерченные губы растянулись в улыбке.

— Спасибо за комплимент, Рейчел. Значит, ты считаешь, что я не должен пачкать руки на низкооплачиваемой работе?

— Я так и знала, что ты все же обидишься, — огорчилась она.

— Нет-нет, ты неправильно меня поняла… Впрочем, продолжай. Мне интересен ход твоих мыслей.

— Ведь тебе уже за тридцать, так?

Эван утвердительно кивнул:

— Мне тридцать два.

— Мужчины твоего возраста чаще всего уже занимают определенную социальную нишу. Разве тебе не хочется найти приличную работу с хорошим заработком?

— У меня когда-то было все, Рейчел. Своя фирма, стабильный доход, уважение… Однако однажды я понял, что стою на месте. Я застрял в этой самой нише, о которой ты говоришь. И не могу двинуться ни вперед, ни назад. И мне стало страшно. Если я в тридцать достиг всего, чего хотел, то что же мне делать дальше? И тогда я продал бизнес и переехал в Даллас.

— Да ну, не верю, что такое бывает, — пораженно пробормотала Рейчел.

— Я не лгу. — Он не переставал улыбаться, словно все сказанное им и в самом деле было шуткой.