После развода с драконом, или Девять месяцев спустя - Ольга Ивановна Коротаева

— Ведьма здесь! — закричала служанка. — Она убегает!

Глава 7

Девушку будто подменили! Голос ничем не напоминал тот, которым она обед предлагала. Глаза горели ненавистью, руки подрагивали.

— Ведьма? — растерялась я. — Почему ведьма? Я же драконица!

— Леди, скорее внутрь, — испуганно поторопила Холли.

Только я сделала шаг, как в грудь врезалось что-то мягкое, и запахло томатным соком. Люди окружили нас мгновенно, будто зверя загоняли. Бросая ветки, камни, овощи, оттеснили нас от экипажа.

— Детоубийца! — раздавались злобные выкрики. — Ведьма! Зачем наш лорд женился на этой вдове? Она же проклятая!

Набросились, как свора гиен на раненую львицу! Эдак лорду и разводиться не требовалось. Спустил слуг, и стал вдовцом. Удобно! Знал ли мужчина, что будет, когда он мне эти метки оставит? Если да, то наверняка сейчас наслаждался из окна бесплатным представлением.

'Зря я с него труселя сняла, — окончательно разозлилась я. — Надо было до последнего святую невинность изображать. Поносил бы неделю пояс верности, по-другому бы запел! Но что толку жалеть?

— Проклятая ведьма! — голосили слуги, кидая в нас всё подряд. — Умри!

Я вздрогнула и, машинально закрывшись, автоматически сложила пальцы щепотью. С кончиков ногтей сорвался огонёк, и сырые от дождя палки под нашими ногами мигом вспыхнули, как недавно бумага, а через миг осели пеплом. Толпа тут же отхлынула, а я ехидно ухмыльнулась.

Львица опасна! Даже раненая… Не стоит об этом забывать. Но люди, держась на приличном расстоянии, продолжали метать в нас что ни попадя. Холли, причитая, пыталась закрыть меня от снарядов, но я решительно отодвинула женщину в сторону и крикнула:

— Превращу в пепел каждого, кто бросит в меня ещё хоть что-нибудь!

Внезапно всё стихло, люди нерешительно топтались, всё ещё бормотали оскорбления, но овощи и камни в нас уже не летели. Холли подхватила меня под локоть и увлекла к экипажу.

— Скорей, скорей! Пока они напуганы вашей ложью… — Заметив кого-то, расплылась в радостной улыбке: — Ивин! Леди немедленно уезжает!

Через всю толпу, рассекая её, будто ледоход, прошёл крупный мрачный мужчина. Он молча поднял сундучок для рукоделия, поставил у моих ног, закрыл за нами дверцу, а потом забрался на козлы. Экипаж двинулся, провожаемый молчаливой ненавистью челяди.

Я задёрнула шторку, чтобы не видеть слуг, и вопросительно посмотрела на Холли:

— Почему ты решила, что я солгала? Может, я действительно ведьма и убийца?

Она вдруг заплакала и проговорила сквозь слёзы:

— Уж мне ли не знать, как вы горевали о детках? Как сетовали на злой рок! Это не ваша вина.

— Ты что-то знаешь? — уловив в её голосе нотки вины, насторожилась я.

Она перестала плакать и по-простому вытерла нос рукавом. А потом вынула из кармана передника крохотную склянку, внутри которой вязко перекатывалась чёрная жидкость.

— Ваши нюхательные соли, — виновато сообщила женщина. — Я подменила их месяц назад, а вы и не заметили. Никто не заметил! Даже таинственный злодей. Ведь я нашла на рынке точно такой же флакон, какой подарил вам лорд Бэрнст. А потом… потом…

Она сползла на колени и, заламывая руки, прорыдала:

— Леди Бриэтта нашла тот флакон и передала вашему мужу. Я так испугалась, так испугалась! Поэтому испачкала ваши нижние юбки кровью курицы. Простите меня за это!

В груди у меня дрогнуло:

— Погоди. Хочешь сказать, что я всё ещё беременна?

Вот это новость! Я изумлённо посмотрела на Холли:

— Но зачем ты инсценировала выкидыш?

— Потому что боялась, — призналась женщина. — От свечей в вашей спальне вдруг стало резко пахнуть, будто в воск добавили нюхательные соли. Я заменила все свечи, а те выбросила. Но унюхала тот запах в масле для купания. Тогда пошла на рынок и купила курицу. Я не знала, как ещё могу вас защитить. Простите, леди!

— Но почему ты не рассказала обо всём лорду?

— Я говорила, много раз говорила, поверьте! — она в мольбе сложила ладони. — Но лорд не желал слушать.

— А вот милашке Бриэтте он поверил сразу, — призадумалась я. — После так называемого выкидыша обвинил, что я нарочно избавляюсь от детей, и радостно нырнул в объятия юной красавицы. Действительно подозрительно! В таком случае, мне повезло сбежать из этого рассадника злобы и лицемерия.

Помогла женщине подняться и усадила рядом. С улыбкой пожала ей руки:

— Ты всё правильно сделала, Холли. Давай начнём новую жизнь! Может, поменяем имена? Мне почему-то очень хочется назвать тебя Олей. Конечно, жаль, что мы не успели собрать вещи и украшения, зато у меня осталось это.

Отпустив руки женщины, я наклонилась и подняла ларь для рукоделия. Поставив на колени, аккуратно достала вышивку и полюбовалась идеальными стежками.

— Интересно, за какую сумму можно продать мои работы?

— Если повезёт, то можно выручить за это десять медянок, — с придыханием сообщила женщина. — Половина моего жалованья!

Прозвучало многообещающе, и я решила проверить, есть ли в ларце ещё какие-либо работы, как вдруг под пальцами шевельнулась перегородка.

Двойное дно⁈

Подцепив дощечку, я заметила под ней алый бархатный мешочек. Он оказался весьма увесистым, и у меня мелькнула мысль о спрятанных драгоценностях. Не зря же тело Эфдокии не желало расставаться с ларем? Страшно представить, как тяжело жилось этой женщине, если она была готова в любой момент уйти, прихватив лишь рукоделие.

Признаться, когда развязывала тесёмки, сердце стучало быстрее.

Но внутри не оказалось ни бриллиантов, ни золота. Лишь портрет привлекательного молодого мужчины, в чьих чертах угадывалось сходство с личиком Бриэтты.

Глава 8

9 месяцев спустя

— У-а! — раздавалось рядом, выдирая меня из сновидений. — У-а!

— Вот же неугомонный, — проворчала я и, не открывая глаз, дала сыну грудь. — И двух часов не прошло, а ты снова голодный? Такими темпами женишься раньше, чем в школу пойдёшь!

— Что вы придумываете, леди? — раздался надо мной ворчливый голос Оли. — Какая такая школа?

— Самая обыкновенная, — зевнув, я приоткрыла один глаз и с благодарностью улыбнулась домоправительнице, которая принесла мне завтрак и чистые пелёнки для малыша. — Там, где деток учат читать и писать. Хочу