Работает фея. Дело о первом снеге - Алеана Ром

— Мои дорогие, — воскликнула Аманда, — хочу вас познакомить с мистером Даном. Он, как и мы все, любит произведения Адама Эпла. Надеюсь, вы не против, что я пригласила его на обсуждение?

Все хором восхитились идеей миссис Лайф. Мистер Дан раскланялся и перезнакомился со всеми леди, и с удивлением обнаружил, что тут присутствуют и джентльмены, просто они несколько отдельно сидели и не так активно обсуждали прочитанное, поэтому не привлекали внимание.

Стелла несколько сконфужено присела рядом с Амандой. Ведь ей предстояло учувствовать в обсуждении своей собственной истории. Это было слишком волнительно, для такого насыщенного дня. И теперь она откровенно растерялась.

— И так приступим, к следующему вопросу, — распорядилась Аманда, когда все успокоились и расселись по местам. — Кто же похитил милую Стефани?

11

Истории Адама Эпла славились интригующими похищениями, и всегда читателей ждал неожиданный финал, где главный злодей оказывался тот, на кого не подумаешь.

В новой истории автор решил сделать неоднозначный ход, не типичный для всех остальных произведений. Милую Стефани никто не похищал. Она сама сбежала, потому что влюбилась, а семья была против брака.

Судя по накалу страстей и громких криков читательниц клуба на Тисовой улице — финал их поразил до глубины их этических норм поведения. Разумеется, разделились они на два лагеря. Кто-то кричал, что новая история детектива аморальна, а кто-то, что впечатлены поступком отважной Стефани.

— А что ты думаешь, Стелла, по этому поводу? — обратилась к фее Аманда.

Стелла могла бы ответить, что Стефани была все же несколько импульсивна, потому что ещё молода. А ещё могла добавиться, что, собственно, ничего не подразумевала в момент написания этой сцены такого глубокого и проникновенного. Получился отличный сюжетный ход, который вызвал бурю эмоций у читателей. А это самое главное для автора — обратная связь.

— Вы знаете, я ещё не прочла историю до конца, — говорит она и в кафе воцарилась тишина.

— Так почему ты не сказала нам? Мы же рассказали самую изюминку истории! — ужаснулась Аманда, а остальные поддержали нестройным хором.

— Просто ты, да и мистер Дан так настаивали, чтобы я пришла на встречу, — Стелла опустила взгляд на свои руки, будто ей и правда неудобно. — Вот и не смогла отказаться.

Внезапно дверь в кафе открылась и на пороге стояла взволнованная миссис Эрингтон (та добропорядочная дама, у которой юный Фокс постриг лужайку у прудика этим днем):

— Катастрофа! — вскрикнула она взволновано, и схватилась рукой за сердце. Её тут же подхватили, усадили в кресло и протянули настойку для сердца и нюхательную соль.

— Что же случилось, миссис Эрингтон, что вас так сильно взволновало? — поинтересовался хозяин кафе.

— Катастрофа! — вновь повторила она.

Миссис Блум и мистер Дан многозначительно переглянулись. Кажется, они знали о чем пожилая дама хочет всем сообщить.

— На улице идёт первый снег, — выдохнула старушка.

Все удивленно переглянулись не понимая. Да обычно зимой идет снег, это вроде нормально, и катастрофой никогда не было.

— Но он не светится, понимаете!

— Кто не светится? — уточнил хозяин кафе. — Объясните подробнее!

— Символ! — вскричала она и упала без чувств.

Мистер Дан понял, что это будет самое сложное задание в его жизни, если каждый житель городка будет вот так падать в обмороки, когда услышит новость о пропаже символа.

— Она что хочет сказать, что «первый снег» нашего города сломался? — выдавила растерянно Аманда. — Как такое вообще возможно?

— Идём же скорее на улицу. Проверим! — пробежался хор.

И все посетители кафе «Зефирка» мгновенно высыпали на улицу под белоснежные хлопья, на ходу накидывая теплое пальто и шляпы.

Только фея с инспектором не спешили и вышли последними. Они знали, что их ждет на площади не просто сломанный артефакт. Там будет пусто.

12

Все выстроились по кругу на площади у пустого постамента. Всю жизнь рядом с жителями городка Тальд неизменно находился красивейший артефакт в виде желтого цветка примулы, в серебристой, состаренной временем огранке. Во время первого снега он мерцал голубым светом, и так не прекращал до окончания зимы.

Теперь же ничто не освещало площадь. Снег мелкой крошкой падал, ветром подхваченный кружился, застилая белой пеленой всё вокруг. И в какой стороне конец площади никто не мог сказать (даже с учетом того, что у фей и эльфов стопроцентное зрение, и они могут видеть в темноте). Только, разумеется, никто об этом не подумала. Как и о том, что можно включить магический поиск, и тогда можно будет минут за десять выяснить куда делся символ города.

Но паника и растерянность сделало своё дело. Жители несмело переговаривались:

— Как же мы теперь будем справлять праздник зимнего солнцестояния?

— Ель привезут уже завтра утром, а торжество назначено на первое воскресенье, это послезавтра.

— Где юный Фокс?

— Он нам тут не поможет, он не сыщик.

— А где инспектор?

— Только завтра утром прибудет на службу.

Вопросы сыпались и тут же находились ответы. Но они шли по кругу, потому что тревога нарастала с каждым порывом ветра. Никто не торопился домой.

Все жители Тальд привыкли, что им путь освещает в темное время года символ города «первый снег».

— Может тогда дождемся утро? — предложил хозяин кафе.

— Да, вполне.

— Невероятное событие, конечно…

— Никогда бы не подумали, что такое возможно в нашем городе.

Под охи и вздохи жители все же разошлись. Мистер Дан, напряженный все это время, выдохнул. Что ж признаться он ждал худшего. А реакция была более чем сдержанная.

— Они просто в таком шоке, что ещё не осознали всей катастрофы, — сказала Стелла.

— Вы, вероятно, замёрзли? Позвольте вас проводить до дома? — предложил инспектор.

— О, благодарю, — согласилась фея.

Мистер Дан открыл портал и они вышли перед калиткой.

— А отчего в дом нельзя? — спросил инспектор. — Вы обещали открыть эту тайну тоже.

— Это дань уважения Санта Клаусу. Только он зимой может посещать дома через портал. В другое время года это не возбраняется, — улыбнулась Стелла. У мистера Дана от её улыбки внутри расцвели сады. Такая нежная, беззащитная была в этот момент фея, продрогшая, со снегом на шляпке и плечах. Прелесть. В этот