Дорога к тебе - Барбара Делински

Комната ожидания хирургического отделения находилась на втором этаже, в конце длиннющего коридора. Опустившись в кресло, Джек сложил руки на груди и стал неотрывно смотреть на дверь. Он очень устал, и только страх заставлял его держать глаза открытыми.

Прошло не менее пяти минут, прежде чем он осознал, что находится здесь не один. С соседней кушетки за ним внимательно наблюдала какая-то женщина. Она смотрела настороженно, но, когда Джек взглянул на нее, не отвела взгляда.

— Это вы Кэтрин? — наконец спросил он, и женщина криво улыбнулась.

— А почему вы удивились?

Надо было ответить более дипломатично, но он слишком устал и слишком перенервничал.

— Потому что у вас нет ничего общего с моей женой, — пристально глядя на нее, ответил Джек. В Рэйчел все было естественно — волосы, лицо, ногти, а вот у этой женщины все, напротив, было ненатуральным — от темных ресниц и накрашенных ногтей до волос, переливающихся различными оттенками и уложенных в пышные пряди.

— Бывшей женой, — поправила Кэтрин, — а внешность бывает обманчивой. Значит, вы Джек?

Он едва успел кивнуть, когда дверь открылась и на пороге появился врач. Мятый халат, короткие каштановые, с густой проседью, волосы всклокочены.

Вскочив на ноги, Джек подбежал к доктору прежде, чем дверь успела захлопнуться.

— Я — Джек Макгилл, — сказал он, протягивая руку. — Как она?

Врач пожал протянутую руку.

— Стив Бауэр. Она в послеоперационной палате. Операция прошла хорошо. Жизненные показания в норме, она дышит самостоятельно. Но пока что не пришла в сознание.

— Кома, — сказал Джек. Это слово преследовало его от самого Сан-Франциско. Джеку очень хотелось бы, чтобы доктор его опроверг.

К его ужасу, Стив Бауэр кивнул.

— Она не реагирует на внешние раздражители — свет, боль, шум. — Он провел рукой по левой щеке — от виска к подбородку: — Вот здесь у нее сильный ушиб. Большая гематома. То, что она не реагирует, заставляет предположить, что там есть и внутреннее кровоизлияние. Мы отслеживаем внутричерепное давление: небольшое повышение можно устранить медикаментозно. Пока нет оснований полагать, что нужно его снижать путем хирургического вмешательства.

Джек провел руками по волосам. Голова гудела. Он попытался устранить этот шум, откашлявшись.

— Значит, кома. Насколько это плохо?

— Ну, я бы предпочел, чтобы она была в сознании.

Джек имел в виду не это.

— Она умрет?

— Надеюсь, что нет.

— И как мы можем это предотвратить?

— Мы не можем. Она может. Когда ткани повреждены, они опухают. Чем больше они опухают, тем больше требуется кислорода для лечения. К сожалению, мозг отличается от других органов, поскольку находится внутри черепа. Когда ткани мозга опухают, череп не дает им увеличиться в объеме, так что давление растет. Это вызывает замедление тока крови, а так как кровь переносит кислород, то мозг получает меньше кислорода. Меньше кислорода — меньше скорость заживления. Ее тело само определяет этот темп.

Джек все понял. Но он хотел знать больше.

— А каков наихудший сценарий?

— Давление возрастает настолько, что совершенно перекрывает ток крови, а следовательно, и поступление кислорода в мозг, и тогда пациент умирает. Вот почему мы отслеживаем состояние вашей жены. Если мы увидим, что давление начинает расти, то постараемся его снизить.

— И какие здесь временные рамки?

— Мы провели сканирование головы, но ничего определенного не обнаружили. Мы будем внимательно следить за состоянием вашей супруги. Следующие сорок восемь часов будут решающими. Хорошо, что опухоль пока небольшая.

— Но вы сказали, что жена не реагирует на внешние раздражители. При условии, что опухоль не будет увеличиваться, когда она начнет реагировать?

Доктор вытер со лба пот.

— Этого я не могу вам сказать. Хотел бы, но не могу — это слишком индивидуально.

— Восстановится ли ее здоровье полностью? — спросил Джек. Ему нужна была полная ясность.

— Не знаю.

— Вероятно, чем дольше она пробудет в коме, тем меньше шансов на полное выздоровление?

— Если опухоль не будет увеличиваться, то это не так.