Наследница в его постели - Тамара Леджен

Окруженная ворохом покупок, Виола сидела в гостинице «Голова короля» в Йорке, подкрепляясь, чаем с пирожными. Хождение по магазинам неизменно поднимало ей настроение, но на сей раз после недели, проведенной за этим приятным занятием, она чувствовала себя такой же несчастной, как и в самом начале.

– Миледи, – возразила горничная, – вы не можете отправиться в Лондон одна.

– Я не буду одна, Доббинс. Я буду в своей карете, со своим кучером, лакеями и сопровождающими. – Она состроила недовольную гримаску. – С таким же успехом я могла бы нанять оркестр и факельщиков. Весь Йорк будет в курсе того, что я направляюсь в Лондон.

– Можно воспользоваться дилижансом, – предложила Доббинс, загоревшись. – Тогда вам придется взять меня с собой. На дороге полно разбойников. Кстати, где та серебряная вилка для тостов, которую вы купили у ювелира?

Доббинс кинулась к столу, где стояли открытые коробки, и, порывшись в одной из них, извлекла серебряную вилку с удлиненной ручкой.

– Смотрите, какая острая, – воскликнула она, пробуя зубцы пальцем. – Я воткну ее в каждого, кто приблизится к вашей милости.

– Дай ее мне, – сказала Виола, разоружив горничную. – Благородные дамы не ездят в дилижансах. К тому же я не могу уехать из Йорка. Мои люди будут чувствовать себя покинутыми.

– Ничего, как-нибудь переживут, – проворчала Доббинс. – Все ездят в Лондон, миледи. Это не преступление. Мы могли бы воспользоваться почтовой каретой! – воскликнула она, оживившись. – Она останавливается здесь глубокой ночью, и нас никто не увидит.

– Выкинь это из головы, Доббинс, – строго сказала Виола. – Благородные дамы не путешествуют столь вульгарным способом, да еще под покровом ночи, как преступницы.

– Как раз сейчас в общем зале сидит молодая леди с билетом на почтовую карету, – возразила горничная. – Я слышала, как миссис Рейнолдс говорила об этом.

– Чепуха, – веско сказала Виола. – Леди не сидят в общем зале и не путешествуют по ночам.

Горничная упрямо молчала. Виола испустила протяжный вздох.

– Ладно, – раздраженно сказала она. – Позови сюда миссис Рейнолдс. Уверена, ты что-то перепутала, Доббинс. Вот что получается, когда подслушиваешь, – сурово добавила она.

Хозяйка поспешно явилась, источая запах лука и трепеща от страха.

– Миледи! – воскликнула она, почтительно присев. – Надеюсь, вы всем довольны?

– Моя горничная утверждает, будто видела в общем зале леди, – сказала Виола, фыркнув от такой нелепости, – но я уверена, что этого не может быть.

Лицо миссис Рейнолдс налилось краской. Виола нахмурилась.

– Это правда? – требовательно спросила она. Миссис Рейнолдс снова присела.

– Прошу прощения, миледи. Но мне некуда было поместить мисс Эндрюс, поскольку ваша милость заняла обе гостиные.

– Вас послушать, так я вломилась сюда без спросу, – посетовала Виола. – Я бы охотно уступила ей вторую гостиную.

– Это бедная Мэри Эндрюс, – сказала миссис Рейнолдс.

– Мэри Эндрюс! – воскликнула Виола. – Я ее знаю. Мой брат предоставил ее отцу место по моему совету.

– Викарий умер шесть месяцев назад, – сообщила миссис Рейнолдс.

– Я в курсе, – сухо отозвалась Виола. – Я не настолько далека от своих людей, миссис Рейнолдс, чтобы не знать, когда они умирают.

– Конечно, миледи, – пробормотала пристыженная хозяйка.

– Итак, вы разместили мисс Эндрюс в общем зале! – Виола покачала головой. – Так не пойдет, миссис Рейнолдс. Пусть она сейчас же придет ко мне, и принесите нам свежий чай.

Спустя пару минут явилась мисс Эндрюс, худенькая миниатюрная особа, которая была бы хорошенькой, если бы не покрасневшие от слез глаза и нос. Ее шляпка напоминала перевернутое ведерко для угля, а черное бомбази новое платье было на редкость безобразным. Вспомнив изящную девушку в муслиновом платье с узором из веточек, которой мисс Эндрюс была когда-то, Виола мягко сказала:

– Входите детка, не бойтесь. Я леди Виола.