Пылкая страсть - Эйна Ли

Стивен Керкленд приблизился к величественному особняку в верхней части фешенебельного бостонского квартала Бикон-Хилл. Белый дом с колоннами, родовое гнездо Керклендов, почти не изменился со дня постройки в 1651 году.

За минувшее столетие с небольшим в доме сменилось несколько поколений хозяев. Последний, Джонатан Керкленд, поселился там в 1750 году.

Стивен появлялся в доме Джонатана довольно часто, когда его нелегальная деятельность требовала присутствия в Бостоне. Накануне вечером он согласился отобедать там со своим кузеном Томасом Сазерлендом.

Стивен взялся за тяжелое медное кольцо и несколько раз брякнул им о дверь. Дверь тотчас открыл шестилетний мальчик. Строгое выражение его лица свидетельствовало о том, что он очень серьезно относится к порученному делу. Обычно веселый и пытливый, малыш сейчас был довольно хмурым.

В глубине дома раздался густой звон величественных часов в изящном ореховом футляре, отмеривших очередной час.

— Добрый день, сэр, — напыщенно сказал мальчик.

Стивен удивленно отступил назад, услышав столь официальное приветствие. В его глазах мелькнули веселые искорки.

— Добрый день, Джейми. Должен сказать, я не привык к такой официальности с твоей стороны, — ласково заметил он.

— Разве ты ничего не знаешь, Стивен? — спросил Джейми Керкленд с очаровательной детской наивностью. Стивен присел на корточки.

— А в чем дело? — спросил он, заметив знакомый озорной блеск в глазах мальчика.

— Папа и мама на меня рассердились, — доверительно сообщил он. — Папа меня отшлепал и в наказание запретил кататься на пони целых две недели.

Стивен с трудом сдержал улыбку и сурово нахмурился, глядя на мальчика.

— Должно быть, ты действительно серьезно провинился на этот раз, Джейми!

— Я ничего такого не сделал, всего лишь опрокинул на Барбару банку с медом, — сказал он искренне. — Неужели за это стоит меня отлупить, а потом еще запретить кататься на пони? Ведь это уже двойное наказание, — заметил он довольно логично для шестилетнего мальчугана.

— Вот что, Джейми. Я уверен, что папа не стал бы наказывать тебя столь сурово, опрокинь ты банку с медом на сестру случайно, — сказал Стивен с сомнением.

Глаза Джейми Керкленда округлились.

— Я не говорил, что это произошло случайно, Стивен. Я нарочно вылил ей мед на голову.

— На голову! — Стивен явно недооценил способности маленького разбойника. — Зачем ты это сделал?

Личико мальчика скривилось от отвращения.

— Ты же знаешь, какая она задавака. Всегда хвастает, что умнее меня, и попрекает за плохие манеры! Так вот, она сидела за столом и зудела, что я веду себя бестактно, потому что стучу по стакану с молоком. Тогда я схватил банку с медом и вылил ей на голову. — Из его горла вырвался низкий, удовлетворенный смех. — Ты бы ее видел! Она вся перемазалась липким, потому что мед стек ей на лицо. А потом прилетела большая оса и уселась ей на голову. Барбара заплакала и как завизжит! — Мальчишка чуть не падал со смеха, вспоминая эту сцену.

Стивен недоверчиво покачал головой. Хотя он и осуждал Джейми за поведение с сестрой, но не мог сдержать улыбку при виде заразительно смеющегося мальчика.

— Маме пришлось обрезать Барбаре волосы и выкупать ее раз пять, чтобы отмыть от меда. — На его щеке появилась глубокая ямочка. — Конечно, я не думал, что ей придется стричь волосы, иначе не сделал бы этого.

Стивен выпрямился и усмехнулся.

— Где сейчас твоя сестра, Джейми?

— Она ревет в комнате наверху. Говорит, что теперь ни за что не покажется перед своими друзьями. Я слышал, как она говорила маме, что хочет уехать с тобой в Виргинию и остаться там, пока у нее не отрастут волосы.

Стивен посмотрел на верхнюю площадку лестницы. Он очень нежно относился к семнадцатилетней сестре Джейми, и ему было крайне неприятно, что она страдает.

— Пожалуй, я пойду наверх и поговорю с ней. А ты передай родителям, что я вскоре к ним спущусь, хорошо, Джейми?

Джейми дружески кивнул и убежал.

Стивен поднялся по лестнице, перешагивая сразу через две ступеньки, и остановился у дубовой двери одной из комнат. Он легонько постучал.

— Кто там? — послышался страдальческий голос.

— Это Стивен, Барбара. Можно войти?

— О Стивен! — жалобно произнесла девушка.

Он услышал поворот ключа в замке, и дверь слегка приоткрылась. В проеме показалось залитое слезами лицо Барбары Керкленд. Ее круглые карие глаза опухли и покраснели от плача.