Каприз судьбы - Бренда Хайатт

– Но я думал… – начал было Гарольд, однако отец не дал ему договорить.

Сердце Тессы подпрыгнуло от радости, однако она произнесла:

– Но, дядя, благопристойные леди не ездят на охоту. Сейчас это не принято.

– Да, но сэр Джордж живет прошлым, а тогда это было обычным делом. Именно так он познакомился с твоей матерью.

Тесса кивнула, потому что много раз слышала эту историю от отца.

– Вряд ли он разрешит мне поехать, хотя это было бы чудесно. Мы смогли бы таким образом возродить традицию брать на охоту женщин.

Они подошли к конюшне, и Гарольд велел одному из конюхов вывести Нимба. Тессе показалось, что конюх нервничает, и, как выяснилось, не без причины. Когда коня вывели на улицу, оказалось, что он пребывает в гораздо худшем расположении духа, чем обычно.

– После приезда этих незнакомцев он словно взбесило, сэр, – произнес конюх, выводя Нимба в загон.

Но слова были излишни. Конь рвал уздечку из рук конюхов, прижимал уши и выпячивал губы, обнажая огромные белые зубы. Затем резко мотнул головой. К счастью, стоявший справа конюх вовремя увернулся. Конь гневно заржал и попытался шарахнуться назад, но удила и мартингал[2]не дали ему сделать этого.

Тесса вышла вперед.

– Дай-ка мне уздечку, – приказала она конюху.

– Вы уверены, мисс? Боюсь, сегодня даже вам не под силу с ним справиться. Никогда не видел его таким.

– Я буду осторожна, – ответила девушка, взявшись за уздечку. Конюх отошел подальше. Тесса с удовлетворением заметила, что Гарольд и дядя Мерсер тоже держатся на расстоянии. Но это даже хорошо. Лошади нервничают в их присутствии. Странно, что в их жилах течет кровь матери Тессы.

– Ну что, Нимб? Что тебя так расстроило? – напевно приговаривала Тесса.

Как и Зефир накануне вечером, Нимб заметно присмирел. Его бока все еще вздымались, и он по-прежнему выкатывал глаза, но не скалил зубы и не лягался. Тесса положила руку на мощную шею коня. Он задрожал, сделал глубокий вдох. А вскоре стал ровно дышать и не закатывал глаз.

Сколько Тесса себя помнила, она никогда не принимала свой дар как нечто само собой разумеющееся, считая его просто чудом. В который раз Тесса порадовалась тому, что ее дар снова сослужил ей добрую службу – Нимб постепенно успокоился.

– А теперь, может, хочешь немного пробежаться и выпустить накопленную энергию? – обратилась Тесса к коню. – Билли, будь любезен, принеси дамское седло.

Молодой человек повиновался, хотя все еще нервничал, приближаясь к животному.

– Не волнуйся, он не причинит тебе вреда, – успокоила Тесса конюха.

Она гладила его шею, а Билли тем временем приладил седло и даже подтянул подпруги. Нимб перебирал ногами, но не сделал попытки укусить конюха или лягнуть его.

– Спасибо, Билли, – произнесла девушка, когда все было готово. – Идем, Нимб.

Она подвела коня к специальной подставке, с легкостью вскочила в седло, поправила юбки, дернула поводья, и конь послушно тронулся с места. Вскоре он ускорил шаг, и мгновение спустя пустился в галоп.

Подставив лицо ветру, Тесса засмеялась, чувствуя себя необыкновенно счастливой и полной сил. Так бывало всегда, когда она скакала верхом.

– Может, попрыгаем, а? – спросила Тесса у гнедого, направляя его на низкое препятствие внутри загона. Нимб перемахнул барьер, и девушка направила его к следующему, который он тоже взял без труда. Затем взял еще три, более высоких, после чего Тесса пустила его в галоп, несколько раз объехала по периметру загона и рысью подъехала к воротам.

Ей показалось, что кузен и дядя о чем-то спорят.

– Это ненормально, – говорил Гарольд. – Я готов, но… – Дядя Мерсер кивнул в сторону Тессы, и Гарольд умолк.

– Кажется, у тебя не будет проблем с этим жеребцом в понедельник, – произнес дядя, когда Тесса подъехала ближе.

– Возможно, – ответила девушка, – но вы видели, как он вел себя до этого. На охоте будет очень много незнакомых людей и лошадей. Думаете, он никого не ранит?

Гарольд сплюнул.

– Ему просто нужна твердая рука. Не правда ли, Нимб? – Но только молодой человек протянул руку к уздечке, как конь прижал уши, однако, услышав ободряющий шепот Тессы, подпустил к себе тренера.

– Доброе отношение гораздо эффективнее твоих методов, Гарольд, – возразила Тесса, спрыгнув на землю.

Нимб вел себя намного спокойнее вдали от Гарольда с его никуда не годными методами и грубыми замашками. Она вспомнила события прошлого вечера и брыкающегося Зефира. К счастью, он довольно быстро успокоился и не успел ранить ни себя, ни лорда Энтони. Тесса прогнала воспоминания прочь.

– Кто из нас тренер, ты или я? – спросил Гарольд. Он всегда задавал этот вопрос, когда Тесса пыталась дать ему совет. – Не забывай, что мой дед был непревзойденным тренером.

Это была чистая правда. Однако Тесса не стала напоминать, что Стонтон Эмери приходился дедом и ей.

– Да, Гарольд, я знаю, – примирительно ответила она. Долгий опыт общения, с двоюродным братом убедил ее, что споры с ним чреваты неприятностями. Он мог пожаловаться ее отцу, и тот запретил бы ей посещать конюшни. А она и так проводила там всего час или два в день.

– Я лучше пойду домой.

Тесса уже почувствовала, как в ее душе начали сгущаться сумерки – ведь она уходила прочь от конюшен, единственного источника ее счастья. Сделав несколько шагов, девушка остановилась и обернулась.

– Дядя Мерсер, я поеду на охоту, если вам удастся убедить отца.

Дядя кивнул, а Тесса направилась к дому, гоня от себя дурные предчувствия. Если ничего не изменится, поездка на охоту даст ей возможность проводить больше времени с лошадьми, а это дорогого стоило.

– Поторопись, Сторми, – крикнул Энтони, сидя верхом на Пепле. – Охота начинается через полчаса, не хотелось бы оказаться в хвосте.

Из конюшни на своем гнедом появился сэр Чарлз.

– Прошу прощения. Мне нужно было подтянуть стремена. Как-никак начало сезона.

– Прибереги свои извинения для другого случая, – произнес Раш. – А теперь отправляемся. Нам еще минут десять ехать до поля.

Дюжина членов клуба «Одд сок» пустили своих коней быстрым галопом в предвкушении предстоящей охоты. Энтони буквально дрожал от желания быстрее оказаться на охоте. Охота на животных отличалась от бесцельных скачек по полям и лугам. Ради этого стоило жить.

Друзья полностью разделяли энтузиазм Энтони. Это было понятно по беспрестанной болтовне и песнопению. Вскоре до их слуха донеслись предвестники волнующего действа: громкие мужские голоса, ржание возбужденных лошадей, визг и лай гончих, с нетерпением ожидающих начала охоты. Друзья выехали на лужайку, и перед глазами замелькали красные рединготы и черные цилиндры.