Жаркое лето - Джуди Кристенберри

Сьюзен Келли хотела сказать, что и ей приятно проводить время в компании Дженни. Вдруг ей пришло в голову, что эта женщина – ее мачеха. Сьюзен похолодела.

– Что случилось? – Не дождавшись ответа, Мэтт щелкнул пальцами перед ее лицом. – С тобой все в порядке?

– Да, конечно. – Заметив, что Дженни огорчилась, она торопливо добавила: – С тех пор как умерла мама… у меня не было старшей подруги, которой я могла бы довериться… То есть я не хочу сказать, что вы так уж намного старше меня, Дженни, то есть простите, миссис Слейтер… – несвязно заговорила Сьюзен, не зная толком, что можно сказать в таком случае.

– Ох, Сьюзен, ты мне льстишь! И, прошу тебя, называй меня по имени и на «ты». Все ко мне так обращаются.

– Дженни готова пригреть у себя на груди всех нуждающихся в тепле и утешении, – заметила Джорджи, с доброй улыбкой глядя на подругу.

Их беседу прервали несколько членов городского совета. Было объявлено о начале небольшой церемонии, подготовленной специально для того, чтобы приветствовать Сьюзен Келли в Гриффине, в штате Техас.

Выслушав официальное приветствие и сказав в ответ небольшую речь, Сьюзен попрощалась с собравшимися и вышла из кафе в сопровождении Дженни, Джорджи и Мэтта.

– Да-а, похоже, корова Фреда не торопилась, – сказала Джорджи, когда они оказались на улице, освещенной лунным светом. – Ох, смотрите! Вот и он!

Дженни поспешила к грузовику, из кабины которого выпрыгнул высокий поджарый мужчина. Затаив дыхание, Сьюзен наблюдала за тем, с какой нежностью он обнял свою жену. Дженни схватила мужа за руку и потащила за собой. Они приближались. Келли почувствовала, что у нее по телу побежали мурашки.

Сейчас она заговорит со своим отцом.

После двадцати четырех лет разлуки.

– Сьюзен, познакомься с моим мужем Фредом. Дорогой, это доктор Сьюзен Келли. Сьюзен просто замечательная! – затараторила Дженни. Она была счастлива, что ее муж приехал и смог-таки увидеться с новым доктором.

У Сьюзен было такое ощущение, будто тело ее налилось свинцовой тяжестью. Ей так хотелось протянуть к мужчине руки, обнять него. Хотелось назвать его папой… Но увы, она могла лишь смотреть на него.

– Рад познакомиться с вами, доктор Келли. Добро пожаловать в Гриффин. – Он приветливо улыбнулся ей и подал руку.

Мэтт подтолкнул Сьюзен. Она едва притронулась к руке Фреда, коротко кивнула. Но не смогла произнести ни слова.

– Кажется, мы чересчур утомили нашу гостью, – сказал Мэтт старому приятелю. – С доктором Келли захотели познакомиться буквально все.

– Что ж, тогда можно надеяться, что никто не заметил моего отсутствия. Дженни сердилась из-за того, что я не смог поехать с ней, но Лайла – одна из моих лучших коров, и это был ее первый теленок. Не мог же я оставить ее одну!

В его голосе послышались нежные нотки. Сьюзен почувствовала, что на глаза у нее наворачиваются слезы.

– Нет, конечно. Конечно, не могли, – быстро ответила она.

Наступило неловкое молчание. Дженни подошла к Сьюзен и поцеловала ее в щеку.

– Пожалуй, нам пора ехать домой. Надеюсь еще увидеться с тобой до твоего отъезда, дорогая. Возможно, завтра.

Теплые слова тронули Сьюзен и немного помогли ей справиться с волнением.

– С удовольствием повидаюсь с тобой, – прошептала она.

Дженни и Фред направились к машинам.

– Ну, дорогой племянник, вези и нас домой, – с улыбкой сказала Джорджи.

В пути не разговаривали. Потом Мэтт молча помог женщинам выбраться из машины. Сьюзен поблагодарила его за прием и пожелала спокойной ночи.

– Я тоже зайду в дом, – произнес Мэтт тоном, не допускающим возражений.

– Я… я действительно очень устала, – немного растерявшись, сказала Сьюзен.

– Мэтт, что с тобой? – недоуменно спросила Джорджи. – Кажется, у нас нет таких срочных дел, которые не могли бы подождать до завтра.

– Нам с доктором Келли необходимо поговорить сегодня, – возразил Мэтт.

Сьюзен надеялась, что Джорджи прикажет племяннику оставить гостью в покое. Но, похоже, даже тетушка не смогла противостоять решимости, звучавшей в его голосе.

– Что ж, в таком случае давайте пройдем в дом.

Оказавшись в освещенной мягким светом прихожей, все трое остановились.

– Ну что? – спросил Мэтт, не сводя с Келли вопросительного взгляда.

Сьюзен уже поняла, что именно он хочет узнать: почему она приехала в Гриффин. Ему нужна была правда.

Глаза Джорджи заблестели. Она перевела лукавый взгляд со Сьюзен на своего племянника, широко улыбнулась и обняла Сьюзен.

– Ладно, потолкуйте немного, мои милые. А я пошла спать.

В гостиной горела только одна лампа. Сьюзен подумала, что это даже хорошо: Мэтт в полумраке не сможет разглядеть ее лицо.

Повернувшись, Сьюзен едва не натолкнулась на Мэтта. Его широкоплечая фигура показалась ей такой огромной! Мэр стоял всего в каких-нибудь нескольких дюймах от нее.

– Знаете, доктор Келли, я никому не позволю обидеть Дженни Слейтер, – мрачно произнес он.

– Почему ты говоришь мне это?

– Нечего затевать со мной игру в кошки-мышки, – буркнул Мэтт. – Ты сюда приехала, чтобы познакомиться с жителями Гриффина. За наш счет. Но похоже, ищешь старых друзей. Или… врагов.

– Я со всеми и познакомилась. Ты хочешь сказать, что я не оправдала ваших ожиданий?

Сьюзен с вызовом приподняла подбородок. Мэтту вдруг захотелось погладить ее белоснежную шею. Едва не застонав, он откашлялся. Надо держать себя в руках. Не юнец же он какой-нибудь в самом деле, дуреющий при виде красивой девушки.

– Ты произвела на всех хорошее впечатление. Можешь рассчитывать на место врача в нашей больнице!

– Я хочу взвесить все «за» и «против». Мне надо подумать.

– Ну-ну, думай, – произнес Мэтт с раздражением.

Она такая же, как Линдси, решил он. Красивая снаружи и абсолютно пустая внутри. Повернувшись, Мэтт направился к двери.

– Мэтт, подожди. Я скажу тебе правду. Фред – мой отец. – Голос Сьюзен дрожал.

Мэтт остановился и уставился на нее.

– Что ты сказала? – спросил он.

– Я сказала, что Фред Слейтер – мой отец, – повторила она тихо.

– Келли – это фамилия твоего бывшего мужа?

Мэтт знал Фреда Слейтера всю жизнь. Ему было известно, что до женитьбы на Дженни тот был женат, но никогда не слышал о ребенке. Значит, Сьюзен росла без отца.

Мэтту захотелось обнять ее, прижать к себе, чтобы разогнать все ее опасения и печали.