Приходи в полночь - Сьюзен Форстер

— Я передумала, Доусон, — с мягкой решимостью произнесла она.

— Передумала? Насчет чего?

— Насчет Ника Монтеры. Я хочу взяться за это дело.

* * *

Ли не была готова к приходу Ника Монтеры. Она попросила свою помощницу назначить встречу с ним на это утро, и он должен был появиться через несколько минут, но она еще не получила его досье, запрошенное ею в офисе окружного прокурора. В своей оценке она не собиралась полностью опираться на полицейские отчеты, но чувствовала себя неуверенно, хотя бы не просмотрев имеющиеся о нем сведения. Ли планировала провести обстоятельную беседу и применить целую обойму тестов, включая проекционный тест Джонсона — Раппапорт.

Она не хотела, чтобы присяжные или сам Монтера нащупали какую-то из ее слабых сторон. В этом смысле она намеревалась провести свою экспертизу по всем правилам. Если необходимо, она вооружится всей доступной ей методикой ведения бесед и всеми известными психиатрии диагностическими устройствами. Целью ее общения с клиентами было достичь отношений полного доверия и преодолеть отчужденность, но Монтера не искал ни ее совета, ни помощи. Этого искал штат Калифорния. Ее просили документально подтвердить выводы полиции.

Ли взглянула на часы, досадуя, что не смогла с большей пользой распорядиться свободным временем, появившимся из-за опоздания Монтеры. Вне всякого сомнения, она волновалась из за того, что произошло при их предыдущей встрече. Он с огромным риском для себя оградил ее от домогательств двух хулиганов. Возможно, он даже спас ей жизнь. Ли следовало бы испытывать благодарность, а не смущение и желание оправдаться. Избыточная компенсация, подумала она. Ли старательно пыталась оправиться от первого раунда в схватке характеров, который он выиграл, не пошевелив и пальцем. «Вздохни поглубже, Ли, — приказала она себе. — Расслабься, как ты часто советуешь своим клиентам».

В ее расположенном на десятом этаже кабинете, перед окном, с выходящим на побережье Санта-Моники, был устроен огромный террариум, где нашли приют две маленькие черепашки. Во время своего последипломного курса, когда Ли занималась с детьми арт-терапией, клиника, в которой она проходила практику, использовала черепах, чтобы привлечь детей к совместным играм. Ли настолько привязалась к этим медлительным существам, что уговорила своего начальника отдать ей пару, когда клиника закрылась из-за нехватки средств.

Теперь она встала из-за стола и подошла к террариуму. Зиг, названный так в честь отца понятия «зависти к пенису», дремал в лучах солнца, льющихся в окно. Фрау Эмми, названная по имени одной из самых знаменитых пациенток Фрейда, блаженствовала в неглубокой ванночке. Ли провела пальцем по твердому, шероховатому панцирю Эмми и поймала себя на мысли что завидует природным доспехам черепахи. Но несмотря на кажущуюся защищенность, Эмми обладала роковой уязвимостью. У нее была только одна схема действий. Панцирь, на который она полагалась, был примитивной и негибкой стратегией. Если бы она столкнулась с умным хищником, который знал бы, как ее перевернуть, она стала бы совершенно беспомощной.

Черепаха моргнула и печально посмотрела на Ли, когда она протянула палец, чтобы погладить свою питомицу по голове. Голова моментально исчезла. Умница, подумала Ли.

Интерком издал несколько отрывистых звуков, что означало — Нэнси Мэхони, помощница Ли, испытывала неуверенность или нетерпение.

— Здесь мистер Монтера, — объявила Нэнси в своей типичной манере, словно ей не хватало воздуха.

Неуверенность, решила Ли. Она вернулась к столу и нажала кнопку внутренней связи:

— Досье из офиса окружного прокурора так и не прибыли?

— Еще нет. Позвонить им еще раз?

— Да, пожалуйста. И попроси мистера Монтеру войти.

Ли вздохнула и посмотрела на часы. Придется обойтись без досье. Очевидно, офис окружного прокурора снова ее подвел. Придется поговорить об этом с Доусоном.

Беседуя с клиентами, Ли редко сидела за столом, но сегодня собиралась остаться в своем кресле. Ей хотелось сидеть и чем нибудь заниматься, когда войдет Монтера… возможно, даже оказаться слишком занятой, чтобы заметить его появление.

Управляемая на расстоянии задвижка двери, щелкнув, отошла в сторону.

Пока дверь открывалась, Ли углубилась в материал, касающийся применения теста Джонсона — Раппапорт для оценки агрессивного поведения малолетних преступников. Выяснялось, что подростки, которые часто думали об агрессии, были менее склонны действовать под влиянием подобных импульсов.

— Интересно… — пробормотала она.

Ли ждала, что задвижка снова встанет на место, обозначив щелчком, что дверь закрылась, но характерного звука все не было. На столе лежал карандаш. Ли взяла его и сделала пару пометок в блокноте, затем подперла подбородок тупым концом карандаша, и все это как бы между прочим, задумчиво.

Тишина удивила ее. Почему он ничего не сказал? Вполне возможно, он узнал в ней женщину, которую спас, и удивился. Возможно также, он решил выждать, зная, что тот, кто заговорит первым, даст своему противнику огромную фору. Мужчина, обладающий столь явным инстинктом обольщения, должен знать о такого рода вещах, пусть даже и интуитивно.

В какую игру вы играете, мистер Монтера?

Она продолжила делать заметки, сильно нажимая на карандаш. Приглушенный звук уличного движения, доносившийся снизу, периодически усиливался гудками клаксонов и скрежетом тормозов.

Ли вздрогнула, когда на стол легла тень, упав на ее руку.

— Ой! — Она так быстро вскочила с кресла, что оно отлетело назад. — Что вы делаете?

Он был здесь — совсем рядом, — по ту сторону стола.

Его темные выразительные брови дрогнули, то ли с подозрением, то ли от смущения — понять она не смогла. Ее сердце билось так неистово, что она с трудом соображала, но одно, осваиваясь с его молчаливым присутствием, она осознала: это был не ужасающий незнакомец из баррио, которого она встретила тогда. На этот раз при нем, вероятно, не было никакого оружия, и одежда на нем была самая обычная. Он казался высоким и потрясающе привлекательным, вот только горящий взгляд его проницательных глаз смущал. Ничего удивительного, что все женщины падают к его ногам. Ничего удивительного.

Несколько великоватое пальто спортивного покроя достало бы до пола у другого, не столь высокого человека. Оно было синевато-серого цвета и едва ли не длиннее его синих джинсов. Черный свитер с V-образным вырезом, надетый под пальто, открывал выступающие ключицы и волосы на груди, черные как сажа — словно неосвещенный уголок его сердца. Густые волосы были собраны в хвост на затылке.

— Ник Монтера? — Самый глупый вопрос, какой когда-либо задавала Ли.

— А в чем дело? — поинтересовался он. — Ваша помощница сказала, что вы готовы.

— Все в порядке, просто я… не слышала, как вы вошли. Пожалуйста. — Она указала на ряд стульев с подголовниками перед столом. — Садитесь.