В плену грез - Джейн Донелли

Эйб жил с дочерью и зятем поблизости, но обедал обычно в «Грей Муллионсе». И сегодня, конечно, к нему присоединился Адам. Они обедали на кухне вместе с Либби и Эми, которая приступила к еде, испытывая какую-то неуверенность и сомнение в отношении Адама Роско.

— Вы недавно появились здесь, — проговорила она, будто обвиняя его в чем-то. — Откуда вы?

— В последнее время жил в Йоркшире. Работал на шахте, покуда ее не закрыли.

— Это тяжелая работа, — сказала она, — трудно осуждать любого, кто решится ее бросить.

Она собиралась задать еще уйму вопросов, но Адам спросил:

— Вы прожили здесь всю свою жизнь, не так ли? Эйб рассказывал мне о Вутон-Хэе.

Эми тоже принялась рассказывать. Либби знала все эти истории, но по мере того, как Эйб и Эми говорили, она все с большей очевидностью понимала, насколько обманчив может быть этот тихий городок и, вероятно, любой другой, ему подобный.

За свою долгую жизнь Эйб повидал многое: убийства и самоубийства, предательство и двурушничество, не говоря уже о целой серии поджогов, которые не прекращались вплоть до начала Второй мировой войны и за которые никто так и не был призван к ответу. Встречались в их жизни и сотни людей, которые вели размеренную, полную трудов жизнь. Но в памяти Эйба и Эми сохранились в основном события, которые когда-то показались им из ряда вон выходящими.

— Вы представляете, — поразилась Либби, — они охватывают более восьми десятков лет. Хотя большую часть своей жизни люди спокойно занимаются своим делом и им кажется, что вокруг не происходит ничего особенного.

— Это действительно так, — согласилась с ней Эми, — поэтому мне нравится говорить о старых временах.

Когда Эйб с Адамом вернулись к своей работе в саду, а женщины мыли на кухне посуду, Эми подвела своеобразный итог:

— Он определенно умеет разговорить любого, это факт.

— Я тоже заметила это, — согласилась Либби.

После обеда Либби поехала в город: вечером дядя Грэй ожидал гостей, и нужно было сделать кое-какие закупки. Когда она вернулась домой, Эйба нигде не было видно, хотя обычно он заканчивал работу около пяти часов. Не было видно и Адама. Она поспешила в дом и, вбежав со двора в покрытый кафельной плиткой коридор, окликнула:

— Есть здесь кто-нибудь?

— На кухне, — отозвалась Эми. Адам тоже был здесь. Мыл в тазу руки. — Занимался твоей машиной, — пояснила она. — Позвонили из гаража и сказали, что могут привести ее в порядок не раньше послезавтра. Он же разобрал ее на части и затем собрал.

— Что с ней такое?

Он начал было объяснять ей, но это было так сложно и звучало сугубо технически, что она взмолилась:

— Я просто дурачусь. Из ваших пояснений я не поняла ни слова.

— Хотите испытать, как она работает?

— Давайте, с удовольствием.

— Куда поедем?

— Куда угодно.

Через несколько минут они оказались за городом. Он правил хорошо. Чувствовалась твердая, опытная рука.

— Неплохая машина, — одобрил он.

— Где научились разбираться в машинах?

— Работал в гараже.

— И на шахте. И бродили по всему свету.

— Да.

— Для чего?

— Таким образом узнаешь гораздо больше. Как вам нравится машина?

— Высший класс. — Мотор работал ровно, без надрывов. — Я должна заплатить вам за это.

— За работу в саду — будет справедливо, а за машину — нет. Меня никто не просил ею заниматься.

— Хорошо. Если я не могу расплатиться наличными, то оплачу вам в натуральном виде. У меня для вас есть ковер, и, пожалуйста, разрешите принести мне несколько занавесок и немного краски для стола и стула.

— Мне и так там все нравится.

— А мне нет. Позвольте мне навести там порядок. Пожалуйста!

— Хорошо, — согласился он, пожав плечами, будто это не имело для него никакого значения.

— Вы завтра будете дома? Если нет, то могу все вещи донести сама. Это не так тяжело. А если вы оставите дверь незапертой, занавески я повешу сама. — Кажется, у него не было ничего, на что можно было польститься. Вряд ли что-нибудь случится, если он не закроет дверь на ключ.

— Я буду дома и встречу вас.

— У подножия холмов? У памятника погибшим?

— Когда?

Она собиралась также принести с собой что-нибудь для ленча, чтобы перекусить вместе с ним.

— В двенадцать часов? — предложила она.

— Если вам так удобно.

Они достигли перекрестка, и он развернулся. Либби откинулась на спинку сиденья, умиротворенная и расслабленная.

— Эми предупреждала меня быть с вами поосторожней, — улыбнулась она.

— Эми, должно быть, читает мысли!

— Она сказала, что не хотела бы иметь вас в числе своих врагов.

— А кто хочет иметь врага в лице кого бы то ни было?

Она посмотрела на него сбоку: хорошо развитая крепкая челюсть, твердый подбородок и резко очерченные губы, которые сохраняли некоторую жесткость, даже когда он улыбался.

— Только не я и не в вашем лице, — ответила она.

Он повернулся к ней, и их взгляды встретились.

— И не я и не в вашем лице, Либби, — мягко произнес он. — Никогда, покуда жив, я не пожелаю видеть вас своим врагом.

Она почувствовала, как у нее сжалось горло, и была рада увидеть, что они уже подъехали к «Грей Муллионсу». Он сам припарковал машину, и она еще раз поблагодарила его.

— Я с удовольствием занимался машиной. Спасибо за прогулку.

Либби глядела ему вслед, как он шел по подъездной аллее, затем вышел из ворот и скрылся за поворотом. Только после этого она вошла в дом. Эми достала все необходимое для приготовления ужина: рубленого цыпленка для жаркого, ананас и рис. За Либби было суфле на десерт. Помыв руки, она надела один из белоснежных фартуков Эми и приступила к суфле.

— Ну как машина, в порядке? — спросила Эми.

— В отличном порядке.

— Этот парень — мастер на все руки.

— Да.

— И все же, — продолжала гнуть свою линию Эми, — я по-прежнему считаю, что с ним нужно держать ухо востро. Этот парень себе на уме.

В этот вечер у них в гостях были люди, которых Либби знала всю свою жизнь. Они принадлежали к поколению дяди Грэя, однако были и ее друзьями — две семейные пары: Джейн и Бернард Норты и доктор Элмс с женой Дорин. Все сидели за обеденным столом. Женщины, обеим немного за пятьдесят, холеные, одетые со вкусом. Джейн, пухленькая блондинка с приятной улыбкой на лице, производила впечатление исключительно счастливой женщины. Ее дети давно выросли, зато появились внуки, в которых она души не чаяла и с которыми проводила все свое время, чему была весьма рада. Ее муж, исключительной доброты человек, возглавлял местный горный колледж. Они были с Грэмом Мэйсоном давними друзьями.