Ангел ночи - Кэрри Томас

— Господи, это вы?! — воскликнула она изумленно.

— Польщен, что вы меня еще не забыли, — уже своим собственным голосом отозвался ирландец, имени которого она так и не удосужилась спросить.

Лора еще некоторое время молча стояла и разглядывала посетителя, гадая, почему он заявился с цветами. Но перемену в его внешнем виде она оценила сразу. Если бы она увидела его таким с самого начала, она бы не усомнилась в том, что он врач, а если и не врач, то, во всяком случае, человек уважаемый. Гость, видя ее замешательство, протянул ей букет и немного нервно спросил:

— Надеюсь, вы любите розы?

— Конечно — тупо ответила Лора, принимая дар, — но… простите, а зачем?

Незнакомец пожал плечами и сказал, не глядя на нее:

— Я не знаю, вы выглядели такой расстроенной… — Он снова пожал плечами. — А ведь я в какой-то степени виноват в том, что вы поссорились с этим… с Аланом. В общем, я решил, что цветы немного поднимут вам настроение. И еще меня беспокоила ваша нога, но, вижу, вы и без меня справились. Что, мама вернулась?

— Да нет, сама завязала, — ответила Лора, рассматривая повязку на своей ноге. Она все еще не понимала, как ей себя с ним вести и что говорить.

— Ммм… а голова не кружится? — продолжил он. Судя по его тону, он уже начал жалеть, что нанес визит, поскольку разговор не клеился.

— Да нет, не особо.

— И тошноты нет?

— Похоже, нет, — подумав, ответила Лора, нюхая цветы. Ее снова стало мучить чувство неловкости, а букет позволял немного отгородиться от человека, эту неловкость вызывающего.

— Вы, видимо, действительно легко отделались. Ведь вы были без сознания, когда я к вам подошел, так что без сотрясения мозга не обошлось, но, значит, оно было не сильным. Но все равно, постарайтесь не перегружать голову в ближайшие несколько дней и спите побольше. Если будет хуже, примите болеутоляющее. Ночью может разболеться нога, так что держите рядом с кроватью какой-нибудь анальгетик и воду.

— Хорошо, — механически кивнула Лора и поежилась.

— Извините, я вас совсем заморозил, — воскликнул незнакомец. — Все, не смею больше вас задерживать, отдыхайте, выздоравливайте. — Он церемонно наклонил голову и прибавил: — Спокойной ночи! — И поспешно повернулся, собираясь уйти.

— Погодите, — сказала Лора, выходя, наконец, из оцепенения, — а как там Ричард?

Мужчина с готовностью обернулся.

— Да ничего, в порядке, — голос незнакомца вдруг обрел живость.

— Но ему же так долго пришлось просидеть там одному на привязи…

— Зато после этого он стал как шелковый и так обрадовался при моем появлении, что чуть не сожрал от счастья. Кстати, когда я за ним вернулся, вокруг уже собралась небольшая толпа из сочувствующих партии «зеленых». Они решали, что с ним делать: он всю округу переполошил своим жалобным воем. И мне еще досталось от какой-то дамы за жестокое обращение с животным. Она так грозно обвиняла меня, что я обижаю бедного песика, и так убедительно обещала подать на меня иск на лишение права держать собаку, что даже бандюга Ричард хвост поджал. Видимо, испугался перспективы попасть к ней под опеку.

Лора прыснула, сразу ощутив, как разрядилась обстановка. Вот чего всегда не хватает Алану, так это чувства юмора, подумала она и с улыбкой произнесла:

— Может, зайдете? А то тут, правда, холодно стоять.

— Конечно, зайду, — моментально отозвался гость, решительно перешагивая через порог и по-хозяйски закрывая за собой дверь, — я ведь за этим и пришел.

— Да? — опешила Лора, инстинктивно отпрянув к стене, и пожалела, что впустила его.

— Угу, — довольным голосом произнес он. — И в доказательство своей беспардонности могу продемонстрировать вот это. — Он запустил руку за отворот плаща и извлек оттуда большую коробку шоколадных конфет. — Ужасно банально, правда?

— Ужасно, — согласилась Лора, издали рассматривая коробку. — Но, вы знаете, стыдно признаться, но я страшно люблю шоколад.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Снимайте ботинки, — сказала она, снова приближаясь к нему и отбирая у него конфеты, — Да, поищите вон там тапочки, — она показала на ящик с обувью, — Там были одни достаточно большие. — О том, что мама преподнесла их Алану, чтобы тому было во что переобуться у них дома, она, конечно, не сказала.

Глядя, как гость, присев на корточки, копается в ящике, Лора вспомнила, что они еще не представились друг другу.

— Простите за еще одну банальность, — проговорила она деланно серьезным тоном, — но не могу я узнать, как вас зовут?

Он обернулся на нее с удивлением.

— Законный вопрос. Неужели я еще не представился? — Он встал и, сделав два шага, церемонно наклонил голову и протянул руку, — Реймонд Донован. Страшно рад знакомству.

Она посмотрела на протянутую ладонь, потом неловко прижала конфеты и цветы к груди левой рукой и, вытянув правую, ответила:

— Лора Корнби. Мне тоже очень приятно. Его рукопожатие было спокойным и крепким. Как у врача, подумала она.

— Лора, — повторил он. — Здорово.

— Почему?

— Мою бабушку звали Лорой. Но вот большие тапочки я что-то не могу найти. Можно, я похожу босиком?

— Валяйте, — согласилась она. — У нас не грязно.

Он снял с себя шляпу и плащ, демонстрируя отличный зеленовато-серый костюм с галстуком. Глядя на него, Лора приподняла брови, а потом не удержалась и спросила:

— Вы всегда в таком виде гуляете с собакой.

— Разумеется, нет, — он пожал плечами, — Вы же видели, что я был одет по-другому. Это я надел только что специально для вас. Мне показалось, что я произвел на вас ужасное впечатление, поэтому решил исправить его таким вот способом.

— Вам это удалось, — призналась Лора, стараясь снова не рассмеяться. — Но неужели вы за это время успели еще и постричься?

— Да нет, просто причесался. — Он покосился на зеркало, поправляя и без того идеальную прическу.

Лора машинально взглянула туда же и спохватилась.

— Господи, я и забыла, что я в халате, — сказала она поспешно, — Извините, я только что из ванной. Проходите в гостиную, я сейчас приду, только переоденусь. — Она положила цветы и конфеты на столик рядом с телефоном и заковыляла к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Да не стоит, вам же ходить тяжело, — услышала она его голос за спиной.

Пожалуй, решила Лора, она поступает в высшей степени неосторожно, оставляя совершенно незнакомого человека одного в гостиной. Но у этого Реймонда Донована, видимо, талант вызывать к себе доверие, поэтому она отбросила мысль о своей неосторожности. Добравшись до комнаты, она наскоро облачилась в свой любимый длинный мягкий свитер и брюки. Оглядев себя в зеркале, Лора осталась вполне довольна: лицо было бледным и исцарапанным, но свитер цвета морской волны оттенял синие глаза, делая их ярче, а черные брюки прекрасно на ней сидели, заодно скрывая и бинт на ноге. При этом наряд был непритязательным и абсолютно не вызывающим. Он располагал к спокойной дружественной беседе, а не к флирту. Она причесалась, покосилась на помаду, лежавшую на туалетном столике, но решила ею не пользоваться, только припудрилась, чтобы царапины были не так видны.