Дар предвидения - Лора Патрик

Она увидела это. Словно в яркой вспышке. Сара увидела борьбу и боль. Увидела радость победы, эхом отзывающуюся на пустом стадионе. Увидела сильного мужчину, способного бороться за то, что он хочет, и обладающего мужеством, чтобы суметь уйти.

Он не нянька, подумала Сара. У него было все, и он смог отказаться от всего этого с высоко поднятой головой и похоронить свою страсть и переживания глубоко внутри.

— Эллис не был так покорен судьбе, — сказала она.

— У Эллиса не было ничего, кроме футбола, — пожал плечами Алекс.

Сара кивнула. Эллис подавал большие надежды как восходящая чернокожая звезда «Пенн Тек». Он был ярчайшим игроком и неожиданно лишился всего после того, как сломал ногу в первом матче своего третьего сезона в профессиональном футболе. Эллис, вышедший из низов, превратился в обыкновенного бывшего футболиста без образования, трудовых навыков и без будущего.

— А как вы познакомились с Эллисом? — спросил Алекс. — Он никогда мне не рассказывал.

Сара улыбнулась своим воспоминаниям.

— После того как Эллис выиграл процесс у «Пенн Тек», он взял деньги и поехал в Вирджинский университет. Ему было тридцать лет, когда мы с Конни начали учиться. И он не умел читать. Иногда, когда ему становилось невмоготу от зубрежки, он пробирался к нам в ванную и спал там. Никогда не видела ничего подобного.

Алекс засмеялся:

— Да, он тоже спал у меня в ванной. Он говорил, что это самое прохладное место в Бед-Стай.

Алекс откинулся на спинку стула. Предательская боль спряталась в глубинах памяти, и он снова контролировал себя.

— И когда вы кончили университет, Эллис стал инвестором «Сансет Дизайн».

Саре было грустно видеть, что другой Алекс исчез, и прежний Алекс не позволит ему вернуться. Она сказала:

— У меня есть проницательность, у Конни — здравый смысл, а у Эллиса — страсть к работе. Это он воплотил наши идеи в жизнь.

Эллис был энтузиастом по натуре, обладал яростным желанием искать что-то новое. Раньше его отдушиной был футбол, теперь — «Сансет Дизайн».

— Как же вы справляетесь со всем этим? — спросила Сара.

Алекс нахмурился:

— С чем?

Сара махнула рукой:

— Со своими чувствами. Со своей страстью к спорту. Эллис часами может рассказывать о стремлении к идеалу, о потоке энергии, о любви к тому, чем он занимался. Что же вы делаете со всем этим?

Он сухо улыбнулся:

— Мне остается только следить за игрой других.

— Вы совсем не похожи на Эллиса.

— Да, совсем не похож.

Все чувства, мучившие его, были глубоко похоронены и тщательно контролировались. Но когда он задумывался, они предательски выплывали наружу и отражались в мягких карих глазах. Казалось, его страстность, скрытая слоями прагматизма, только и ждала момента, чтобы излиться сладким горячим нектаром. Саре даже показалось, что она чувствует во рту вкус меда.

Мед… Опыление… Улей…

Пчела.

— Вот оно! — закричала Сара.

Алекс принялся озираться по сторонам.

— Что «оно»? — с недоумением спросил он.

— Торговая марка для «Бартонберри». Пчела. Как же я раньше до этого не додумалась? У вас есть ручка?

Она механически мяла в руке салфетку, и задумка постепенно обретала форму. Алекс протянул Саре ручку, и она тут же принялась чертить в центре бумажки какие-то линии. Целую неделю она мучилась с этой идеей, а ланч с Алексом разрешил все ее сомнения.

— Нам нужно возвращаться, — бросила Сара, не отрывая глаз от своей работы.

— Я думал, вы хотите поговорить о компании, — заметил Алекс.

Сара ухмыльнулась:

— Чувствую, вам все-таки придется прийти ко мне домой. А сейчас мне нужно заняться дизайном. Мы неделю не могли с этим разобраться.

Сара даже не заметила, что Алекс вытащил бумажник и заплатил по счету. Она с головой ушла в цветовые гаммы и чертежи, уже предвкушая, как увидит этот товарный знак на миллионах упаковок по всей Америке.

— Готово, — наконец объявила Сара и отложила ручку.

Бумажка исчезла у нее в сумочке, ручка последовала бы за ней, если бы Алекс мягко не отобрал ее.

— Это подарок сестры, — объяснил он, — она убьет меня, если я потеряю ручку.

— Извините. — Сара радостно улыбнулась, ее переполняло чувство удовлетворения. Все будет в порядке. Алекс обнаружит эту проклятую ошибку в документации, «Бартонберри» одобрит дизайн, и у их фирмы вновь начнутся обычные трудовые будни. — Ну что, идем?

Алекс поднялся:

— Не забудьте надеть туфли.

Сара удивленно заглянула под стол. Действительно, она инстинктивно скинула туфли и поджала под себя ноги — именно в такой позе она обрабатывала свои идеи в офисе. Виновато улыбнувшись, Сара обулась и поспешила за Алексом.

На улице стояла удушающая жара. Солнце слепило глаза, асфальт плавился, и, казалось, даже низкие здания прижимались к земле, чтобы спрятаться в тени деревьев. Сара не замечала этого, пребывая во власти вдохновения.

— Спасибо, Алекс, — сказала она, когда они подошли к машине.

Он повернулся к ней, так и не открыв дверцу.

— За что?

— Ведь идея насчет торгового знака пришла ко мне благодаря вам. Вы даже не представляете, как долго я над нею билась.

Чувствовалось, что Алекс не знает, как реагировать. Однако он улыбнулся:

— Всегда к вашим услугам.

Сара видела, что Алекс по-прежнему не понимает того, как этот момент важен для нее. И, не зная, как объяснить свои чувства словами, Сара поднялась на цыпочки, обняла Алекса за шею и поцеловала.