Не заметить своего счастья - Кэтти Уильямс

– Не стоит извиняться. Я просто хотел убедиться. Вы считаете, что для того, чтобы получить повышение, нужно жить в офисе?

– Я…

Кейт попыталась представить себе жизнь, в которой ее мифическая вторая половинка готовит для нее что-то на скорую руку, с тревогой поглядывая на часы, если Кейт задерживается на работе. Она могла бы попытаться обратить мечты в реальность. Сейчас ее совсем не беспокоило отсутствие парня, но со временем она неизбежно придет к отношениям. Кейт не собиралась оставаться одиночкой, но если она не будет благоразумной, то однажды проснется и обнаружит, что пожертвовала всем ради собственной безопасности.

– Скажите, о чем вы думаете.

– Что?

– Вы витаете где-то в облаках, – сухо заметил Алессандро. – Вообще-то я задал очень простой вопрос. Не думал, что он вызовет такие глубокие размышления.

– Я… – Она чуть было не сказала ему, насколько сложным является этот «простой вопрос». – Прошу прощения… Нет. Конечно, я понимаю, что для повышения нет необходимости в переработке, хотя, если быть честной, зимой я тружусь не так много, как мои коллеги.

– Вот оно что. Это потому что вы – любительница работать по ночам?

Кейт тут же представила свою мать и ее работу в ночных барах, когда она зарабатывала деньги чаевыми или танцами, выставляя себя напоказ, веря всяким глупостям, которые ей говорили. Ширли Уотсон работала по ночам, но это не имело ничего общего с Кейт.

– Не смейте так говорить! – не сдержавшись, воскликнула она. Ее трясло от злости, и Кейт сжала руки на коленях, чтобы Алессандро не заметил этого.

– Не говорить что? – медленно спросил он, пронзая ее взглядом своих темных глаз. – Я сказал что-то не то? – Он нахмурился, заметив, как она изо всех сил пытается взять себя в руки. – Скажите мне, в чем дело.

– Ни в чем. Прошу прощения. Я приняла все слишком близко к сердцу.

– Во-первых, прекратите все время извиняться за то, что, по-вашему, может обидеть меня. Должен заметить, это не так-то легко сделать. А во-вторых… Я вижу, что здесь что-то не так. Вы вдруг побледнели, а сейчас дрожите как осиновый лист. Что вызвало такую вспышку гнева?

Алессандро разбирало любопытство. Оказалось, что за маской внешнего спокойствия скрывался настоящий ураган эмоций, и это заинтриговало его. Положив локти на стол, он подался вперед, не сводя глаз с Кейт.

– Вы пытаетесь вежливо сказать мне, что это не мое дело, не так ли?

Кейт отвернулась, избегая пытливого взгляда Алессандро. В этом мужчине чувствовалась грубая физическая сила, и это пугало ее и вместе с тем заво раживало. Такая сила служила свидетельством его упорства и стойкости воли, которые помогли ему пробиться в высшие круги богатства и власти и которые во многом превосходили его исключительный ум и его амбиции.

Кейт отвела глаза; ее сердце бешено колотилось.

– Моя мать работала в баре, – откровенно заявила она. Почему она говорит ему об этом? Кейт никогда, никогда в жизни не делилась такими вещами с другими людьми. Ее прошлое было закрытой книгой для любопытных глаз. – Помимо всего прочего. И я понятия не имею, почему говорю вам об этом. – Она осуждающе посмотрела на Алессандро. – Обычно я не рассказываю о себе, я не из тех, кто доверяет другим. Знаю, вы считаете меня странной. Я работаю допоздна, но…

– Вы жаждете финансовой стабильности?

– «Жаждать» – это сильно сказано, – робко улыбнулась она. – Но, возможно, это слово подходит к моей ситуации.

Кейт вдруг ощутила странное чувство облегчения после того, как сняла с себя эту ношу. Когда она росла, подростковые годы были настоящей агонией стыда и смущения. Она сделала все для того, чтобы ни с кем не сближаться, потому что не хотела, чтобы кто-нибудь узнал, что ее мать работала в баре официанткой и приводила домой мужчин, которые использовали ее из-за привлекательной внешности.

Кейт любила свою мать, но стыдилась ее. И теперь она сидела перед своим боссом, Алессандро Преда, чей стиль жизни не вызывал в ней ничего, кроме отвращения, и сочувствие, которое она увидела в его глазах, заставило Кейт открыться ему. Глупо. И даже опасно…

– В детстве я не знала, что такое… стабильность. Казалось, мама никогда не интересовалась нормальной работой. Я помню, как она все время уходила по вечерам, оставляя меня с кем-нибудь из своих подруг, а когда мне исполнилось двенадцать, я оставалась дома одна. Я любила свою мать… И сейчас ее люблю… Но я всегда ненавидела способ, которым она зарабатывала на жизнь. Мне было противно смотреть на нее в этих глупых открытых одежках, когда мужчины пялились на нее и пытались полапать. И она постоянно влюблялась, ожидая, что каждый новый парень, который уделял ей немного внимания и говорил, что она прекрасна, и был ее судьбой.

– Поэтому, когда я сказал, что вы – любительница работать по ночам…

– Простите. – Кейт униженно опустила глаза и смотрела, как Алессандро снова налил ей немного вина. Она вообще не собиралась пить. Может, это алкоголь развязал ей язык? Кейт не чувствовала себя опьяневшей, но с чего вдруг она стала такой болтливой?

– Я ведь просил вас не извиняться по поводу и без повода.

– Я работаю на вас…

– Но это не превращает вас в одну из моих подневольных. Как я уже сказал, я еще не добился королевского статуса, – буркнул Алессандро. – А где сейчас живет ваша мать?

– В Корнуолле, – глянула на него Кейт и быстро отвела глаза. – Она… она дважды была замужем. Ее второй муж, Грег, после развода оставил ей достаточно денег, чтобы купить маленький домик, и она захотела жить возле моря.

– А ваш отец?

– Я понятия не имела, что меня подвергнут допросу… – Но Кейт сама начала этот разговор, поэтому в ее голосе не было ни тени раздражения.

До этого момента Алессандро никогда не интересовала личная жизнь его сотрудниц. Но сейчас его разбирало любопытство.

– Отец бросил нас вскоре после моего рождения. Он был первой и единственной любовью матери. – Кейт прокашлялась, чтобы начать разговор по делу, которое они собирались обсудить, но у нее ничего не получилось. – Мне кажется, с тех пор она пыталась найти мужчину, который смог бы занять его место.

– А сейчас?

– Что сейчас?

– В ее жизни появился кто-нибудь?

Кейт улыбнулась, и Алессандро почувствовал, как у него перехватило дыхание. Эта девушка оказалась очень красивой. Неужели она специально скрывала свою красоту? Это было похоже на ящик Пандоры. Кейт Уотсон работала на него, и сейчас они собрались здесь, чтобы обсудить будущее одного из работников компании. Серьезное дело. Но он готов был пожертвовать многим, лишь бы только этот разговор не прекращался.

– Могу с гордостью заявить, что уже три года, как у нее никого нет. Мне кажется, она излечилась от мимолетных увлечений.

– А как насчет вас? – хрипло промурлыкал Алессандро. – У вас тоже в данный момент никого нет?