Между адом и раем - Джоанна Рид

Операция прошла гладко. Иногда чувствуя нетерпение Мура, Сандра старалась работать быстрее. Наблюдая за его руками, она восхищалась уверенными движениями. Это гораздо лучше, чем смотреть ему в глаза, потому что с каждым разом ей все труднее было отвернуться.

Они сделали еще три операции, и Мур отпустил Сандру, не проронив больше ни слова о вечере. Она заторопилась приготовить ланч Лиз.

* * *

Вечером Сандра велела себе что-нибудь поесть и, волнуясь, стала думать о предстоящей встрече.

Было тепло, и она оделась в ярко-красную вязаную юбку и бледно-розовую шелковую блузку, которая придавала ее щекам нежный оттенок.

С отвращением к собственной суетливости она покачала головой, глядя на отражение в зеркале ванной. Сандра решила отыскать джинсы и положить конец ненужным приготовлениям. Но тут в дверь постучали, и она, швырнув сумку в гардероб, пошла открывать.

Мур казался выше и шире в плечах в обычной льняной куртке. Его лицо без зеленой маски вновь поразило ее. Он, похоже, тоже забыл, как она выглядит. Доктор окинул ее взором с ног до головы – от кожаных сандалий до кудряшек. Оба молчали. Наконец Мур заговорил.

– Я подумал, не пообедать ли нам в отеле «Васера», если вы не против.

– Пообедать?

– Да, а почему бы нет? Вы уже поели?

– Нет, но вы... сказали, что хотели поговорить со мной.

– Вот и поговорим спокойно – там хотя бы не бывает туристов.

– Хорошо, – кивнула она и пошла за доктором. – Вам чем-то не нравятся туристы? – спросила Сандра, когда они остановились на мостовой в ожидании такси.

Он ответил ей уже в машине, которая едва пробиралась сквозь толпу.

– Вы только посмотрите, что туристы сделали с Катманду, – непрестанное движение, шум, смог. Разве такой была долина пятьдесят лет назад или хотя бы двадцать пять?! А когда достроят новый аэропорт, здесь будет не двести тысяч туристов в год, а бог знает сколько.

– А как насчет денег, которые туристы привозят с собой? Не кажется ли вам, что мы помогаем экономике этой страны? Кто станет покупать ковры и всякие резные штучки, одежду? – Она придержала пальцами мягкую ткань юбки и чуть ли не забилась в угол, подальше от доктора Мура.

– Да, все это вы покупаете, но и платите дороже, чем местные, а потому цены растут, усиливая инфляцию. – Он скрестил длинные ноги.

– Здешние люди обмениваются товаром друг с другом, – возразила она. – Взять гончаров, они ведь на нас делают деньги, и эти деньги попадают в их деревни.

– Да, конечно. – Мур поджал губы. – Но я вас пригласил не для того, чтобы спорить об экономике.

– Для чего же вы меня пригласили? – спросила Сандра нетерпеливо, когда такси остановилось перед старым отелем «Васера». Доктор был из тех, кому не по нраву, когда с ними спорят.

Они сели за столик в большом зале, потолок которого украшали сложные росписи и изображения золотых Будд. Метр в тюрбане низко поклонился и принял заказ. Вопрос, заданный Сандрой, все еще оставался без ответа. На стенах горели свечи, свежие цветы стояли на каждом столе. Где-то позади них играл струнный оркестр, и его звуки напоминали шум ветра в Гималаях.

Стол был маленький, слишком маленький. Куда ни сдвинься, девушка все равно касалась коленями доктора, Мур глядел на нее, и она это знала, но не могла заставить себя встретиться с ним взглядом. Чего он от нее хочет!

Мур положил руки на стол, растопырив пальцы на белой скатерти.

– Десять лет назад несколько филантропов, друзей нашей семьи, начали одну работу. Их, а теперь и моя главная цель – покончить со слепотой в Непале. – Сандра кивнула. Он что, пытается заставить ее почувствовать свой эгоизм, раз у нее нет таких благородных намерений? – Я хочу поблагодарить за помощь. Я действительно не имел никакого права просить вас. Но я уже совершенно отчаялся, и вы сделали... работу очень добросовестно.

Сандре неожиданно послышалась теплота в его словах – признательность, но не больше. Да, все как полагается, ради этого он и пригласил ее пообедать. И бедному сердцу вовсе незачем так выпрыгивать из груди.

– Не стоит благодарности, – ответила Сандра. – Это было не так страшно, как я воображала.

– Из нас получилась бы неплохая команда, – заметил он, глядя в самую глубину ее глаз.

Сандра залилась краской и торопливо обернулась к музыкантам в углу, лишь бы не смотреть доктору в глаза.

– Две трети слепых в Непале – из-за катаракты. – Он помолчал, пока официант ставил перед ними блюдо с экзотическим салатом из сердцевины пальмы.

Она взяла вилку и вдруг положила ее обратно. Все ясно: Мур обедал не с ней лично, а с Сандрой Дэвис – помощницей и ассистенткой.

– А еще одна треть? – спросила она.

– Разные причины, но в основном – это глазная инфекция. И меня очень беспокоит ксерофтальмия, хотя она дает только один процент слепых.

– Но почему?

– Потому что от нее страдают в основном дети до шести лет. И если посчитать, сколько лет своей жизни человек слеп... Это еще тяжелее. – Он говорил бесстрастно, но морщины на лбу стали заметнее.

– Я не видела детей у вас в больнице.

– Да потому что их здесь не лечат. Но эту болезнь легко предотвратить с помощью витаминов и свежих овощей.

Он помолчал, и Сандра ждала. Какое все это имеет к ней отношение? Или ему просто нужна тема для разговора?

– Правда, овощи в меньшей степени способствуют исцелению, чем витамины. Я хочу раздать витамин «А» в таблетках в отдаленных районах, где болезнь уже превратилась в эпидемию. Вы когда-нибудь были в долине Мананг?

– Да, я водила туда группу. Прекрасное место! – Она положила вилку и уставилась в пространство, вспоминая каменные дома горных деревень.

– Как вы туда добирались? – Он подался вперед, и его глаза ярко заблестели.

– Через долину реки Марисанди. Но туда и обратно – двадцать четыре дня пути. И это когда я вела группу.

– У вашей больницы есть проводник, он пошел бы со мной, но сейчас праздник, и все хотят провести его дома. Так что мы собираемся отправиться через несколько недель.

Сандра заметила, как улыбка преобразила его лицо, и тоже улыбнулась.

– Прекрасно.

– А вы когда уезжаете? Кстати, где она, река Янцзы? – Он отпил вина и поставил бокал на стол. – Видите, какая у меня навязчивая идея. А чего ждете от жизни вы?

Она боялась подобного вопроса. Хотя что бы она ни ответила, это нельзя будет сравнить с его высокой целью – спасать людей от слепоты. Сандра не могла признаться, что торопится, пока не пробил ее час, прожить яркую, полную, насыщенную жизнь, во всяком случае те годы, которые ей остались...

– Я? Я жду новых приключений, чтобы дух захватывало. И не строю больших планов на будущее. – Она замолчала, когда официант принес густой суп. – Хорошо это или нет, но болтаться в Катманду для меня просто невыносимо..., потому что...