Жемчужина его гарема - Джейн Портер

И он был мечтой Киры.

Именно поэтому она выскользнула тогда незаметно из дома — на вечеринку, устраиваемую в честь Калена Нури.

Вечеринка, на которую могут пойти молодые девушки, по законам Бараки должна быть закрыта для представителей противоположного пола и проходить под надзором старших. Но на том вечере не соблюдалось ни то, ни другое.

А на следующее утро Кира приняла решение оставить Бараку, чтобы никогда больше туда не вернуться.

В дверь постучали, и девушка поспешила ее открыть. В коридоре стояла горничная, держа в руках чехол с одеждой и несколько пакетов с логотипами самых дорогих ювелирных магазинов Лондона.

— Это от Его Превосходительства, — произнесла девушка, слегка поклонившись.

Поклон? Ей?

— Не желаете, чтобы я все распаковала, мисс? — предложила горничная.

— Нет, благодарю вас. Я справлюсь, — ответила Кира. — А что это? — спросила она, когда горничная повесила принесенный ею наряд в шкаф и поставила остальное на кровать.

— Это подарки, мисс. Дары. Его Превосходительство делает то же самое для всех своих женщин, — горничная жизнерадостно улыбнулась.

— А у него много женщин? — осторожно спросила Кира.

Та внезапно густо покраснела.

— Простите меня, мисс, я вовсе не хотела сказать, что…

— Все в порядке, — успокоила ее Кира. — Спасибо.

Горничная направилась к двери.

— Если вам понадобится что-нибудь, просто позвоните.

— А шейх Нури? Он… еще здесь?

— Нет, мисс, он уехал на весь день, но вернется к ужину.

— Ясно.

— Ужин подают в семь. И Его Превосходительство всегда переодевается.

— Как мило, — с издевкой произнесла Кира.

Кален выгнал ее из собственного дома, запер в своем особняке в Лондоне, а сам отправился работать.

Кира подошла к шкафу, посмотрела на принесенную горничной одежду и аккуратно закрыла дверцу. И убрала с постели все пакеты.

Она не его женщина. И ей не нужны подарки. В полседьмого Кира приняла ванну. Завернутая в светло-зеленое полотенце, девушка просмотрела одежду, которую привезла с собой.

В итоге она надела то, что обычно носят американки. Независимые. Преуспевающие. И свободные.

Надев старые джинсы «Левис», Кира облачилась в белоснежную блузку и собрала длинные волосы в пучок.

Никаких украшений.

Немного косметики.

Легкие кожаные туфли без каблуков.

Ну вот, теперь можно и выйти.

Кира появилась в столовой ровно в семь. Кален был уже там. Горничная сказала правду: он действительно был в вечернем костюме.

— Ты выглядишь… — голос шейха Нури дрогнул, когда его взгляд наконец скользнул по девушке, — прелестно.

Кира покраснела. Он сделал над собой усилие, чтобы не подвергнуть насмешке ее наряд.

Но разве она просила, чтобы ее привозили в Лондон? Разве она вообще просила его хоть о чем-нибудь?

— Спасибо, — ответила девушка, стараясь скрыть свои внутренние терзания.

— Тебе идет голубой цвет, — заметил Кален, подвигая ей стул и присаживаясь напротив.

— Я не ношу голубое, — возразила Кира, опустив глаза на блузку. Потом она увидела джинсы и все поняла.

— Очень элегантно.

— Но ведь ты сам велел горничной передать мне, чтобы я оделась повседневно.

Черная бровь изогнулась.

— Это она тебе так сказала?

— Не уверена. Я вообще ничего не поняла, кроме «Его-Превосходительство-удалился-вы-должны-подождать».

Кален нахмурился.

— У меня есть работа, laeela. Свои дела.

— И у меня есть работа. Мне сейчас следовало быть в Далласе, на работе, а не сидеть в спальне и ждать, когда же ты вернешься домой!

— Тебе придется привыкнуть.

Ей придется привыкнуть?! Почему именно она всегда должна идти на компромисс? Почему ей нужно вечно что-то менять, к чему-то привыкать?

— А я не хочу ни к чему привыкать! Мне нравилась моя жизнь. Я любила свою работу…

— Танцевать в группе поддержки?

— Ты прекрасно знаешь, что помимо этого я работала на крупную компанию. И у меня была ответственная должность.

— Ну, так чем ты занималась сегодня днем? — невозмутимо сменил тему Кален, наполняя бокалы вином.

— Ничем.

— Ты могла бы поймать какие-нибудь программы, посмотреть телевизор, поболтать с друзьями…

— Это напрасная трата времени. Мне нужно нечто большее.

— Тогда тренируй мозги. Читай. У меня здесь великолепная библиотека, и тебе предоставляется прекрасная возможность заказывать новые книги через Интернет.

— Читаю я на ночь, перед тем как лечь спать. Я не могу читать весь день, — ее раздражение нарастало. — Шейх Нури, я училась в колледже не для того, чтобы сейчас играть в вашу принцессу.

— Ты злишься из-за того, что я уделил тебе мало внимания.

Кира громко расхохоталась.

— Да я тебя даже не знаю! Поэтому твое предположение, что я так остро нуждаюсь в тебе, занимательно, но неверно.

— Ты говоришь очень смело для двадцатитрехлетней девушки.

— Женщины, — Кира нервно вздрогнула, но заставила себя сидеть на месте. — Я взрослая женщина, выросшая в окружении мужчин. В отличие от твоих актрисок и моделей, с которыми ты привык иметь дело, мне не нужны ни твое богатство, ни твоя дурная слава, ни связи.

— У моей дамы очень острый язычок.

Кира покраснела.

— Вообще-то я — не твоя дама.

Кален нахмурился. Он обвел взглядом столовую, украшенную букетами белых орхидей и лилий.

— Разве ты не живешь в моем доме, laeela? Разве о тебе здесь не заботятся, не предупреждают каждое твое желание? Разве не я предлагал тебе свою протекцию?

Киру бросило одновременно в жар и холод. Это его излюбленное laeela снова все в ней перевернуло. Это слово было интимным проявлением нежности, а Кален не был похож на мужчину, который привык к легкому флирту. Он был слишком серьезным. Шейх Нури лениво наблюдал за ней.

«Легковозбудимая девочка», — подумал Кален Нури. Она молода, чувствительна и часто нервничает.

Он сделал глоток из своего бокала.

Ему нужно прикоснуться к ней.

Шейх изучал ее покрасневшее личико. Прошлой ночью девушка была белой как мел, а сегодня вся горит. Светится.

Ей нужна твердая рука. И нужно, чтобы кто-нибудь ее успокоил.