Грехи полуночи - Синтия Иден

Брукс уставился на девушку. Прошла секунда. Другая. Потом он подтолкнул к ней папку.

— Посмотри на эти снимки, хорошо? Может, узнаешь кого-нибудь.

Гит переступил с ноги на ногу, напоминая об исходящей от него угрозе.

Кара совсем не хотела заглядывать в папку, но все равно к ней потянулась, открыла и увидела…

Майкла.

Черно-белый снимок. Плечи, шея и голова. Глаза закрыты. На лице отсутствует какое-либо выражение. На секунду — одну безумную секунду — ей показалось, что он спит.

Но надежда умерла в то же мгновение. От осознания истины у Кары засосало под ложечкой, задрожали губы.

— Он… мертв… — Она прикусила нижнюю губу, пытаясь справиться с дрожью. Девушке не хотелось, чтобы Брукс видел ее слабость.

Опасения, что ее друга больше нет в живых, появились у Кары в тот момент, когда копы упомянули его имя…

Майкл. Он был первым, кто заставил ее захотеть от отношений большего, чем мимолетное удовольствие.

— Что с ним произошло? — Кара с гордостью отметила, что ее голос даже не задрожал. Слова прозвучали ровно, холодно. А Кара и была холодной. Застывшей до глубины души.

— А ты не знаешь? — тихо спросил Брукс.

Девушку прошиб озноб.

— Я ничего об этом не знаю! — Она никогда бы не причинила вред Майклу.

— Да что ты? — Брукс подался вперед. — Еще раньше ты говорила, что и парня-то не знаешь.

— Нет, такого я не говорила. — Кара никогда не отрицала своего знакомства с Майклом. — Я просто спросила, должно ли это имя мне о чем-то говорить.

Он процедил сквозь зубы:

— А почему ты просто не сказала, что он твой знакомый?

Хороший вопрос. Не так уж легко на него ответить, но Кара попыталась:

— Я была напугана, понятно? Я не знала, что произошло, что вам от меня нужно…

— Поэтому решила соврать? — Брукс переглянулся с оборотнем. — Невиновные всегда врут, верно, Гит?

Единственным ответом оборотня было тихое рычание, после чего Гит скрестил руки на груди.

Кара снова ударила по столу:

— Я не убивала его! — Девушка отодвинулась, ей хотелось быть дальше от злосчастной папки со снимками. Кара не желала думать о Майкле. Она боялась, что не выдержит этих мыслей.

Было совершенно ясно, что детективы жаждут крови, но будь она проклята, если даст им хоть каплю своей.

— Вы можете потребовать адвоката, — тихо проговорил Гит со своего наблюдательного поста.

Да, Кара знала, что имела на это право. Придурки проинформировали ее об этом в машине.

Но Майкл был ее единственным знакомым адвокатом.

— Мне не нужен адвокат, я не сделала ничего плохого! — Просто кошмар какой-то. Кара закрыла глаза, надеясь, что все происходящее — всего лишь дурной сон. Как и люди, демоны тоже видят сны. Головокружительные, живые.

Но не похожие на этот.

Каре снились сексуальные, необузданные сны, но кошмары… никогда.

— Ты заставила его раздеться, — до сознания девушки дошли тихие слова Брукса, отчего она распахнула глаза. — Затем привязала к кровати.

Кара замотала головой:

— Я была дома. Одна.

— Что ты сделала потом? Накачала наркотиками? Вколола ему что-то?

Девушка приоткрыла рот от удивления:

— О чем ты говоришь?

— Как ты это сделала? — Брукс вскочил на ноги, обошел стол и навис над ней. — Как тебе удалось его убить, не оставив на теле никаких следов?

«Не-е-е-ет!» Внезапно ужасная правда пронзила сердце Кары, и на мгновение ей показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Девушка покачнулась.

В ту же секунду Брукс схватил ее за руки и помог остаться в вертикальном положении, крепко прижав к себе.

— Кара?

Она покачала головой, не в силах произнести ни слова. Нет, нет, она, наверное, ошибается. Они ошибаются.

— Проклятье, она холодная как лед! — прогрохотал над ухом голос Брукса.

Он начал растирать ладонями руки девушки, успокаивая и согревая ее. Каре так хотелось опереться на него. Поддаться очарованию теплого аромата и положить голову на плечо Брукса. Искушение было большим. Даже слишком.

Но детектив просто играл роль. Нельзя забывать об этом. Он пытался запутать, в одну минуту прикидывался хорошим полицейским, в следующую — плохим парнем. Брукс пытался подловить ее, и Кара одну промашку уже совершила.

Другой не будет.

Собравшись с силами, она отодвинулась от детектива.

— Не трогай меня.

Брукс пристально посмотрел ей в глаза. В темном омуте бурлили эмоции. Гнев. Беспокойство. Желание.

Сглотнув, Кара вздернула подбородок:

— С меня хватит. — Она была на пределе. Достаточно. Поиграла в добропорядочную гражданку, позволила притащить себя в этот задрипанный полицейский участок, сидела и терпеливо ждала, пока они пошевелят задницами. Стерпела даже их нелепые обвинения.

Хватит.

Брукс отступил на шаг.

— Вы оба, — взгляд, выражающий переполнявшее Кару отвращение, метнулся с одного мужчины на другого, — испортили мне не только эту ночь. И зарубите себе на носу пару вещей — предлагаю слушать очень, очень внимательно… — Потому что повторять она собиралась только в том случае, если ад замерзнет. — Я знаю… знала… — Кара запнулась на мгновение, пытаясь собраться с силами, затем продолжила, — … Майкла Хауза. Но не встречалась с ним уже несколько месяцев. Я не имею никакого отношения к его смерти и, как говорила вам уже два раза, сегодня вечером была дома одна.

— И как тогда твоя сумочка оказалась на месте преступления?

Губы девушки искривились в горькой усмешке:

— Откуда мне знать? — Но этот факт очень беспокоил Кару. — Кто-то стащил сумочку из моей машины на парковке пару недель назад. Я уже оформила новое водительское удостоверение. Нет, я не стала заявлять о краже: там не было ничего достаточно ценного. — Она ткнула пальцем во вздымающуюся грудь Брукса. — Коп тут ты. Можешь спросить в отделе транспортных средств — или как он там называется — и убедишься, что новые права я получила в прошлый понедельник.

— О, детка, можешь быть уверена, я обязательно все проверю.

Когда Брукс произнес «детка», его голос прозвучал тише. В нем появилась хрипотца, интимность.

Кара сжала кулаки. Ее сердце билось как сумасшедшее, и девушка понимала, что вот-вот феромоны наполнят комнату. Она попыталась сдержать процесс под контролем — этому Кара научилась, будучи подростком. Дома она уже отпустила притягивающий аромат на волю, и, если не поторопится и не свалит ко всем чертям из участка, это произойдет снова.